Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

подозвал я местного копытного прораба. — Вон того здоровяка нагружай так, чтобы к вечеру он едва на ногах стоял. Понял? Если будет чего вякать, скажи, что пожалуешься мне.

Чёрт кивнул рогатой башкой и умчался к рабочим, махнув гибким чёрным хвостом.

— Думаете, в следующий раз он не будет спорить с вами, ежели сегодня поработает до кровавых мозолей? — смекнул сообразительный Шилов и после моего кивка добавил: — Вряд ли он поймёт, что его так наказывают. Туповат он, уж простите.

— Зато перед Перуном на колени не бухнулся, — весело фыркнул я, заставив бывшего тренера мрачно заиграть желваками. — Ладно, пойдём, у нас впереди ещё четыре башни.

Мы с имперцами двинулись дальше и обошли оставшиеся башни, оставив у каждой по двести мертвецов.

Конечно, Рафаэлю Игоревичу придётся постоянно бегать между башнями, чтобы вносить корректировки в управление зомби, но он утверждал, что в целом чувствует всю тысячу мертвецов, так что особых проблем не должно возникнуть.

— Ну, удачи, — пожелал я ему, стоя возле фундамента пятой башни.

Тот кивнул и вдруг задрал голову, уставившись в небеса.

— Летит кто-то.

— Апофис, — разглядел я дракончика, приставив ко лбу согнутую козырьком ладонь.

— Надеюсь, за ним опять не прилетит его матушка, — прошептал Илья и передёрнул плечами, словно почувствовал порыв морозного ветра.

— Добрый день! — прорычал молодой дракон с небес и, часто хлопая крыльями, приземлился возле нас, подняв в воздух клубы пыли. Я помахал рукой, разгоняя их, а затем вопросительно глянул на Апофиса.

— Сверху сперва и не понял, чем у вас тут так воняет, — проговорил он, змеиными глазами глядя на трудящихся мертвецов. — Думал, где-то помойку отрыли. А это, оказывается, нежить. Откуда вы её взяли?

— Древний одолжил, — произнёс я и указал на браслет, поблескивающий на руке Шилова.

Дракон смекнул, о чём речь, и кивнул.

— А-а-а, теперь ясно. Как матушка говорит: в хозяйстве всё сгодится.

— Да, она у тебя как ворона, хватает всё блестящее, — усмехнулся я, наблюдая за Апофисом.

Тот почему-то мялся и переступал когтистыми лапами, будто хотел поговорить о чём-то, но стеснялся разговаривать при имперцах.

— Пойдём, проводишь меня к Башне, мне как раз надо заглянуть к Древнему, — приглашающе махнул я ему и пошёл по улице.

Дракончик посеменил рядом, всё так же не решаясь начать разговор. Поэтому первым рот открыл я, примерно понимая, о чём он хочет поговорить:

— Ну и как там дела с твоей матушкой? Успокоилась она?

— Ага, успокоилась, — оскалился он, сверкнув острыми зубами. — Правда, мы с ней опять немножко поцапались, но в итоге договорились: я несколько дней живу в её пещере, охочусь с ней и облетаю наши территории, а потом живу несколько дней здесь, в Гар-Ног-Тоне. Его же нужно защищать. Да и вообще здесь интересно. Я, оказывается, чуть не проглядел, что у вас завелись собственные мертвяки-рабочие. А что ещё произошло?

Он с любопытством покосился на меня, и я принялся рассказывать о последних событиях. Когда дошёл до смерти Огневой, дракончик аж сбился с шага и распахнул глаза.

— Не может быть! — выдохнул он, шаря по моему лицу взволнованным взглядом в поисках признаков шутки.

— Нет, это не шутка, — произнёс я, чувствуя жгучую горечь во рту. — Она погибла.

— Как это произошло⁈

Я рассказал ему и о её смерти, и о предупреждении Древнего.

Апофис тяжело вздохнул и молча пошёл рядом со мной, опустив голову.

— Знаешь, — в какой-то миг шёпотом произнёс он, понуро волоча хвост по улице, — мы ведь с ней хотели вместе поохотиться. А теперь её нет… Я… я и не думал, что её смерть так больно ударит по мне. Гар-Ног-Тон будто осиротел без её смеха, насмешливой улыбки и всяких шуточек… Без неё будет пусто.

— Да, ты прав, — глухо повторил я, видя мысленным взором смеющееся лицо Огневой, которое затем искорёжила гримаса боли, а на моих руках появилась её кровь.

В последние дни я старательно гнал прочь мысли о смерти баронессы и делал вид, что не замечаю её вещей: розовых носков под кроватью, одинокой пустой алюминиевой кружки с выцарапанной фамилией Огнева и сарафана, висящего в углу шкафа, будто погребальный саван.

— Её родители знают об этом? — спросил дракончик и тяжело вздохнул.

— Нет.

— Почему ты им не сказал?

— Не было возможности, — солгал я, выйдя на центральную площадь.

— Лжёшь, — внезапно прорычал Апофис, прищурил глаза и жарко, но тихо проговорил: — Ты не смирился, ты вытащишь её с того света…

— Многие говорят, что это невозможно.

— Для них невозможно, но не для тебя. Я знаю, ты сумеешь вернуть её к жизни, — шепнул дракончик, вскинув голову, и его глаза загорелись непокорным пламенем. — И никакая судьба не сможет тебе помешать.

В Апофиса словно вернулась душа. Он снова излучал энергию и дерзко скалил зубы. А его вера в меня валила с ног. Так верит ребёнок, что его отец всемогущ и ему всё по плечу.

Глава 9

С Апофисом мы расстались у дверей Башни. Он взмыл в небеса, а я вошёл внутрь строения Древних.

Там меня окутал влажный, словно мокрая шерсть, мрак. Он давил на плечи, стараясь подчинить и согнуть. Но я лишь выпрямился во весь рост, расправил плечи и достал артефакт-навигатор. Тот вспыхнул тёплым светом, отогнав тьму, как горящая головня стаю бешеных волков, роняющих жёлтую слюну.

— Веди меня к Древнему, — прошептал я артефакту, ощущая, как чужеродно звучит речь в Башне.

Скрипнув зубами, я побрёл через мрак, чувствуя себя Прометеем, принёсшим людям огонь.

Казалось, из каждого угла на меня кто-то готовился прыгнуть. Слышались быстрые чавкающие шаги, приглушённый скрежет когтей по влажному камню и сухое пощёлкивание выворачиваемых суставов.

И признаться, я испытал лёгкое облегчение, когда добрался до зала, где Древний готовил ритуал. Там уже и стены начали покрываться таинственными знаками, будто пожирающими друг друга с громадным наслаждением. Металлический инструмент осьминогоголового методично выводил их, а сам Древний восседал за столом, глядя на потрескивающий огонь одной из бесформенно оплывших свечей, стоящих у чёрных стен.

— Ты пришёл, — поднял он на меня взгляд.

— Нет, я ещё на лестнице, — пробурчал я, вдыхая затхлый воздух, пропахший воском и вечностью. — Что за глупая констатация фактов?

—