Стяжатель - Валерий Михайлович Гуминский

Меньшиковым армейские подразделения вовремя среагировали на опасность и перекрыли все основные дороги. Оставались только просёлки или просеки в лесу, но как их найти и проехать по ним, знали лесники и охотники. Может, Трубецкой ищет проводников?

Никольское, куда нужно было Никите, оказалось полностью забитым военными. На улицах стояли танки и бронетранспортёры, направив стволы орудий в ту сторону, откуда ожидалось нападение мятежников. Чтобы проехать к штабу, пришлось преодолеть несколько блокпостов с обязательной проверкой документов. Амелин высадил Никиту возле последнего из них, а сам со своим опасным грузом умотал куда-то на южную окраину посёлка.

Штаб располагался в общественном двухэтажном клубе, и чтобы войти в него, понадобилось предъявить документы охранникам в полном обвесе и бронежилетах, а потом ещё несколько минут ждать, пока по рации свяжутся с дежурным офицером.

— Капитан Назаров, боевой волхв из оперативного резерва, — теперь уже с полным основанием козырнул Никита вышедшему майору с красной повязкой на руке. — Прибыл по приказу генерала Дивиера вам в помощь.

— А чего это оперативный резерв подключили? — удивился майор, внимательно читая бумаги. — Мы, как бы, и сами справляемся. Неужто всё так плохо в столице?

— Не могу знать, господин майор. Я в Петербурге пробыл всего несколько часов, но ничего такого не заметил. Кругом порядок и спокойствие, а вот патрулей очень много.

— Да-ааа, — тяжело вздохнул офицер и отдал документы Никите. — Идёмте, господин волхв. Совещание как раз окончилось, командир с начштаба на месте. Сразу и представитесь обоим.

Полковник Болдырев, нисколько не стесняясь, обосновался в кинозале, находившемся на втором этаже. Для этого все зрительские кресла оттащили к стенам, полностью освободив центр помещения, и поставили несколько столов, на которых расстелили карту. Двое мужчин в камуфляже, склонившись над ней, о чём-то переговаривались. Никита подошёл поближе и уверенным голосом представился.

Болдырев оказался довольно крупным мужчиной с короткой шевелюрой, но густыми усами, как и у генерала Дивиера. Широкоскулое лицо, красные от недосыпа глаза, острый взгляд человека, привыкшего оценивать обстановку с точки зрения боевого офицера — Никита сразу понял, что военное хозяйство находится в надёжных и крепких руках.

Его собеседник с майорскими погонами, вероятно, и был начштаба. Худощавый, выше Болдырева на полголовы, с начисто выбритым черепом, да ещё в очках, он больше походил на настоящего штабиста-теоретика, привыкшего читать лекции перед курсантами.

— Неожиданно, — пробасил полковник, пожимая руку Никите. — Помощь мы не просили, но отказываться от ещё одного боевого волхва не стану. А вы не тот ли Назаров, который барон?

— Так точно, — улыбнулся Никита. — Моя жена — дочь Великого князя Константина Михайловича.

Начштаба зачем-то снял очки, лихорадочно протёр стёкла чистой тряпицей, которую достал из кармашка куртки, и сразу нацепил обратно.

— Знакомьтесь, это мой начальник штаба майор Пискарёнок, Петр Петрович, — кивнул на помощника Болдырев, и когда мужчины пожали друг другу руки, пригласил их к карте.

Обозначив свой статус, Никита преследовал одну цель: быть допущенным к разработке операции. С полковника сталось бы отправить новоприбывшего волхва в подразделение и давать скудную информацию, которая никак не устроила бы Назарова. Ему хотелось как можно быстрее закончить начавшуюся свистопляску, разросшуюся до полноценного мятежа, и вернуться домой. Тем более, у Никиты созрел план, требовавший тщательной подготовки. А без доверительного отношения с Болдыревым он мог и не сработать.

— Горохово, Чуприяново, Игнатово, Бурашево, — карандаш уткнулся в обведённые синими овалами населённые пункты. — Там дислоцируются четыре группы мятежников по семьсот человек в среднем. Мы ожидаем, что левый фланг Трубецкого попытается стремительным броском овладеть частью Южного обвода и по трассе выйти к мосту, который мы сейчас и держим. Одновременно с этим князь начнёт прощупывать нашу оборону, чтобы ударить основными силами там, где увидит возможность прорваться к Твери.

— Почему они упёрлись в город, а не попытались обойти его стороной?

— В полях мы их размотаем на раз-два, — усмехнулся полковник. — А здесь кругом деревни, посёлки, дачи. Прикрываются гражданскими, сволочи. Да ещё магическими щитами закрылись, не пробить ничем.

— Сколько у Трубецкого волхвов? И где его штаб? — Никиту интересовал только этот вопрос.

— Волхвов чуть больше шестидесяти человек, остальные — где-то сорок магов — ушли со второй колонной. Штаб в Бурашево. Князь со своими приспешниками там окопался, — чуточку недовольным голосом проговорил Пискарёнок, словно ему не нравилось, что какой-то капитан не по чину пытается выяснить оперативную обстановку.

— На основании чего вы утверждаете, что штаб мятежников находится именно там? — в голову Никиты закралось подозрение о какой-то хитрости Трубецкого.

— Тройной купол, закрывающий село. Большое количество бронетехники. Активное передвижение одиночных бойцов на мотоциклах или легковых машинах, — Пискарёнок накрыл ладонью часть карты. — Полагаем, это посыльные. Мы с беспилотников отслеживаем каждый чих противника.

— А разведка подтвердила нахождение княжеского штаба в селе?

— Разведка не может проникнуть на объект, — поморщился полковник, уловивший в голосе барона Назарова скептические нотки. — Там всё опутано сигнальными плетениями, мышь не проскочит. Как раз сегодня ночью пробовали, но такой шум поднялся, еле ушли. Не все наши волхвы, к сожалению, умеют распутывать чужие конструкты.

Проблема усугубляется, с досадой подумал Никита. У него появилось подозрение, что князь Трубецкой умело водит за нос Болдырева, подкидывая ему дезинформацию. Когда всё внимание обращено на одно направление, удар наносится с другого. Классика жанра, так сказать. И вряд ли штаб находится в Бурашево.

— В магии существует такое понятие, ну и учебная дисциплина: иллюзия, — сказал Никита, глядя на полковника. — Так вот, князь Анатолий умело пользуется визуальными раздражителями, создавая у вас иллюзию своего нахождения именно там.

— В Чуприяновке и Горохово никого из подвижников Романовых и Трубецких мы не заметили, — Пискарёнок пожевал нижнюю губу. По лицу было видно, что он сердится. — Вы, господин капитан, займитесь со своими коллегами подготовкой к завтрашним боевым действиям. Или предлагайте что-то конкретное.

— Беспилотники задействовали? — поинтересовался Никита, не особо горя желанием вступать в полемику с лысым начштаба.

— Конечно, — Болдырев бросил карандаш на карту, а сам, заложив руки за спину, стал расхаживать вдоль стола. — Именно с их помощью мы и узнали, что в названных сёлах князя Трубецкого нет.

— Прошли всего сутки. Князь мог вообще со второй колонной пойти на Старую Руссу.

— Нет его там, это точно. Здесь князь. В Бурашево.

— А ещё одно село… Игнатово, кажется?