Адмирал Империи – 42 - Дмитрий Николаевич Коровников

сегодняшний момент один из самых прокаченных по характеристикам кораблей… И поэтому, по крайней мере я на это надеюсь, вице-адмирал Красовский без особого труда разделается с Зубовым уже на подлете, даже не вступая с ним в личный поединок и абордажные схватки команд. Единственное что меня гложет, это то, что не я прикончу цареубийцу, а другой человек. Но такова уж судьба…

— Не будь столь кровожадным, — покачал я головой, осуждающе посмотрев на своего товарища. — Контр-адмирал Зубов в данный момент наш союзник и именно его вызов стал решающим в том, что «черноморцы» повернули с прежнего маршрута и идут сейчас на нас, а не добивают «каре» Доминики. Демид Александрович знал, что его корабль не может на равных противостоять флагману Красовского, и все же вызвал того на поединок. Это достойный и героический поступок, говорящий о многом и я его оценил…

— Да он просто ляпнул, не подумав, — отмахнулся Яким, не желая верить в благородство бывшего диктатора-регента. — Какое там! Ненависть к своему старому врагу ослепила Зубова, и он не смог себя сдержать… Думаю, цареубийца попросту забыл, что стоит не на мостике лейб-линкора «Москва». Уверен, этот дутый герой сейчас рвет на себе волосы от того, какую глупость он совершил, вызвав на дуэль вице-адмирала Красовского, добраться до которого в виду того, что «Екатерина Великая» переполнена штурмовиками-«черноморцами», у него все равно не получится…

— Все волосы пока остаются на моей голове, — Демид лично вмешался в наш разговор, неожиданно появляясь на экране.

Контр-адмирал безмятежно улыбался, и на его лице не было даже намека на страх. Яким умолк недовольный, что поток его мыслей прервали, и сконфуженный тем, что снова оказался неправ.

— Как ты решился на вызов, если знаешь, что не сможешь победить? — в свою очередь спросила Наэма, Демида.

— Вызов был единственным способом изменить ход событий, — ответил тот, пожав плечами. — И в итоге, это сработало.

— Абсолютно, согласен, — кивнул я, — именно ваш вызов, контр-адмирал, стал решающим. Тем самым, вы, возможно, спасли очень много жизней. И я благодарен вам за смелость и самопожертвование…

— Не могу назвать это самопожертвованием, — покачал головой Демид Александрович, немного смущаясь от моих слов. — Вообще не люблю это слово… Мой вызов Красовскому был ответной платой за вашу доброту ко мне, Александр Иванович. А я очень не люблю быть кому-либо должным…

— Ничего, это ненадолго, — усмехнулся Наливайко. — Сейчас Красовский не оставит от твоего линкора даже космической пыли. Тогда и все твои тягости пройдут… Посмотри какой у «Екатерины…» бронированный фортшевень…

— Спасибо за поддержку, — засмеялся, ничуть не разозлившись на слова здоровяка, Демид Александрович. — но я не собираюсь покидать этот свет так скоро…

— Ты что забыл, ты сейчас не на «Москве»⁈

— Зато на мне Ратник последней модели, — Зубов приложил ладонь к нагрудной пластине своего бронескафандра. — А это уже немало…

— Что ж, посмотрим, как он защитит тебя от главного калибра «Екатерины Великой»…

— Итак, задачи всем ясны, — подытожил я, решив закончить этот разговор. — Яким и Наэма уводят свои группы по широкой траектории, угрожая «флангам» 10-ой «линейной»… Контр-адмирал Зубов берет на себя флагман их командующего… Итак, начинаем, дамы и господа…

Моя дивизия, разделившись, устремилась на врага. Красовский видел, что в построении 1-ой «ударной» отсутствовало полтора десятка кораблей, которые в данный момент забирали сильно в «сторону». Опытный космофлотоводец Александр Михайлович понял, что я задумал, но не стал разбивать свой «конус», решив, что успеет разделаться со мной и Демидом раньше, чем к нам подойдут подкрепления. Понадеявшись на пробивную энергию своего атакующего «клина» вице-адмирал Красовский отбросил мрачные мысли в сторону и полностью сосредоточил свое внимание на идущую на него «фалангу»…

Гораздо больше внимания Александр Михайлович сейчас уделял тому, кого сейчас собирался расщепить на этом. На тактической карте, горящей в командном отсеке своего флагмана, вице-адмирал отметил координаты искомого корабля — номерного линкора, на котором находился Демид Зубов. Именно его Красовский и выбрал своей первоочередной целью. Александр Михайлович до сих пор оставался под впечатлением от того, что увидел своего врага в рядах «северян». Он никак не мог понять, что должно было случиться, чтобы Демид перешел на сторону Поля Дессе.

Когда Красовский посылал вдогонку за Зубовым своего лучшего капитана-командора — Винса Моро во главе самых быстроходных крейсеров, вице-адмирал надеялся что увидит голову своего врага перед собой уже через сутки. Когда же Моро вернулся ни с чем, Александр Михайлович был просто в бешенстве. Судьба распорядилась так, что Зубов в качестве трофея достался его врагам из Северного космического флота Дессе. И вот теперь на бронескафе этого мерзавца светится знак бригадира дивизии «северян»! Как такой могло быть⁈ Это просто невероятно!

— В любом случае, сейчас я тебя прикончу! — вырвалось из уст Красовского, когда он внимательно наблюдал за перемещением корабля Демида Зубова. — Ты должен заплатить за смерть Самсонова!

«Северная» и «черноморская» дивизии открыли огонь друг по другу уже с двухсот тысяч километров, так начиналось любое стандартное космическое сражение. Выстрелы по большому скоплению кораблей с дальнего расстояния не приносили серьезного урона, но все же свой эффект имели. От прилетов плазмы постепенно начинали истончаться силовые поля идущий в первой «линии» кораблей, это снижало боевые характеристики корабля на последующих этапах боя.

С каждым десятком тысяч километров при сближении двух флотов мощь и точность огня повышались. С расстояния в сто тысяч у кораблей включались в перестрелку орудийные расчеты среднего калибра, уже все имеющиеся на борту пушки работали на пределе своих возможностей. Пространство сейчас было освещено и наэлектризовано целыми очередями выстрелов, разрезающих