Претендент. Память рода - Павел Вяч

с меня прищуренного взгляда, не обращая внимания на окружавших её амазонок.

— Аккуратней! — предупреждающе крикнул я ей, но Принцесса лишь с удивлением вскинул брови — мол, он ещё и говорить умеет?

В этот момент амазонка с лицом Алексии прыгнула на неё, вытянувшись вперёд, словно стрела. А «Айна» бросила сразу три Огненных шара и, перехватив меч обратным хватом, кинулась следом.

Дзанг! Вжик! Умц Вжух! Дзанг! Дзанг!

В стальном урагане, в который превратились три амазонки, было решительно непонятно, кто побеждает.

Но неожиданно всё закончилось, и я увидел три застывших фигуры.

Рив, казалось, как сидела, так и сидит на своем валуне, расслабленно болтая ногой. А вот амазонкам было явно не по себе.

То ли дело было в стянутых вокруг шей цепях, то ли в клинках, по рукоятку всаженных им в грудь.

Так или иначе, но на амазонок я бы не поставил и ломаного гроша.

— Тва… — с ненавистью проскрипела Алексия, превращаясь в безликую фигуру и падая лицом на песок.

«Айна» превратившись в черную кляксу свалилась на землю молча, скользнув напоследок по мне нечеловеческим взглядом.

— Рив, я так рад! — я шагнул было навстречу Принцессе, но та пнула воздух ногой, и стальная цепь, сорвавшись с шеи безликой фигуры, рванула мне в лицо.

Совсем как в прошлый раз.

В этот раз я дернулся влево, пропуская цепь сбоку и тут же присел.

Джанг!

Цепь хлестнула по тому месту, где только что находилась моя голова и послушной змеей прыгнула к ногам Рив.

— Слушай, — я и сам не заметил, как у меня в руках очутился меч второго гладиатора. — Я же просто хочу погово…

Рив закатила глаза, и потянулось рукой к цепи.

— Да постой ты!

Дзанг! Вхик! Дзанг!

Воздух наполнился звенящим свистом, а на меня обрушились стальные восьмерки.

От первой я увернулся. Вторую встретил жестким блоком, потеряв в результате свой меч.

Ну а третья восьмерка снесла мне голову с плеч.

Последнее, что я увидел — моё обезглавленное тело, заваливающееся на горячий песок арены.

* * *

— Как он?

— Хм. Учитывая, сколько зелий в него влили должен быть как огурчик.

— Как огурчик, гы! То-то я смотрю он ну это, какой-то зелёный…

— Мирон, ты сам таким был пару часов назад, только красным как рак. А ты, Фил, давай по существу.

— Говорю же всё нормально с ним. Хватило одной склянки. Ему, правда, хуже чем мне пришлось, но зелье просто божественное! Сейчас, видимо, отходит от двойной дозы Живчика.

— Кстати, насчет Живчика, больше его не раздаем. Трав тут нет, сырьё дорогое.

— П-предлагаю п-переключиться на к-кристаллы зарядки.

— Хорошая мысль, Слав. Фил, подготовишь смету?

— Конечно. Рецепт нужен?

— Думаю да. Вряд ли Валерон имел дело с батарейками… Что у нас по зельям?

— Полный порядок. На Михаила ушло полсклянки, помните, там ещё приписка была: «Да пребудет с вами Сила и Здоровье» от Мирабелль дель Кор.

— Хах, у Михаила появилась поклонница?

— Вообще-то, судя по подписи, больше похоже на покровительство кого-то из западников… Да и не было подписи, что это лично Михаилу…

— Ну да какая разница, право слово! Нам этих зелий послали целых семь штук! Семь штук Целебных зелий от серьезных ран!

— Я в курсе. И ещё одно от критических.

— Во-во… вы понимаете, что это значит?

— Что м-мы н-нравимся зрителям?

— Именно! И что Михаила нужно быстрей ставить на ноги! Нам нужно показать, что у нас всё в порядке!

— Типа мы ещё… как это, в строю?

— Да! Поэтому предлагаю разбудить его.

— Пусть поспит ещё часик. К тому же сейчас самая жара началась.

— Слушайте, а это… ранги-то когда будем повышать, нам же типа стела нужна, да?

— Да… И что-то мне подсказывает, что как только Михаил очнется, к нам заявится представитель княжества и сделает вам предложение, от которого сложно отказаться.

— А если мы, ну… не согласимся?

— Мирон, поверь, ты точно согласишься.

— Это ещё почему?

— Узнаешь.

— Парни, смотрите, он очнулся!

Вообще-то, очнулся я ещё несколько минут назад, но больно уж любопытно было послушать, о чем будут говорить ребята.

Да и потом, их разговор здорово отвлек меня от приснившегося кошмара.

— Михаил, ты как?

— Жить буду, — я бы с удовольствием подремал бы еще часик-другой, но необъяснимое чувство тревоги не давало валяться в кровати. — Ого!

Стоило мне открыть глаза, как перед глазами появилось системное уведомление:

Внимание! Вы хитростью победили в схватке!

Доступен выбор внеочередного ранга: Стезя Воина или Стезя Инженера

Внимание! Для повышения ранга необходимо прибыть к стеле!

— Что такое? — тут же насторожился Роман.

— Да так, — я отвел глаза, не желая рассказывать правду, — вспомнил того паука с циркулярной пилой и летящую в лоб цепь.

— Это да! Я думал тебе крышка! — прогудел Мирон, то и дело касаясь лица.

Видимо, новая кожа, проглядывающаяся сквозь запекшуюся корочку, сильно чесалась.

— Мирон! — Фил ткнул здоровяка в чугунное плечо и тут же хлопнул его по руке. — Кому сказано, не чешись! Шрамы будут!

— Шрамы украшают мужчину, — буркнул кузнец, но руку всё-таки убрал.

— Шрамы шрамам рознь, — поддержал Фила Роман. — Одно дело рубец, другое — бледные пятна по всему лицу.

Насчет украшающих мужчин рубцов я был не согласен, но в остальном парни были правы.

— Не чешись, — поддержал я ребят. — Будь мужиком!

Мирон обиженно засопел и демонстративно убрал руки за спину.

— Ну что, ребят, — я аккуратно принял сидячее положение и свесил ноги на пол. — Чего новенького?

Парни принялись наперебой рассказывать о событиях этой ночи и последовавшего за ней утра, а я, внимательно слушая, размышлял.

Оказывается, этой ночью не спал не только я.

Первым делом ребята дотащили платформу с Огненным пауком и Мироном на заставу.

Мирон мычал, Паук поскрипывал манипуляторами, Фил безостановочно болтал, а Оператор все это подробно снимал.

В кадр попало всё.

Бледное, но решительное лицо Романа, голем Славика, которым он по просьбе Дубровского отвлекал девушек, болтовня Филиппа.

Не знаю, что повлияло на зрителей больше — холодная выдержка Дубровского, мычание Мирона или треп Филиппа насчет аптечки для кузнеца и боезапаса к Урагану, но на заставе их ждала посылка.

И пока Роман с Жижеком разбирали дары, Филипп читал записки и благодарил зрителей.

«Голос за пятёрку Дубровского от Елизаветы»

«Роману и его команде желаю удачи по Псевдонима»

«Вольного любопытства по чести от Белого волка»

Читал Филипп только уникальные записки, пропуская обычные зрительские мотивашки, наподобие: «Просто ОГОНЬ!» или «Мне очень нравится!».

Споткнулся он только дважды — на записке от уважаемого Алкова:

«Мирону, на нормальную тормозную систему!»

И на послании от Блэк Юникорна:

«На