Мертвый узел - Андрей Царев

— А какая же? Идёт на нас, колченогая, не лает, дохлая она.

— Пошли посмотрим? — предложил я, Никита пожал плечами и ответил.

— Пошли.

Не выпуская из рук пистолета и светя фонарём, Никита подошел к лежавшей туже, а я следом за ним. Собака как собака, только без ноги. Как будто одну ногу оторвали. Голова разбита вдрызг, мозги разбросаны по асфальту, и пуля прошла навылет.

— Да тут не понятно, разбито всё, — плюнув, зажал я нос рукой, — и воняет она ацетоном как будто.

Действительно, запах от твари шёл странный. Так что, скорее всего, прав Никита.

— Движение! — закричал Динамит и вскинул ствол в сторону палисадника направо.

Мы стояли на дороге, рядом с припаркованными машинами. Справа от нас был второй подъезд, следующий после моего, и небольшой палисадник, в котором росли кусты. Сейчас на них листвы не было, но кустарник рос плотный, и вход в подвал нам с дороги видно не было, к тому же фонари на столбах не горели. Со стороны входа в подвал скрипнула дверь, и кто-то, или что-то, продираясь сквозь кусты, полезло в нашу сторону. Через мгновение мы увидели голую девчонку лет тринадцати — четырнадцати, совсем голую, ободранную, в запёкшейся крови, с перекошенным лицом. Девчонка была задушена, у неё верёвка на шее висела, и явно была видна красная странгуляционная борозда. Её наверняка изнасиловали, вон какие синяки на ногах, потом задушили, а потом…

— Чё делать? — в панике завертел головой Никита.

— Стреляй, блин, она мёртвая! — сквозь зубы процедил я, но Никита отходил назад и никак не решался выстрелить.

А девка всё ближе, уже руки с порезами тянет в нашу сторону, и глаза… Ох уж эти глаза, я глянул в них и сразу отвел взгляд, не могу я смотреть в глаза покойнику, как будто тебе в самую душу смотрят своим мутным взглядом, хотят сожрать. И тут Никитос выстрелил. Голова девчонки — зомби дёрнулась, пуля прошла навылет и срикошетила от стены дома, озарив темноту неяркой быстрой искрой. Вот так и жизнь этой девочки — вспыхнула и погасла. Тело медленно упало на землю, стукнувшись головой, точнее, тем местом, что от неё осталось, об асфальт, и мы с Никитой замерли, продолжая озираться по сторонам. Хлопнуло окно где-то сверху, открылась подъездная дверь, и тут же захлопнулась, а мы стояли и молчали. Я, на всякий случай, сделал несколько фотографий со вспышкой на свой телефон. Мало ли что, а потом потащил друга.

— Пошли нахрен отсюда, — прошипел я, и Никита поплёлся на негнущихся ногах за мной в подъезд.

Мы, подсвечивая себе дорогу и не забывая всё осматривать, поднялись на второй этаж, я открыл тамбурную дверь и услышал, как повернулась ручка соседней квартиры. Туда-сюда, ещё раз. Видимо, соседка хотела выйти наружу, но не могла этого сделать, так как умерла. Я молча открыл дверь в свою квартиру и затащил туда Никиту. Тот был бледный, но сознание не терял.

— Кто это её так? — спросил он.

— А я знаю? Сам же говорил, у полиции нет времени на выезды, сидят сами себя охраняют.

— Выпить есть что? — спросил Динамит, и я не отказал земляку.

Усадил его за стол, поставил большой гранёный стакан. Открыл початую бутылку «Проппер твелф», набулькал стакан до краёв, все вылил, и протянул товарищу. После стакана виски Никитос только выдохнул, встал на ноги и снова сел на стул.

— Да, дела, — только и сказал он, — сейчас все эти мрази окончательно повылазят, безнаказанность почувствуют.

Что есть, то есть. Если полиция прекращает свою работу, начинается закон джунглей, кто сильнее тот и прав. А кто сильнее? Тот, у кого больше стволов и тот, кто умеет лучше убивать другого. Никита убивать умеет, и стволов у него в отделе хоть отбавляй. А вот хватит ли у руководства мозгов грамотно задействовать умения и оружие? И вояк различных сейчас у нас в области предостаточно. Вон, ввели же в Москву войска, надо и у нас то же самое делать, если полиция… А, куда не кинь, всюду клин. Все упирается в грамотное руководство, а у нас руководство бежит со своими деньгами за рубеж. Впрочем, оно никогда этого и не скрывало. По идее, если военные сейчас возьмут власть в свои руки, то они наведут порядок. Только найдётся ли кто-то со стальными яйцами в командовании? Наверняка ведь назначали на должности не за умение принимать волевые решения, а за лояльность вышестоящему руководству, вот и доназначались. Сейчас нужно показать жесткую руку, а рук и не хватает, тем более. крепких.

— Я, наверное, у тебя останусь, ты не против? — спросил меня друг, совсем он раскис, что-то, — и выпью ещё?

В такое время и гаишников на дорогах нет, но Никита не нарушал закон, и к тому же, пьяным он был, как бы это сказать правильно, нет, не то, что бы неадекватным, он никогда по пьяни не дрался и не лез в бутылку, синтементальным он становился, что ли. Еще спасать кого-то побежит, на свою голову. Только я так подумал, за окном грохнули выстрелы.

— Оба на, — встрепенулся Никита, — что это там? Пошли, посмотрим?

— Оно нам надо? — скривился я, — ружьё двенадцатого калибра два раза жахнуло. Мужик зомбака завалил, что там может быть интересного?

— А может, это эти, кто девчонку… — Никита не договорил, но я понял, что этот случай всё не даёт моему гостю покоя.

Самому тошно было, честное слово, впервые такое видел. Никита в командировках уже побывал, два раза на Кавказ ездил, но в серьёзных переплётах, по-моему, ещё не участвовал. Ну, так это всё ещё впереди, вон он, самый что ни на есть, серьёзный переплёт, у нас за окном начался, апокалипсис называется.

— Их надо найти и завалить! — на полном серьёзе высказал своё мнение Никитос, — прямо сейчас!

— Кого ты искать собрался и каким образом? — усмехнулся я и добавил, — а вообще, я догадываюсь, кто это мог сделать. У нас тут дворники узбеки или таджики работают, они в подвал лазили, и их я сегодня что-то не видел.

Никита зло оскалился и с хрустом сжал кулаки, а я налил ему ещё один стакан виски, вскрыв новую бутылку. Пусть выпьет, может, отпустит его. В