Жребий некроманта #5 - Евгений Валерьевич Решетов

ты явно никого не расспросишь. Я же знаю твои методы. Сделаешь?

— Сделаю, — мрачно буркнул Корбутов и так тяжело вздохнул, словно хотел разжалобить камень.

Глава 11

За окном желтел месяц и жалобно подвывал ветер, а я отыскал Шурика, Ленку и пригласил их в свою комнату.

— Только после вас, сударыня, — вежливо проговорил Корбутов и посторонился, пропуская девчонку первой в мои апартаменты.

— Ага, вдруг там яма, — весело улыбнулась она и вошла в комнату.

— Какая яма? — удивился брат. — Это же не дорога.

— Не бери в голову, — бросил я Корбутову и уселся на диван.

Шурик же указал пухлой лапкой на кресло и с улыбкой сказал Ленке:

— Прошу вас, присаживайтесь.

— Александр, ты чего? Приболел, что ли? Или ты у меня денег занять хочешь? — удивлённо посмотрела на него девушка и плюхнулась восхитительной попкой на стул.

— Нет, что вы⁈ Какие деньги⁈ У меня у самого они есть.

— Ага, на конфеты хватает, — не удержался я от ехидной реплики и следом серьёзно проговорил: — Итак, друзья, нам предстоит провести эксперимент. Все нужные ингредиенты я уже собрал, так что нам осталось только перенестись на кладбище.

— А что за эксперимент? — опасливо полюбопытствовал Санек, который под взглядом девчонки старательно расправлял плечи и выпячивал грудь.

— Хочу устроить оргию.

— Оргию⁈ — шокировано выдохнул Шурик, следом облизал взглядом точёную фигурку Ленки и с картинно тяжёлым вздохом сказал: — Ладно, я согласен, ежели того требует дело.

Мы с девушкой одновременно захохотали. А Санек стал стремительно краснеть. И в итоге весьма злобно глянул на меня, поняв, что купился на мою шутку.

— Фух-х, — отсмеявшись, протяжно выдохнул я и смахнул выступившую в уголке глаза слезу. — Ну, Александр, ну герой… Впредь буду знать, что ты ради дела на всё готов. Пока же тебе всего лишь предстоит охранять мой покой, пока я буду вызывать духа.

— Зачем он тебе? — буркнул брат, покосившись на пурпурную от смеха Ленку.

— Есть одна идейка, — сказал я и стал творить портал. Он не занял у меня много времени. Но за него пришлось расплатиться болью, прострелившей солнечное сплетение. Зато посредине комнаты появился чёрный туман. Я бесстрашно вошёл в него и очутился на том самом кладбище, где нынче тренировал юных некромантов. Ветер тут же злорадно швырнул мне в лицо крошки земли, а вороны с громким карканьем разлетелись во все стороны.

— Шурика, наверное, испугались, — кивнула на птиц вышедшая из портала Ленка.

— Пусть боятся меня, — сурово проронил Александр, показавшийся практически одновременно с девушкой.

— Надо будет подтянуть твоё понимание иронии, — произнёс я, покрепче ухватил мешочек с ингредиентами и пошёл среди могил, утопающих в лунном свете. Надо найти подходящее место. И такое отыскалось совсем скоро. Мне приглянулся простенький покосившийся склеп из серых плит. Я открыл высохшие от времени гнилые створки и проник внутрь вместе с призрачными лучами ночного светила. Свет упал на грубо вырубленный из камня гроб, покрытый толстенным слоем пыли. Я аж чихнул, когда ветерок поднял пыль в воздух.

— Видать, купец какой-то из простолюдинов лежит, — высказал догадку Шурик.

— Угу. Авось он мне сгодится. Так, ближайшие минут пять мне не мешайте. Стойте около склепа и охраняйте. И даже не разговаривайте. Я впервые буду поднимать духа, посему мне требуется максимальная концентрация.

— Ясно, — за них обоих ответила Ленка и отступила от склепа на пару метров. Шурик повторил её манёвр. И я смог заняться делом. Поднял треснувшую крышку гроба, но пыльные кости извлекать не стал. Сбрызнул их своей кровью, зажёг по углам гроба свечи из свиного жира и принялся читать формулу призыва, упоминая в ней имя мертвеца, выгравированное на крышке гроба. Надеюсь, знания Кар-Эт-Даара меня не подведут. И они действительно не подвели меня.

Вскоре над вытянувшимся в гробу скелетом появился почти прозрачный клочок тумана, который постепенно рос, приобретая форму человеческой фигуры. Однако «реальностью» дух так и не налился. Он продолжал напоминать гигантский пар над горячей чашкой кофе. Я сквозь него прекрасно видел противоположную стену склепа. Кажется, что-то идёт не так.

— Ты меня слышишь? Понимаешь? — спросил я, закончив формулу.

