Собрать мозаику - Натали Палей

лет, – он встал, сделал несколько шагов по палате, снова сел. – А кажется, все случилось вчера. – Замолчал ненадолго, видимо, вспоминая академических друзей.

Наших общих друзей? Или все же нет?

– Мирит не был красавцем, но был умником и баловнем судьбы, нравился девчонкам. А ты ни с кем не встречалась, но упорно его игнорировала. Это его бесило. Поэтому мы заявились на спектакль, почти сорвали представление, потому что все пялились на нас, а не на сцену. Преподаватели пытались нас утихомирить, а мы высмеивали то, что происходило на сцене. Не помнишь?

Покачала головой.

– Ты играла какую-то несчастную девицу, невинную и наивную. Уже не помню, что за роль. И была такой, что я не мог отвести от тебя глаз. Как и Мирит. Ты не поразила меня красотой, нет… Чистотой, наверное, и невинностью. Как и Мирита, он помешался на тебе.

Я слушала, затаив дыхание. Не верилось, что этот практически незнакомый мужчина рассказывает обо мне подобные вещи.

– Тогда я был плохим мальчиком, как и все мои друзья, – Кирстан бросил на меня осторожный взгляд. – Мы поспорили на тебя.

До этого мужчина смотрел в окно, любуясь, видимо, пейзажем. Увы, прикованная к кровати, я понятия не имела о виде из окна.

Я нахмурилась.

Поспорили?

– Ты сейчас уже взрослая женщина, Лори, тебя сложно шокировать подобным, поэтому рассказываю… Возможно, мой рассказ поможет тебе… ведь ситуация была достаточно неприятная. – Атер вздохнул. – Мы поставили на кон большие деньги, которые должен был забрать тот, кто первый затащит тебя в постель. Мирит возражал, бесился, но мы его высмеяли. Дураки, что сказать… Он не хотел терять лицо, старался не показать, что ты слишком сильно ему нравишься, поэтому в итоге согласился на этот спор. В принципе, такие споры были привычными для нас развлечениями. Единственное, что выторговал у нас Мирит, чтобы не было никаких приворотов и зелий.

Меня разобрал нервный истеричный смех. Сестра Таисия обеспокоенно заглянула в палату.

– Что-то случилось? – она переводила нахмуренный взгляд с меня на атера Кирстана и обратно.

Я продолжала издавать нервные смешки, а атер Кирстан криво улыбался.

– Нет, сестра Таисия. Сейчас лера успокоится.

Сестра покачала головой и тихо проговорила:

– Нужно дозированно, атер Стефанович. Вы же не хотите навредить.

Женщина исчезла за дверью, а мужчина продолжил рассказ:

– На самом деле позже я тебе во всем признался, потому что мы подружились. Ты не рассердилась. Но сейчас ты этого не помнишь.

– Что у меня могло быть общего с вами? Даже слов нет… – В изумлении смотрела на молодого красивого мужчину, который спокойно признавался, что собирался на спор затащить меня в постель.

– Сначала ничего общего и не было. Ты оказалась крепким орешком. Мы по очереди сломали о тебя зубы. – Он усмехнулся. – Ты была странной. Жила в своем мире, витала в облаках и смотрела сквозь нас. Училась, не ходила на вечеринки и прогулки. Поэтому тебя сложно было соблазнить. Сначала каждый из нас был уверен, что именно у него все получится. Только Мирит был уверен в обратном. У тебя были друзья из одногруппников, но ты все равно была одиночкой. Любила читать, участвовала в спектаклях, ходила в приют для кошек, но оставалась замкнутой. Однако чем больше я узнавал о тебе и тебя саму, тем больше ты мне нравилась. Ты отличалась от тех, к кому я привык.

Я прикрыла глаза, жадно прислушиваясь к рассказу, пытаясь оживить в памяти то, о чем слышала.

– Не подумай, я не влюбился в тебя тогда – ты была не в моем вкусе. И я не понимал мужского интереса Мирита. Но ты затронула какие-то неизвестные до этого струны в моей душе. До тебя девушки восхищали меня совершенно другими качествами. – Мужчина криво улыбнулся. – В общем, до летних каникул мы так и не смогли сблизиться с тобой. Потом наступило лето. Мы уехали на практику, где разработали новый план. И на втором курсе ты обратила на нас внимание. Мы подружились.

– Подружились с девчонкой, которую на спор хотели затащить в постель?

– В постель нам было кого затаскивать и без тебя. Сначала ты стала вызовом… Потом мы взяли тебя под свое покровительство. Ты вспомнишь меня и поймешь, что я говорю правду. Мы стали друзьями. Настоящими.

– А с Миритом и остальными?

– И с остальными – Донатом, Кенетом. Донат, правда, тебя недолюбливал, вечно цеплялся, уж не знаю почему. Мириту ты разбила сердце, – грустно улыбнулся Кирстан. – После твоего отъезда он долго переживал. Даже ушел в запой, во все тяжкие подался. Со временем смог забыть тебя, встретил девушку, на которой женился. Не переживай за него.

– Хорошо, не буду. – Я криво улыбнулась: сложно переживать за того, кого не помнишь и не знаешь.

Какое-то время мы посидели в тишине.

– Мне пора, Лори, – вздохнул мужчина. – Я засиделся, могут возникнуть вопросы. От командования. От дяди. Да и обязанностей сейчас много.

Он был уже у дверей, когда обернулся:

– Постарайся, пожалуйста, что-нибудь вспомнить самостоятельно.

– Вы ничего не узнали о моих родителях и о Тубертонах?

– Пока нет, но я ищу информацию. Идет война, пойми, все не так просто, особенно с… – он запнулся и все же закончил фразу: – врагами Марилии.

– Спасибо, – прошептала я, – за то, что помогаете.

– Не за что, Лори. Для тебя постараюсь все узнать.

– Атер Кирстан, – я опять остановила его. – Когда закончится война?

– Скоро будет заключен мирный договор.

Когда атер вышел, палата показалась больше – до этого широкоплечая мужская фигура заполняла почти все пространство.

Мирный договор?

Неужели война скоро кончится?!

После разговора с атером Кирстаном я постоянно старалась вспомнить еще хоть что-то, но ничего не получалось. Я совершенно измучилась и пока жила с теми воспоминаниями, которые появились, постоянно прогоняя их в памяти, боясь забыть хоть что-то.

Дни сменяли друг друга. Руки и ноги ныли, голова болела, тело тянуло и чесалось. Иногда было невыносимо терпеть боль или чесотку, хотелось встать. Или сесть. Или повернуться на бок.

Сестра Таисия ворчала, что для молодого женского организма столько лекарств вредно употреблять. Кляла какое-то положение императора Марилии, которое не разрешало к военнопленным применять магию целителей.

Целыми днями добрая женщина регулировала «растопырки», потому что я не могла лежать в одном положении, аккуратно двигала мое тело то вправо, то влево, всего на несколько сантиметров, но все же…

А иногда с криком, в холодном поту, я просыпалась от кошмаров. Снилось, что я снова все забыла, а моя память – чистый лист бумаги.

Глава 12

Настоящее время

В следующий приход атера Стефановича я сразу почувствовала волнение мужчины, хотя он старался казаться спокойным. Однако его выдавали горевшие нетерпением синие глаза и слегка взлохмаченные волосы.

Я чувствовала, что марилиец скажет что-то важное, и с замиранием сердца ждала, когда он решится. Каждая мышца измученного тела напряглась, челюсти я крепко сжала.

Сестра Таисия предпочитала не слышать наших разговоров и