Транзиция - Иэн Бэнкс

Мой противник далеко не глуп – понимает, что я могу притворяться мертвым.

Идут минуты, а он – неподвижный, как и я, – лежит сверху, время от времени сверяясь с наручными часами, дабы убедиться, что мне конец.

Надеюсь, вы довольны. Не успел я начать, а вы уже знаете финал! А теперь давайте приступим. Перво-наперво – к тем событиям, которые в некотором смысле еще не случились.

Все начинается в поезде, бегущем по самой высокогорной в мире железной дороге из Китая в Тибет. Все начинается с мужчины в дешевом деловом костюме коричневого цвета, нетвердой походкой переходящего из вагона в вагон. В одной руке у него небольшой баллон с кислородом, в другой – автоматический пистолет. Под ногами – подрагивающая металлическая площадка. Гофрированный рукав между вагонами со свистом сжимается и разжимается, словно огромный двойник ребристой трубки, соединяющей кислородный баллон с прозрачной маской у мужчины на лице. Под маской блуждает нервная улыбка.

Поезд с грохотом вздрагивает, и от резкого толчка мужчину швыряет на ребра «гармошки». Похоже, вечная мерзлота в этих краях не такая уж вечная: поговаривают, что с грунтом здесь имеются проблемы.

Вагоны перестают крениться и теперь идут плавнее. Мужчина восстанавливает равновесие; зажав кислородный баллон под мышкой, он свободной рукой поправляет галстук.

Пистолет К54, произведенный еще во времена Вьетнамской войны, с годами стал гладким, отполированным. Стрелять из такого ему прежде не доводилось, но, по слухам, оружие надежное. Глушитель, правда, незатейливый, похож на самодельный. Впрочем, сойдет.

Мужчина в коричневом костюме взводит курок, а свободную руку заносит над кодовой панелью, расположенной на двери в частный вагон. На экранчике лениво мигает красный огонек.

Поезд подъезжает к наиболее возвышенному отрезку маршрута – перевалу Танг-Ла; до Лхасы он доберется только к вечеру. Здесь, на высоте в пять с лишним километров, воздух холодный и разреженный. Пассажиры по большей части сидят на местах, не снимая кислородных масок. Снаружи вот уже около часа тянутся гребни и волны Тибетского нагорья. Эта симфония в желтовато-серых и бурых тонах, местами приправленная июньской зеленью, – предвестница кряжистых гор, чьи грозные парапеты уже виднеются вдалеке.

Начальник охраны поезда запросил за код доступа кругленькую сумму. Лишь бы не обманул. Рука быстро набирает цифры.

Красный огонек перестает мигать и сменяется зеленым. Мужчина нервно сглатывает.

Стучат колеса; дверная ручка под пальцами кажется ледяной.

А еще все начинается с нашего приятеля Эдриана Каббиша – судя по голосу, внешности и манерам, молодого, а на деле повидавшего многое. Одним лондонским утром – ладно, уточню: в разгар лета 2007-го – он просыпается у себя дома в Мейфэре, как и множество раз до этого. Спальня занимает значительную часть мансарды. Редкий дождик постукивает по окнам, обращенным под углом в сорок пять градусов к сероватому небу.

Если бы Эдриану понадобилась эмблема, ею стало бы зеркало. Вот что он говорит себе по утрам, стоя в ванной комнате, перед тем как отправиться на работу (а иногда и в выходные, когда на работу идти не надо, – просто так, забавы ради):

– Рынок – это Бог, и нет иного Бога, кроме Рынка.

Здесь Эдриан делает паузу и улыбается своему заспанному отражению. На него смотрит молодой мужчина-европеоид, худощавый, но мускулистый. Загорелый, черноволосый, с серо-зелеными глазами и широким ртом, по обыкновению, растянутым в плутоватой усмешке. У Эдриана однажды была сексуальная партнерша гораздо старше его; она назвала его губы «чувственными», и он, немного подумав, решил, что это круто. Девушки помладше, скорее, назвали бы его рот симпатичным, если вообще сочли бы нужным заострять на нем внимание.

За ночь у Эдриана проклюнулась щетина. Временами он отращивает недельную бородку, а затем сбривает; ему идет по-всякому. Без ложной скромности, внешность у него модельная. Он выглядит ровно так, как мечтал бы выглядеть. Разве что роста немного добавил бы.

Эдриан прокашливается и сплевывает в одну из двух стеклянных раковин. Обнаженный, проводит пальцами по темным завиткам лобковых волос.

– Во имя Капитала, милостивого и мудрейшего, – произносит он и с довольной ухмылкой подмигивает своему отражению.

Кроме того, все начинается в малоэтажном офисном здании в Глендейле – пригороде Лос-Анджелеса. Жалюзи нарезают послеполуденный свет на узкие полосы, которые ложатся на ковровую плитку, стулья, людей в костюмах и стол для переговоров; фоном глухо рокочет автострада. Майк Эстерос начинает свою презентацию:

– Господа и вы, милая дама… я представлю вашему вниманию не просто питч. Нет, не поймите неправильно, это, конечно, питч, но в то же время – важная часть фильма, который, я надеюсь, вы поможете мне снять.

Сейчас я расскажу вам, как найти космических пришельцев. Без шуток. Выслушав меня, вы убедитесь, что это возможно. Вероятно, у вас даже возникнет желание поймать инопланетянина. Так или иначе, в наших силах снять фильм, который захватит умы целого поколения, – не хуже «Близких контактов» или «Титаника». Спасибо, что согласились уделить мне несколько минут; обещаю – вы не пожалеете.

Скажите, кто-нибудь из вас наблюдал полное затмение? Это когда Солнца совсем не видно за Луной, а пробиваются лишь отдельные пучки и завитки света… Вы, сэр? Впечатляющая картина, не так ли?.. Точно, поразительная. А для кого-то даже судьбоносная. Некоторые начинают охоту за затмениями – срываются в любой уголок мира, чтобы раз за разом наблюдать этот уникальный и таинственный феномен.

Давайте поговорим о затмениях. Даже если мы сами их не видели, есть множество снимков в журналах, телерепортажей, роликов на «Ютьюбе». Мы уже почти равнодушны к таким вещам. Затмения заняли свое место в череде обычных природных явлений, как смена погоды или землетрясения, только совсем не разрушительные, ничем не угрожающие людям.

А сейчас вдумайтесь: какое невероятное совпадение, что наша Луна идеально, тютелька в тютельку перекрывает Солнце! Если спросите астрономов, они вам скажут, что Луна по отношению к Земле гораздо крупнее, чем любой другой спутник по отношению к своей планете. Возьмем, к примеру, Юпитер, Сатурн и так далее – их спутники в сравнении с ними ничтожно малы. А земная Луна огромна и находится к нам очень близко. Будь Луна меньше или дальше расположена, мы наблюдали бы лишь частичные затмения, а будь она крупнее или ближе, то скрыла бы Солнце совсем, и во время полного затмения мы не видели бы солнечную корону. Это потрясающее совпадение, невероятная удача! Насколько известно, подобные затмения уникальны. Возможно, такое явление имеет место только на Земле. Запомните этот факт – мы скоро к нему вернемся.

Теперь предположим, что пришельцы существуют. Пусть не такие милые и