— У-у-у, — провыл то ли дух, то ли порыв ветра.

— Ответь: да или нет.

— У-у-у, — точно провыл дух, но так тихо, словно боялся разбудить злых соседей.

— Скажи хоть что-нибудь. Ты же столько лет молчал.

— У-у-у… — ещё глуше протянул дух и принялся расползаться, точно туман на шквалистом ветру. Его не стало буквально через миг.

— Это всё, что ли? — удивлённо спросила Ленка, которая наблюдала за мной через дверной проём. — Или он сейчас снова появится?

— Во-первых, ты нарушила приказ, что не есть хорошо. А во-вторых, да, всё, — мрачно проронил я, усевшись на край гроба. Холод камня тут же коснулся моей задницы.

— Слабовато что-то, — решил и Шурик высказать своё мнение.

— А чего вы ждали? Представление с светомузыкой, шутками и конкурсами? — огрызнулся я.

— Ну явно не этого дохлого духа, который только укал, — сложила руки на груди Ленка. — И зачем ты его вызывал?

— Я рассчитывал на то, что одного духа может убить другой, — признался я, раздумчиво подперев подбородок кулаком. — Смекаешь? Клин клином вышибают.

— Ого! Ты понял, как убить дух Повелителя⁈ — распахнула глазки Ленка.

— Не то что понял, скорее, построил гипотезу. Но этот дух оказался крайне слабым. Видать, нужен некто, кто при жизни был яркой личностью, обладал железным характером и полон решимости вернуться в мир живых, к примеру, дабы отомстить.

— Хм-м, — задумалась девчонка и облокотилась плечом на стену склепа.

— Может, дома подумаем? — предложил Шурик. — Там ещё окорок от ужина остался и вино подогреть можно, а то чего-то зябко стало. Да и неуютно тут. Даже хуже, чем в камере.

— Твою мать! — выпалил я, поражённый внезапной догадкой. — Шурик, ты гений!

— Ну, тут не надо быть семи пядей во лбу, дабы понять, что дома-то оно думается лучше, — смущённо произнёс брат и бросил на девчонку победный взгляд. Мол, слыхала, как меня Иван назвал?

— Да я не о том! Твои слова о тюрьме натолкнули меня на шикарную идею! Возвращаемся в особняк. Мне нужно спокойно довести эту мысль до ума.

— Не скажешь, что придумал? — протянула Ленка, заломив бровь.

— За кого ты меня принимаешь? Конечно, не скажу. Иначе вы спокойно уснёте, не терзаемые любопытством, — усмехнулся я и принялся создавать портал.

— Ты — монстр, — покачала головой девушка.

— Ага, — поддакнул Шурик.

Я самодовольно улыбнулся и вошёл в заклубившийся чёрный туман. Он вернул нас всех троих в мою комнату, откуда я шустро выгнал Ленку и Санька, после чего принял ванную и завалился на кровать. Мой мозг начал усиленно размышлять над новой идеей и довольно быстро привёл её в надлежащее состояние. И на этой ноте я заснул сном праведника.

Ночь прошла без происшествий. А утро началось с того, что в особняк вернулись Алёшка и Пожарский. Я встретил их в холле. Барон пьяно хихикал и потирал красный нос. А тело опытного Лёхи отказалось служить ему, стоило парню переступить порог. Видать, залитый алкоголем мозг Корбутова посчитал, что они в безопасности и пора выключаться. Ноги Лёшки подогнулись, и он сперва упал на четвереньки, потом лёг да сладко захрапел.

Барон глянул на него осоловелыми глазами и промычал:

— Очередная… ик… хорошая идея, дружище.

Следом он рухнул на кресло и тоже захрапел, пуская слюни изо рта.

— Боюсь представить какие были другие хорошие идеи, — произнесла Ленка, стоя рядом со мной.

— Емельян, — приказал я слуге, прибывшему со мной из столицы. — Организуй бережную доставку этих господ в их спальни.

— Сделаю, ваша светлость.

Похоже, придётся ждать пробуждения Алёшки. А так хочется прямо сейчас узнать, чем закончились их похождения. Может, кто-то подтвердил слова той женщины, что сдавала комнату блондиночке-некромантке?

К сожалению, Лёшка более-менее пришёл в себя лишь через пару часов, и то благодаря тому, что мы с Саньком сунули его в холодную ванную.

— Убивают! — завопил брат, распахнув глазёнки. — Топят, как котёнка!

— Надоел ты уже всем вот и топим, — злорадно пошутил я, держа плечи Корбутова, дабы тот не выскочил из холодной воды. Шурик же воевал с мосластыми, волосатыми ногами брата, коими он отчаянно дёргал. Но уже спустя миг Лёшка сообразил, что происходит, и успокоился.

— Отпустите. Я протрезвел! — взмолился он, стуча зубами.

— Александр, полотенце! — скомандовал я.

Шурик