Дорога в грядущее - Валерий Михайлович Гуминский

вы так настаиваете на кандидатуре Тэлбойса, курирующего операцию? — поинтересовался с лёгкой раздражительностью цесаревич Владислав. — Ошибка может дорого нам всем обойтись.

— Я имею все основания так говорить, — не смутился Житин. — Допросы баронессы Сегрейв, Матео Висконти и повторные в отношении агента Маккартура показывают, что именно Тэлбойс чаще всего фигурировал в их ответах. Если одного человека слишком много на «русском» направлении, уже можно делать кое-какие выводы.

— Вывод здесь напрашивается простой, — проворчал Константин Михайлович. — Наш брат что-то мутит, но мы не можем понять, решился он на какое-то действие, или мы ошибочно считаем его изменником. Получается совсем неприглядная картина. Наша контрразведка через него кормит дезой англичан, а в ответ — странная тишина. Такого не может быть. Какие-то детали происходящего должны к нам просачиваться! Или я не прав, Самуил Петрович?

— Правы, Ваше Высочество, — с долей унылости в голосе откликнулся Житин.

— Так что делать? — воскликнул, не выдержав, Владислав. — Ожидать удара всю жизнь, находиться в стрессовой ситуации?

— Таков удел монарха, — посмотрел на него Александр. — Умей абстрагироваться от происходящего, верши дела на благо Империи. Вокруг тебя люди, работающие на общую безопасность, не так ли, Фёдор Ильич?

Граф Возницын согласно склонил голову:

— Сверх своих сил, Ваше Величество!

— Так мы ни к чему не придём, — решительно прихлопнул ладонями по столу Константин Михайлович. — До сих пор у нас только одни домыслы. Пора определяться со стратегией. У кого какие мнения?

— Разрешите, Ваше Величество? — Сумароков, до этого лишь слушавший дебаты, поднялся, опустив руки вдоль бёдер. — Есть одна идея, которая разрешит все сомнения.

Александр показал знаком, что слушает его.

— Предлагаю сыграть на живца! — бодро заявил граф. — И этим живцом станет всё семейство Меньшиковых.

— Думайте, что говорите, Святослав Бориславич! — взвился с места, как ужаленный, цесаревич. — Как это возможно?

— Погоди, сын, — остановил его порыв старший Меньшиков. — Выслушаем сначала, а возмущаться потом станешь, если на то будут причины. Излагайте, граф.

— По традиции семейство Меньшиковых каждое лето выезжает в Крым на отдых, — спокойно глядя в глаза императора, тщательно проговорил Сумароков. — Если в этом году туда по какому-то подходящему поводу съедутся все самые близкие родственники, претендующие на трон, и аккуратно слить информацию через дипломатические каналы, то мы имеем шанс одним ударом решить проблему террористического воздействия на правящий Род. Представляете, какой шанс выпадает для наших чопорных врагов с Острова⁈

— В таком случае в Крыму активизируются вся агентура Европы! — хмыкнул Константин Михайлович. — Шуму будет много, и я опасаюсь, что пропустим удар.

— Для подготовки такой акции требуется время, — возразил Сумароков. — И не месяц-два, а не меньше года. И она действительно готовится давно. Такая информация по моим каналам поступает. Я не знаю, кто именно планирует ликвидацию Меньшиковых, простите, Ваше Величество, за столь откровенную речь, но мы можем сразу накрыть всю агентурную сеть, когда она уже будет готова активизировать исполнителей.

— Ну… идея очень рискованная, — покачал головой император, по лицу которого нельзя было понять, насколько его заинтересовало предложение графа. — Конечно, на такую наживку обязательно клюнут, и не одна крупная рыбина. Но рисковать наследником, детьми, женщинами… Даже собери вокруг Семьи двадцать-тридцать боевых волхвов и Иерархов, нет гарантии, что защиту не пробьют.

— Достаточно выйти в море на яхте всей Семьёй, — Сумароков слегка побледнел, предлагая такое государю. Даже недалёкий человек понимал, что подобные мысли купируются очень просто: на эшафоте. — Вернее, распространить слух, что Меньшиковы хотят праздновать день рождения цесаревны Софии (можно подгадать вояж в Крым к этому событию) в тесном кругу с Хованскими. На борту яхты это будет очень романтично.

— Если бы я вас не знал хорошо, Святослав Бориславич, то заподозрил бы в очень умелом манипулировании, — погрозил ему пальцем император. — И сразу назначил бы в главные злодеи.

— Рисковать женой не буду! — твёрдо заявил Владислав. — Впрочем, с одним условием согласен на такую авантюру: если с нами будет барон Назаров. Ему одному доверю свою жизнь!

Он не заметил, как удручающе покачал головой Великий князь Константин. Александр молча постукивал пальцами по мягкой кожаной папке. Житин с подозрением уставился на Сумарокова:

— А вы не хотите раскрыть имя информатора? Моя разведка до сих пор не может отыскать ниточку, ведущую к агентуре в Яссах, а вы сразу заявляете о готовящемся против монаршей семьи теракте! Я со всем уважением к вам, граф, но некоторые вещи остаются вне пределов моего понимания! Или намекаете, что ваша организация, в которой вы состоите вместе с бароном Назаровым, настолько всемогуща, что может проникать в опочивальни европейских королей и князей?

— Дорогой мой Самуил Петрович! — бледность на лице Сумарокова сменилась лёгким румянцем. — Вы же сами в разведке не один десяток лет! И какой суп варится на этой кухне, знаете не хуже меня.

— Ох уже эти ваши аллегории! — махнул рукой Житин, как будто обиделся. — Не хотите делиться информацией, ваше право. Не настаиваю. Но знайте, так дела не делаются. Противодействовать угрозе нужно сообща.

— Всему своё время, господин генерал, — мягко ответил граф. — В меру своих возможностей и сил буду делиться поступающими сведениями. Но сначала нужно дождаться ответа Его Величества.

Взоры сидящих обратились к задумчивому Александру, продолжавшему пальцами выбивать дробь на папке.

— Меньшиковы очень и очень редко собирались все вместе на отдых, — понимая, что от него ждут судьбоносного решения, император говорил неторопливо, чётко выделяя нужные интонации. — Слишком огромный риск погубить Семью одним ударом. Но… в предложении графа Сумарокова есть рациональное зерно. Таким образом мы сможем отследить реакцию наших недоброжелателей и выйти на след заговорщиков.

Все поняли, о каком заговоре идёт речь, поэтому объяснять присутствующим, кто именно является бенефициаром свержения действующего императора, не было никакой необходимости.

— Поэтому поедут все Меньшиковы и родственники цесаревны Софии, — чуть повысил голос Александр. — Не исключая детей. Сам факт отъезда афишировать не станем, но утечку организуем. Уже в Крыму проведём пресс-релиз с фотографиями и съёмками видеохроники. И подтвердим, что день рождения цесаревны планируем отметить на «Авроре». Если графу Сумарокову дали верную информацию, то лишь два места могут стать смертельной ловушкой. Дворец в Ливадии, и сама яхта. На суше очень трудно отслеживать перемещение диверсионной группы. Потому