Граф Суворов. Том 12 - Иван Шаман

ответил я, заработав откровенно гневный взгляд. — Вы только недавно сказали, что не хотите будоражить общественность, или я неправильно вас понял?

— Ты либо откажешься от этих земель добровольно, либо они будут изъяты в пользу казны принудительно. — произнес император. — Довольно оставаться стратегическим ресурсам в частных руках. К тому же, какой тебе прок от земли находящейся под воздействием зоны диссонанса?

— Тот, что мои люди, при должном обучении в состоянии находится в зоне диссонанса без вреда для себя. — ответил я, заставив императора ненадолго задуматься.

— Есть множество способов вынудить тебя выполнить мою просьбу. — наконец сказал он. — Силой, хитростью, угрозами, подкупом через третьих лиц. Но я твои слова про «людей» меня заинтересовали. Верно ли я понимаю, что ты связался с искаженными?

— Ни в коем случае, ваше императорское величество. — ответил я, стараясь не выдать волнения. Пусть вопрос и был задан вполне обычным голосом, да и сам по себе не звучал угрожающе, но чувство предвиденья буквально взвыло о грозящей мне опасности. — Наоборот, благодаря тренировкам, мои сподвижники могут сопротивляться действию диссонанса длительное время.

— Это… интересно. — взгляд Бориса неуловимо изменился. Не сказать, что потеплел, скорее превратился из угрожающей шипастой дубины в острый скальпель. — Мне приходили доклады о твоем Ордене святого Александра Невского, хотя и весьма противоречивые. Если то, что ты говоришь — правда, это может пригодится в будущем как империи, так и всему миру.

— Всегда можно найти общие точки соприкосновения, если их искать. — осторожно ответил я.

— И в самом деле. — кивнул Борис Владимирович. — Флот миротворческого корпуса сильно пострадал при открытии врат диссонанса, так что тебе придется передать свои корабли в ведение армии. Можешь оставить себе пару военных судов для сопровождения и транспортник. Остальное тебе в ближайшие годы не пригодится.

— Я хотел бы быть уверенным в том, что это и в самом деле так. — сказал я. — Весь мой предыдущий опыт говорит о том, что лучше иметь нужный флот и людей под рукой. Иначе может прийтись туго.

— Весь это полтора года? — усмехнувшись спросил император. — Впрочем не важно, хоть ни один ребенок не может проснуться с достаточными знаниями, меня этот вопрос интересует в наименьшей степени. Всё решено и прошлого уже не изменить. Ты же должен перестать мыслить, как обычный барчик и начинать уже мыслить, как правитель. Имперская армия — твоя армия. Имперский флот — твой флот. Все земли в империи — твои, не зависимо от того есть у тебя соответствующий титул или нет.

— Пока мне сложно это осознать, ваше величество. Как только удастся, так сразу я передам в род и в государство и земли и войска, и титулы. Кроме, разве что, ордена, потому как он не может никому принадлежать. — ответил я.

— С Филаретом мы разберемся позже. — отмахнулся кончиками пальцев император. — Что с Генрихом? Или его ты тоже передать не можешь?

— Святой престол от него отказался, у меня есть ряд официальных бумаг относительно его дальнейшей судьбы. — ответил я. — Однако он и в самом деле мне всё еще нужен, для обмена.

— Для обмена на кого? — заинтересованно спросил Борис Владимирович.

— На что, ваше величество. На технологии, которые могли бы помочь исцелить моего друга. — произнес я. — Он спас меня, пожертвовав своим здоровьем, лишился конечностей и глаз…

— Грустная история, однако, при чем здесь обмен и Генрих? — чуть поднял бровь Борис Васильевич.

— Мы предполагаем, что на нас напал один из убийц общества Теслы. — осторожно высказался я. — Генрих же интересен принцессе Елизавете Прусской, которая, по моим сведениям, так же входит в общество.

— Интересные у тебя осведомители, Александр. — по-новому взглянул на меня император. — И что же тебе ещё известно об обществе?

— Лишь общепризнанные сведения. — ответил я пожав плечами. — Что оно создано Николой Тесла для контроля изобретенных им устройств. