Ахэнне - Mortal Kombat: Icedpath

Ибо преследователь выступил вперед, заслонив собой свет. Зато иззолото-пламенное зарево исторгалось от него, будто за спиной его полыхали костры.

— Вот мы и встретились, брат моего врага, — гулким эхом оттолкнулся от стен голос, в котором бурлила кипящая сера.

— Лю Кэнг и Кейдж, вдоволь налюбовались красотами (сомнительными, с точки зрения Лю) Эдении, Джонни попытался флиртовать с местными дамами. Те недвусмысленно отшили его. Кейдж обиделся, долго твердил, мол, с победителем монстров так не поступают, что совершенно не помогло. В результате девушки в соблазнительных костюмах-купальниках демонстративно отвернулись от чужаков. "Обламывают и Суперзвезд", — прокомментировал Лю. Кейдж едва не набросился на него за зубоскальство. Потом их внимание отвлекли чуднЫе животные — помесь кошки и лошади с кожисто выпирающими наростами на спинах, на которых группка эденийцев совершала верховую прогулку. Джонни заявил, что не прочь завести эдакого скакуна. "Вообще-то они хищники, плотоядные, предпочитают человечину", — с абсолютно невинным видом сказал Лю. Кейдж потер подбородок, вздохнул. "Рисковать тоже нужно".

Солнце потихоньку ползло к закату. Мутное небо, похожее на грязную индустриальную реку, померкло, предупреждая о непроглядной ночи. И тут Лю сообразил, что их вообще-то было трое.

— Джонни, а где Саб-Зиро? — Лю описал оборот на триста шестьдесят градусов. Выявить исчезнувшего не помогло.

— Да чего ты за него переживаешь? — пожал плечами Джонни. Вот еще, волноваться об этом ледяном кубике… лучше о себе поволноваться. Оно полезнее.

— Послушай, ты с удовольствием воспользовался его услугами — там, на мосту, а? Почему б не ответить хоть как-то?

— Да нафиг мы ему сдались! У него ж на лбу написано: "Провалитесь вы все, я-хочу-быть-один"! Вот в колледже один такой у нас был, вечно сторонился компаний, вечно себе на уме!

Лю Кэнг не воспринимал излияний Кейджа. Настороженно улавливал тонюсенькие веревочки коннекта.

Он не относил себя к предсказателям, но порой умел…

Видеть.

Саб-Зиро попал в беду. Он знал это отчетливее собственного имени.

— За мной, — скомандовал он недовольно ворчащему Кейджу.

Радужная пленка отсечения налипла на него вместе с опаляющим жаром-аурой преследователя. Саб-Зиро зажмурился, очередным судорожным усилием подбрасывая себя на пару метров вверх.

Открытое пространство — вожделенно и недосягаемо.

Капкан.

(только не в этом тупике, только не здесь… здесь у него все преимущества, черт, он поймал меня, как крысу в мышеловку… Охотник… я был Охотником всегда, но теперь роли поменялись… я добыча…)

— Брат моего врага, — мертвенно повторил призрак. Саб-Зиро заставил себя глядеть в глаза палачу.

Скорпион выслеживал его чересчур долго. Мертвые умеют ждать. И всегда исправно собирают их дань.

В глазницах Скорпиона мерно вспыхивал нейтронный распад, и адский жар желтого ниндзя иссушил пот на коже Саб-Зиро. Снова огонь, думал тот, как много огня… враждующий Элемент столь силен…

Скорпион вытянул правую руку вперед, откуда с сверхзвуковым визгом рванулась змея-гарпун. Еще одна пародия на жизнь: существо, выкормленное костным прахом мертвеца, верно служило господину.

Извращение. Издевка над реальностью. Еще один кошмар.

(нет!)

Саб-Зиро перепрыгнул на противоположную стену. Змея описала кульбит. Еще раз. Скорпион определенно измывался над ним, алча страха — не физического, но потустороннего. Он играл с его жертвой.

Держась одними пятками за отвесную гладь, Саб-Зиро шибанул в гарпун Скорпиона ледяным шаром, но острие пробило последнюю надежду. Боль симметрично расцвела между двух лучевых костей, разбрызгав странно теплые капельки.

Скорпион притянул Саб-Зиро к себе. Саб-Зиро отворачивался, задыхаясь от невыносимого раскаленного излучения призрака.

— Брат моего врага, — без выражения произнес Скорпион. — Я убил его, я убью и тебя.

— Ты подлец! — прокричал Саб-Зиро в маску, тщетно пытающуюся скрыть отсутствие лица. — Вызови меня на бой! На честный бой!

— Ты недостоин честного боя, убийца, брат убийцы, — еще чуть ближе. Саб-Зиро ненавидел себя за то, что так идиотски попался, ненавидел Скорпиона за его замогильное упрямство… и Клан — ведь корни вендетты — Лин-Куэй.

(этот ходячий труп в форме-насмешке — прикончил твоего брата, а ты не в состоянии ответить ему!)

(да, вот только брат прежде вырезал его семью вместе с ним…)

Цепочка небытия — неразмыкаема.

