Адмирал Империи – 21 - Дмитрий Николаевич Коровников

был «раскошелиться». Во-вторых, под рукой у Хиляева и Белова помимо собственных пусть и небольших палубных эскадрилий, продолжали находиться и палубники полностью погибшей дивизии Вячеслава Васильевича Козлова, среди них почти сотня МиГов с авианосца 9-ой дивизии — «Александра Первого», в довесок с казачьими истребителями 3-го и 4-го Кубанских полков.

Ну, про «Соколов Белло», а также палубников с «Афины» и «Евстафия-2» я промолчу, это итак понятно, что они будут на самом острие сражения. А вот о чем нужно упомянуть это о том, что я захватил по дороге из «Тавриды» в виде бонуса, помимо крепости «Еникале» еще и сводную эскадрилью с флагмана Александра Михайловича Красовского, чья дивизия первой ушла в соседнюю звездную систему, и стояла по ту сторону портала. Я если честно был приятно удивлен, когда мне сообщили что более шестидесяти летчиков-истребителей с «Екатерины Великой» — флагмана Красовского желают присоединиться к моей группе и уже направляются на своих машинах, в ожидании прыжка, в ангары турецкой крепости. Позже я узнал, что инициатива вернуться в «Тарс» исходила от командира данной эскадрильи — полковника Винтера. Именно он уговорил Красовского отдать МиГи 10-ой «линейной», так сказать, на общее дело…

В итоге, хоть наш арьергард и сильно уступал противнику числом основных вымпелов, но ничуть не уступал в количестве истребителей. И как только Бозкурт отправил своих «кречетов» разбираться с защитными полями кораблей Хиляева и Белова, те в свою очередь вывели в космос все свои МиГи, образовав перед собственным построением огромный «рой» в пятьсот восемьдесят машин…

Между тем атаку криптотурок уже невозможно было остановить, их легкие «шахины» и тяжело-бронированные «спаги» все ближе и ближе подбирались к нашей «линии» кораблей и крепости «Еникале»…

…— Ну что, настало время проверить каковы вы оба в деле, женихи, — усмехнулась Наэма Белло, наблюдая перед собой на экране истребители сразу двух своих «ухажеров».

Справа и слева от построения ее «соколов» замерли в ожидании атаки палубники Гордона Винтера и казачьи МиГи подполковника Якима Наливайко.

— Я счастлив, леди Наэма, что мы снова встретились, — в наушниках майора Белло послышался резкий отрывистый голос полковника Винтера. — Наконец, отдав друг другу долги за свое спасение, мы с нашими эскадрильями можем действовать свободно и получать удовольствие от предстоящей битвы…

— Странный этот англичанин какой-то, — подумала Наэма, поморщившись. — Говорит какую-то ерунду… Но, вот чего у него не отнять, так это воспитания… «Леди Наэма», как звучит! Слышь, подполковник, — Белло переключилась на канал связи с истребителей Наливайко. — учись, как нужно с девушками разговаривать…

— Что с вами разговаривать? Взял в охапки и она твоя! Так, что «чернявенькая» повеселимся сейчас? — в другой наушник ничем новым Наэму не удивляя, залихватски рассмеялся в эфире казачий подполковник. — Что ты там говоришь? Сравнить меня в деле хочешь? С кем? Вон с тем англичанином с лицом, будто переел квашеной капусты? Не чета он мне, дорогуша, поэтому даже не смотри в его сторону! Следи лучше в этой битве за 4-ым Кубанским…

…— Командирам эскадрилий, цель — перехват и уничтожение «роя» противника, — вице-адмирал Хиляев прервал милую беседу комэсков, отдав распоряжение на общую атаку. — Ни при каких условиях не позволяйте османам приблизиться к трансляторам крепости, а также добраться до нашей «линии» основных кораблей… Всем по номерам стоять… Дальше сами все знаете… Пошли… С Богом, ребята!

Русские истребители ринулись на открытое пространство, поспешив на перехват вражеского «роя». Машины с двух сторон неслись навстречу друг другу на максимальной скорости, в режиме «форсажа». Судя по хаосу и суете творящихся в радиоэфире у османов, те явно не ожидали увидеть напротив себя такое количество МиГов, от этого турецкие комэски не знали что делать. В коем-то веке русских истребителей в секторе сражения оказалось больше чем истребителей противника. Действительно непривычно, а для вторых еще и неприятно…

— Расстояние до первого огневого контакта — тринадцать восемь секунд, — сообщила своей эскадрилье майор Белло, — Сейчас покружимся в ритме вальса…

— За императора и корону! — пафосно, будто по-прежнему сражался в составе Королевских ВКС Британии, воскликнул полковник Винтер, следя за тем, чтобы ни один истребитель из его эскадрильи не вышел со своего номера и не нарушил строй…

— Гойда, ребята! — кричал во всю глотку рыжебородый Яким Наливайко, выводя юркие и скоростные МиГ-1 своих диких «кубанцев» вперед остального построения…

Через мгновение два громадных «роя» железных машин вошли в зону действия орудий, и пространство космоса наполнилось тысячами ярких трассирующих линий. Паритет в численности сказался на практически одинаковых цифрах потерь от огня с дальних дистанций. Истребители с той и другой стороны летели в плотных порядках, поэтому даже с огромного расстояния в полторы тысячи километров удавалось кого-либо из них зацепить…

Однако прошло всего несколько секунд и от тысячи километров ничего не осталось, русские и османские асы сошлись в ожесточенном ближнем бою. И с первой минуты сводные эскадрильи «черноморцев» начали вести в счете. Первоначальное построение, растерянность противника, а также более высокая маневренность МиГов в сравнении с тяжелыми «спаги» позволили нашим пилотам захватить инициативу и уже не отдавать ее до конца схватки.

Озаряющаяся бесконечными всполохами взрывов и трассами плазменных зарядов гигантская сфера, состоящая из тысячи истребителей, искрилась и будто дышала, с каждой минутой уменьшаясь в размерах и плотности. За секунду исчезали в огне взрывов несколько машин, выбрасывая из своих разрушенных фюзеляжей спасательные капсулы. Ближний бой кипел, переваривая в себе все новые и новые МиГи, «спаги» и «шахины»…

Превосходство в классе и количестве у русских над криптотурками казалось очевидным. Противнику не помогали, ни перестроения, ни самоотверженность отдельных пилотов, ни гневные приказы комэсков, пытающихся сохранить контроль над своими эскадрильями в этом сумасшедшем хаосе боя. Все безрезультатно. «Рой» истребителей противника как единое построение, разваливался на отдельные фрагменты, пока еще продолжающие по инерции сражаться, но с каждым мгновением сопротивляющиеся все слабее и слабее…

Одним глазом наблюдая за битвой истребителей, вторым я следил за общим развитием сражения, а еще все чаще и чаще поглядывал на таймер работы кольца перехода. Я ведь не за тем переправлял в «Тарс» космическую крепость, а также истребители Красовского, чтобы мы здесь все благополучно погибли. «Еникале» должна была стать временным оплотом, о который разобьются дивизии Бозкурта и которая замедлит их движение к порталу. Сам же портал должен работать безостановочно, переправляя на ту сторону русские корабли…

— Кондратий Витальевич, — связался я с Беловым, находившимся сейчас на «Рюрике», —