Пермский Губернский 8. Финал - Евгений Бергер

— О! Понял… Если нужна будет скорая — только скажите! — доброжелательно ответил дедуля, а затем возвратился к готовке лапши.

Завидев окровавленную ногу Найвера, военный притворился глухонемым, а влюблённая парочка тут же отвернулась к окну. Какие прекрасные граждане.

Вытолкнув хакера из лапшичной, Фейм приставил пистолет к его спине:

— Как предпочитаешь? Спереди или сзади?

— Ох, ну и зря ты это затеял, урод…

— Хорошо. Выясним опытным путём. — агент заволок «гастролёра» в тёмный переулок: — Здесь нас никто не увидит. И не услышит.

— Камеры повсюду, кретин! Мои ребята тебя с потрохами сожрут…

— Скорее — я их. Но сейчас это не главное. Не так давно наше Ядро взломали. Говорят, что это был, кто-то из наших. Ты же в курсе, кто это сделал?

— Я в дела «Кобр» не лезу. Моё дело маленькое… Я бомблю банки, ибо спонсоров у нас не очень-то и много. Но всё это ты и так знаешь!

— Знаю. А ещё знаю, что тебе известно про некоторых агентов нацбезопасности под прикрытием. Откуда инфа?

— Случайно подглядел в интернете…

— Хорошо. — Феймос размахнулся и ударил рукоятью пистолета по шее «гастролёра»: — Откуда инфа?

— Ай!!! Говорю же… Увидел в интернете…

— Нет там такой информации! Слушай… Я же с тобой по-человечески хочу. Просто назови имя! Кто ломанул Ядро? Имя!

— Ох, знал бы ты, дядя, сколько я пыток в своё время перенёс… Думаешь, пули в коленях смогут разговорить меня?

— Хорошо. — Фейм поднял Найвера и прижал к стене: — Давай, я расскажу тебе один твой секрет? Видишь ли, в силу своей работы я очень наблюдателен.

— У меня нет секретов.

— Неужели? Хорошо, давай поглядим. Ты выстроил весьма недурные взаимоотношения с «Кобрами». Так? А значит — тебе платят хорошие деньги. За хорошую работу! Я могу собрать воедино все твои дела ещё до создания твоей уникальной программы, и ты загремишь в тюрячку на очень долго. Только вот… есть проблема. Ты не боишься попасть в тюрьму. Ведь ты там будешь, как свой! «Кобры» позаботятся об этом.

— Допустим. Какие-то… совершенно очевидные факты. Не понимаю, к чему именно ты клонишь?

— Ты хорошо заметаешь следы. Настолько хорошо, что твоя программа не оставляет даже малейших логов в самой БЕЗОПАСНОЙ ВНУТРЕННЕЙ СИСТЕМЕ. Наверное, у тебя ушло много времени, чтобы написать подобное… Не год и не два… И, скорее всего, даже не сотня лет. Ты пришёл к своему апогею, приятель. Видимо, в прошлом ты уже пытался быть честным и работать на правительство. Только вот, тебе это очень не понравилось. А попав сюда, ты захотел пойти иным путём… Более простым для тебя. Поэтому, я ещё раз задам тебе вопрос. Кто запустил твою дрянь в Ядро? Ты, конечно, можешь мне не отвечать. Только вот, мой палец может соскользнуть на спусковой крючок, и ты отправишься в неконтролируемый прыжок. А начинать всё с самого начала… Как это утомительно! Мне даже интересно… Какой раз ты уже перерождаешься?

— Откуда ты знаешь…

— О, я много чего знаю. Так как тебе условие? Стоит одно имя потерянного мира, где все условия сошлись? Да и учитывая твою природу… Этот мир может стать для тебя последним.

— Ладно! Хорошо. — сглотнув, выдохнул «гастролёр»: — Коммандер Брендсон… Он крот «Кобр» внутри вашей организации! Это он запустил мою программу в Ядро.

— Брендсон? — ответ сильно поразил Феймоса: — Он служит в нацбезопасности больше тридцати лет! Что за чушь?

— Руководство так и не повысило его после операции на Увенторе… Брендсон был в ярости! Он отдал вашей конторе свою жизнь без остатка. А ваши «Верхушки» наплевали на него. Результат очевиден. Человеческий век краток… И если дать понять, что человек отдал самое ценное, что у него было за просто так — конечно же, он будет бунтовать! К чему же это привело? Один из лучших агентов проник в самое сердце вашей обители… и загрузил мою программу в Ядро. Теперь «Кобра» держит вас за яйца мощной металлической рукой! И как только вы, маленькие крысы, начнёте угрожать мне или другим представителям «Кобры» — мы сию минуту рассекретим ваших агентов по всему миру. Ой, дерьмо пойдё-ё-ёт…

— Боюсь, тебе придётся пойти со мной. Ты дашь показания перед Полковником. А затем…

— Хрен тебе, ушлёпок! — из руки «гастролёра» вылез металлический шип. Полоснув Фейма по пальцам, Найвер шустро похромал в сторону автомобильной парковки: — Наномашины, сынок!

— Зараза… — выдохнул агент и припустил за хакером: — Даже с нанитами в крови такая рана будет заживать долго. На что ты рассчитываешь?

— Я всё сказал! В Управление, и уж тем более к вашему долбанутому Полковнику — я точно не пойду!

Выбежав на пустынную парковку, «гастролёр» открыл одинокий жёлтый кабриолет.

— Выкуси, падла! — гаркнул он и попытался запустить двигатель. Однако стартёр едва слышно чихнул и напрочь отказался работать: — Эй! Какого чёрта⁇!!

Сверху раздался мощный гул… Как будто реактивный самолёт или флайкарго резко перешли на форсаж.

Из тьмы ночного неба вылетел старый имперский перехватчик, а затем врезался в машину Найвера, раздавив её всмятку.

— Вот дерьмо… — обречённо выдохнул Фейм и начал медленно пятиться назад: — Только не это… Только не сейчас!

Фонарь плавно отворился и на дымящийся асфальт парковки ловко выпрыгнул бородатый мужчина в рабочем комбинезоне:

— Глэйтрон Артстарес?

— Что? — внутри Фейма всё похолодело от ужаса, ведь он бежал от этого имени вот уже несколько миллионов лет: — Ты кто такой?..

— Как бы это странно не звучало, но тоже Глэйтрон Артстарес. Но ты можешь называть меня просто — Завоеватель. Или брат… Или Глэй. В общем, как тебе удобно. И не переживай! Я здесь с мирной миссией.

— Бог войны… и с мирной миссией?

— Ну, ты тоже не злодейский злодей, как я погляжу.

— Допустим. — Фейм с недоверием смотрел на бородача: — И что же тебе надо?

— Хочу задать тебе несколько вопросов.

— Для чего?

— Для убийства Мегарда, конечно же!

— С чего мне тебе верить?

— Включи Определитель.

— А кто сказал, что он у меня всё ещё есть?

* * *

Каждый пилот живёт ради своей «минуты славы». Причём, она может произойти в самый неожиданный момент.

Для большинства это случается в небольших региональных соревнованиях. А для тех немногих, кто смог прорваться выше — есть шанс прогреметь на всю страну или даже планету!

Но мне казалось, что я никогда не смогу этого понять… Ведь для Глэйтрона после всех его завоеваний, подобный чемпионат сравним, разве что — с копошением детишек в грязи.

Так я думал, когда только-только согласился на участие.

Однако