Саб-Зиро стиснул зубы, готовясь достойно принять смерть. Он стягивал к венам Стихию. Решающий удар, точка-финал. Скорпион добьется своего, но и сам застынет тут — навеки, вторым отвратительным идолом… если не растает к утру.

(я все же отомщу за тебя, брат мой)

Скорпион медлил. Месть — завершенный цикл. Враг — в его руках. Он искал покорности, ужаса, мольбы — да, Лин-Куэй стойкие воины, но адская мощь растапливает любые снега… и Скорпион добивался унижения жертвы. Не этой обреченно-высокомерной ухмылки.

И уж не проблеска надежды, распустившейся в центре зрачка…

…Залп света — теперь Саб-Зиро четко осознал отличие Стихии Огня от Света — размазался по спине Скорпиона. Призрак гортанно взвыл от ярости, но свет размыкал какие-то клепки в скелете.

— Мы еще встретимся, брат моего врага! — прошипел он.

И исчез.

Саб-Зиро опустился на землю, спазматически втягивал вечернюю прохладу внутрь. Скорпион — ушел…

Ушел!

К нему подбежали Лю Кэнг и Джонни Кейдж. Они не допрашивали — против кого выступил экзорсистом Лю. Оба помнили желтого мертвеца еще с первой Смертельной Битвы, помнили и печальную участь Саб-Зиро старшего.

— Сгинул? — был вопрос Лю Кэнга.

— Да, — кивнул Саб-Зиро. — Благодаря тебе. Спасибо.

— Вот так повеселились, — буркнул Кейдж.

У входа в Башню Саб-Зиро опять померещилось: наблюдают. Он метнул в пустоту сгусток льда, но ночь не откликнулась.

Мы еще встретимся, про себя повторил он слова Скорпиона.

Помимо привкуса затхлости Башню Шао Канна отличала еще одна особенность: ее будто лишили атмосферы — ни прохлады, не духоты. Запаянная искусственность космического корабля. Поэтому камин, зажженный Джаксом (вернее, запалившийся по его желанию — ибо камень-прислужник прислушивался к мыслям гостей) — только виньетка, никчемная, экран иллюзиона.

Саб-Зиро отодвинулся от потрескивающего бестемпературного пламени, прежде чем сообразил, что делает это исключительно "по привычке".

— Тьфу, — Джакс швырнул неизвестно откуда взявшееся полено в жерло камина. Оно фальшиво затрещало. Словно запись на видеопленку — без кинестетического восприятия. — Паршивое место. Зря мы с вами не пошли.

— Не зря, — хмыкнул Кейдж. — Одним мертвяком меньше встретили.

— Что за мертвяк?

— Да так. Старый наш приятель, вернее, вон его, — невежливо ткнул пальцем в Саб-Зиро. — В следующий раз ни за какие коврижки не возьму в напарники парня, за которым гоняется урод с того света!

— Вендетта со Скорпионом — мое личное дело, — подал голос Саб-Зиро, недовольный тем, что Джонни треплется направо-налево.

(ну, они твои друзья?)

(неправда. Друг у меня был один… они — союзники…)

Но… Лю спас его от Скорпиона, да и вообще они здесь в одной подводной лодке.

— Кстати о напарниках, — перевел тему Лю, потому что поймал оценивающий… и благодарный взгляд воина Холода, и аналогично тому не желал обсуждать сегодняшние события. Потом, окей? — Завтра ты выступаешь против Кэйно, не так ли? Не убивай: он наверняка знает, куда Шэнг-Цунг заточил Соню…

— Не — командуй — мне — что — делать! — взорвался Джакс, ибо Лю ткнул в самый свежий шрам. — Я придушу ублюдка вместе с колдуном!..

Он сбился.

— Шэнг-Цунг пообещал мне, что освободит Соню, если я останусь жив, — бесцветно добавил Джакс, и новое дубовое полено раскололось надвое в его кулаке. — А Кэйно обязан сдохнуть. Как шавка, — заколотил гвоздь майор Особого Отдела.

— Доверяешь колдуну? — сухо рассмеялся Лю, и нехороший ртутный пар был в этом не-смехе.

— Не доверяю, — Джакс раскрошил еще одно полено. Светло-желтые щепки прилипли к его темной ладони, он стряхнул древесную шелуху в картонный костер. — Я не идиот. Но он приходил сегодня… Он обещал…

— Вернуть души жителям моего города, — сказал Страйкер, имитируя спокойствие, такое же фальшивое, как и декорация камина. — Джаксу — освободить Соню. Он всегда обещает самое… желанное?..

Страйкер надвинул кепку поплотнее, и Саб-Зиро невольно сравнил жест с натягиванием маски… мы все прячем лица. Ибо страшимся обозначить оголенные черепа.

— Всегда. И отнимает — самое дорогое, — глухо ответил Лю Кэнг. Прядь длинных волос упала на лоб. Очередной символ маски. — Похититель душ — это не только буквальное его определение, его сила в том, что он читает тебя… читает, как книжку с крупным шрифтом… Поединок с Шэнг-Цунгом — это поединок с самим собой.