Пермский Губернский 8. Финал - Евгений Бергер

для меня большая честь увидеть вас лично! Вы же… первый человек в мире, кто активно набирает филинидов на своё предприятие. Это так… самоотверженно с вашей стороны!

— Не вижу в этом ничего самоотверженного. Филиниды работают ни чуть не хуже, а иногда даже лучше обычных людей.

Ох, вот эти слова явно были лишними, ибо Тея заплакала от радости и стиснула меня в объятиях.

— Фёдор Александрович! Вы такой добрый! Такой замечательный!!!

— Тея ты нас позоришь… — словно типичная гиперзаботливая мамочка проворчала Госпожа Новак: — Прошу тебя, не донимай Господина Осокина… Что подумают люди⁈

— Фёдор Александрович… — кошко-пилот посмотрела на меня красными от слез глазами: — Вы не сочтёте за наглость, если я попрошу у вас автограф?

— Не сочту.

— Так… — Тея наконец отлипла от меня и начала стучать ладонями по комбинезону, словно пытаясь что-то найти: — А! Точно. Ваша фотография у меня в машине! Вы не сходите со мной?

— Схожу.

Такой милой девочке было очень неловко отказывать. Да и позлить Новак лишний раз было для меня в радость. А норвежская красавица была дико возмущена таким раскладом. Ну, конечно! Любой закипит, когда его пилот обнимается с самым заклятым врагом этапа.

Держа меня за руку, словно я внезапно потеряюсь, Тея привела меня к своему «Порше», на капоте которого развалился сгусток мохнатой тьмы.

— Здрасть. — глянув на нас из-под полуприкрытых век, промурлыкал кот: — Мне сказали, что здесь обитает самая красивая девчонка этого этапа?

— Да! Госпожа Новак у меня невероятная красотка! — закивала Тея: — Простите, а вы не могли бы не лежать на капоте? Он из алюминия… Вы можете простудиться.

— Не волнуйтесь. У меня есть мех. К тому же, я говорил не про Госпожу Новак, а про вас… — продолжал мурлыкать кот.

— СВАЛИЛ С МАШИНЫ!!! — гаркнула норвежская красотка, от чего бедный сгусток меховой тьмы трижды перекувыркнулся в воздухе, а затем креветкой сиганул в сугроб.

— Какая крикливая госпожа… — весь в снегу, кот подошёл к Тее и обтёрся об её ноги: — Но это ни в коем случае не помешает мне познакомиться с вами! Меня зовут Семён. Просто Семён. Одинокий странник с замороженным сердцем… Я обожаю филинидов и всюду следую за Господином Осокиным, помогая ему в этом нелёгком деле.

— Господин Дафваххе! — обрадовалась Тея: — Простите, я вас совсем не узнала… Видела вас только в человеческом обличии!

— Ничего страшного. Я счастлив, что вы обо мне слышали! Знаете, смотря в ваши глаза, я вспоминаю работы раннего Шагала… — кот уже не стесняясь просился на ручки, встав на задние лапки и распушив хвост.

— Шагала, говоришь? — рядом с «Порше» материализовалась Беллз: — Господин Дафваххе, а вы не хотите ли пройти со мной в сторону нашей палатки? Нам нужно очень серьёзно поговорить по поводу твоего… чрезмерно перегретого двигателя.

— Нет, не хочу. — сгусток меховой тьмы изо всех сил пытался скрыть безысходность и ужас, которые мощными потоками струились из его сердца.

— А это был риторический вопрос. — Беллз ловко схватила пушистого Дона Жуана и уволокла в неизвестном направлении.

Этот парень был из тех, кто просто любил красивых девчонок…

— О! А вот и ваша фотография! — Тея вручила мне аккуратную фотокарточку, где я вещал о чём-то со сцены. Хм-м… Когда это было? Неужели во время презентации «Стеллара»? Но, да не суть.

— Так… Для любимой гонщицы… Теи. — я сделал красивую роспись маркером и протянул фотографию обратно: — Вот! Пожалуйста.

— Спасибо большое! Я буду хранить её возле сердца… — казалось, что счастливее девушки нет на всём белом свете. Такие искренние и чистые эмоции… Как будто, передо мной стоял ребёнок. Но я уверен, что Тея старше моего физического тела. Интересно, откуда она? И в какой атмосфере росла?

— Всё, Тея! Господину Осокину пора готовиться к тренировочным заездам. Как и тебе! — недовольно фыркнула Новак: — И даже не вздумай ему поддаваться! Порви его на куски на трассе!

— Фёдор Александрович… Вы моё солнце! — казалось, что девушка-кошка проигнорировала слова своего менеджера: — Ещё раз, спасибо вам от всех филинидов!

— Всегда пожалуйста.

Слегка опьянённый столь чистыми эмоциями, я отправился обратно к домику. Это просто невероятно! Никогда раньше не чувствовал ничего подобного… Надо будет всё же изучить историю Теи. Исключительно интереса ради.

Правда, моё очарование чистыми эмоциями продолжалось очень недолго…

— А? Ты про Тею Касински? — уточнила Виктория, копошась в документах.

— Ага. Первый пилот-филинид.

— Женского пола. Мужчины-филиниды уже участвовали в гонках.

— Ну… Вик, ты же шаришь за всё это. Вот и рассказывай!

— Да-да. — Гризли тяжко вздохнула и подняла на меня взгляд: — Так вот, Тея Касински — активистка движения «За свободу филинидов». Вернее — она стала жертвой пиара этого движения, за которым прикручен огромный фонд. А в этом огромном фонде что? Правильно! Отмываются денежки.

— Это же ужасно!

— Не ужасно. Для Европы и США — это нормальная практика. Инклюзивность и все дела. Политика, дорогой мой Граф. Ничего более.

— Но Тея же в это искренне верит.

— Как и восемьдесят процентов активистов в поддержку любого подобного движения. А иначе, кто туда пойдёт?

— Грустно, как-то…

— О! Не бери в голову. Поверь мне на слово — если ты сейчас пойдёшь и расскажешь ей правду, то лучше от этого не станет. К тому же, ты потеряешь преданную фанатку. А если учитывать, что тебе ОЧЕНЬ нужно продвижение — любой пост от медийной личности будет в плюс.

— Действительно.

Люди в своей жадности и жестокости могли впечатлить даже отставного бога войны… Парам-парам-пам! Фьють.

* * *

После тренировочных заездов, Микуха вновь собрал нас всех на брифинг. Времени до старта оставалось всего ничего!

— Что я хочу сказать, друзья? — пилот выпрямился и внимательно оглядел всех нас: — Сегодня мы должны постараться. Но не только ради себя и будущего «Искры». В первую очередь, мы все должны постараться ради Фёдора! Ведь именно он совершил чудо и оживил то, что всех нас объединило. Так давайте же сделаем чудо и для него.

— ДА!!! — хором ответили механики, Гризли, Глебушек и Саня с Серегой.

Такого заряда мотивацией я не испытывал уже очень давно. Хотя, кто если не Микуха? Он уже опытный пилот. Знает, как создать правильное настроение у команды.

Пока механики и мои новоиспечённые молодые пажи несли всю необходимую аппаратуру с колёсами вниз, я ещё раз проверил экипировку. Вроде, всё сидит хорошо! Витаминный напиток закреплён. Желудочно-кишечный тракт чувствует себя превосходно. Голова холодна. А сердце жаждет битвы…

После процедуры взвешивания и последней проверки технической комиссии, нас всех отправили в накопитель.

— Фёдор Александрович! Приём!