Дорога в грядущее - Валерий Михайлович Гуминский

Аякс. Девушка подсказала номер палаты. Оказывается, маг-полукровка лежал этажом выше, куда переводили всех выздоравливающих. Ведь после ванны с «бульоном» приходилось присматривать за пациентами во избежание осложнений.

Аякс встретил Никиту с улыбкой. Сразу бросилось в глаза, что без бороды он помолодел на несколько лет. Лицо округлилось, посвежело.

— Здорово, Григорий! — волхв привычно подтащил к кровати стул. — Что читаешь?

Лежащий на застеленной кровати Аякс бодро скинул ноги на пол, приняв сидячее положение, и показал обложку книги, на которой была изображена какая-то красотка в объятиях мрачного мужчины, из-за спины которого торчали рукояти двух мечей.

— «Пилигрим двух миров», — прочитал Никита и хмыкнул. — Бульварным чтивом увлекаешься?

— Не поверишь, Никита Анатольевич, давно книгу в руки не брал из-за своего образа жизни, — ничуть не смутившись, ответил Аякс. — А тут одному пациенту целую библиотеку натащили, вот и выпросил. Знаешь, без зауми, простенько, тупо и весело. Зато женщины красивые, романтика путешествий и приключений. Отвлекает.

— Тебе нашего мира мало? Я, например, умудрился однажды попасть в Явь, где магии совсем нет.

— Да ты что? — поразился Аякс и даже книгу отложил в сторону. — Так бывает?

— Ну… пробыл я там недолго, — припомнив эпизод с настройкой портала, который должен был вывести его в родную Явь, Никита улыбнулся. — Зато спас девушку.

— Не буду даже спрашивать, каким образом тебе удалось пробить портал, — пробормотал собеседник. — Наверняка, родовая тайна.

— Не спрашивай, спать лучше будешь. Я к тебе зачем заглянул… Хочу, чтобы ты сам мне рассказал, какие изменения в организме происходят. И в какую сторону.

— Две недели — срок небольшой, сразу так и не определишь, — задумался Аякс. — Но кое-что стало получаться гораздо лучше. Некоторые плетения с довольно сложными свойствами я создаю на пару минут быстрее. Раньше на них уходило три-четыре минуты.

— Это слишком долго, — покачал головой Никита. — Для боевого волхва каждая секунда на счету.

— Но я ведь не боевой волхв, а «бытовой», — пожал плечами мужчина.

— Для «бытовика» норматив, если так можно сказать, более щадящий. Но я и такому результату рад. Значит, «бульон» помогает.

— Помогает, — согласился Аякс. — А ещё стал лучше воспринимать энергетические потоки, поднимающиеся от земли. Учитывая, что я на третьем этаже живу, так и вовсе прогрессирую огромными темпами.

— Отлично, — Никита призадумался. — Закончишь ванны — тобой займутся Фрол Пантелеевич и Николас. Будут расширять каналы и ядро Дара. Не бойся, чего ты так побледнел? Процедура не настолько болезненная, как тебе видится.

— Да пусть и болезненная, — храбрясь проговорил Григорий, — но я, хотя бы, буду знать, ради чего страдаю.

Волхв кивнул, словно одобряя порыв мага-полукровки. Помолчал некоторое время, заинтересованно разглядывая картинку на обложке, потом хлопнул ладонями по коленям.

— Помнишь, ты мне про человека по кличке Гангстер рассказывал?

— Бронислав Гринцевич, погоняло в бандитских кругах — Гангстер, — подтвердил Аякс.

— Ты точно знаешь, что он контактирует с джунгарами и китайцами, не считая своих коллег-воров? Или это всё слухи?

— Точно, — уверенно ответил Григорий. — Когда я с ним познакомился, он какие-то делишки обтяпывал с узкоглазыми. Периодически исчезал из виду на месяц-другой, потом вновь выныривал. Не скажу, что он вёл разгульную жизнь. Скорее, соблюдал разумную середину. Постоянно его видел с женщинами. Слабость у Гринцевича к красивым барышням. А вот казино стороной обходил. Точнее, заходил туда, но никогда не играл: ни на рулетке, ни в карты. Но для своей очередной пассии покупал фишки, это точно. Такой вот человек…

— Забавный персонаж, — хмыкнул Никита, выслушав Аякса. — Гангстер не был связан с «радугой»?

— С наркотиками? — теперь тот впал в глубокую задумчивость, только пальцами почти неслышно постукивал по книжной обложке. — Врать не буду. О таких его деяниях не слышал. Люди, занимающиеся распространением «радуги», ходят под расстрельной статьёй. Даже рецидивисты, чьи руки по локоть в крови, умудряются получать двадцать пять лет каторги, и некоторые даже как-то выживают, выходят на волю. А к «радужникам» закон однозначно суров.

— Ты прав, так и есть, — подтвердил Никита. — Если твой знакомый впутан в историю с магическими наркотиками, он никогда никому даже намёка не даст, что имеет дело с «радугой». Но всегда найдётся человек, который знает о его настоящей сущности. Сможешь мне показать такого человека?

— Извини, Никита Анатольевич, нет, — покачал головой Аякс. — Меня в воровской круг не допускали, я лишь подработками занимался. Так, пустышка.

Ничего иного от Григория барон Назаров и не ждал. Маги калибра Аякса действительно не имели никакого веса в воровском обществе. Их приглашали на «гастроли», расплачивались за услугу и выпроваживали восвояси до следующего раза. Исключение составляли чародеи, имевшие огромный опыт в своей профессии. Они свой Дар развивали с помощью криминальных услуг не один десяток лет, их знала вся «ночная» Россия. Именно такого спеца приглашал Ферзь, чтобы поставить защиту на воровскую кассу.

— А он точно сейчас в Симбирске?

— Абсолютно, — уверенно ответил Аякс. — Раз он начал сколачивать вокруг себя группировку из молодых спортсменов, значит, надолго осел в городе. Знать бы, что у него на уме.

— Да, я тоже хочу это знать, — пробормотал Никита. Посмотрев на часы, поднялся на ноги. — Ладно, Григорий, не буду мешать. Отдыхай, совершенствуй Дар. Какие проблемы появятся, смело обращайся к Ольге Викторовне, не замалчивай. Их лучше на начальном этапе купировать, чтобы потом осложнений никаких не было.

* * *

После ужина в кругу семьи, где обсуждалась самая животрепещущая тема — переезд в Петербург — Никита пригласил своих силовиков, куда входили старики-волхвы и молодая чета Возницыных, в кабинет.

— В городе снова появилась «радуга», — без раскачки начал барон Назаров, когда все расселись там, где им удобно. — Я выяснил, что раз в месяц в Вологду приезжает продавец. Местные потребители дряни дали ему кличку Перец. Он очень осторожен и скрытен, товар распространяет сам, не доверяет местным ухарям. Причём, никогда не останавливается в одном и том же месте. Предполагаю, что перед приездом продавец присылает сюда помощника, который снимает ему квартиру или дом. Продав весь товар, Перец тут же исчезает.

— То, что у него есть агент — это несомненно, — согласился Шубин, принявший позу мыслителя в кресле. — Продавец в силу осторожности не будет светить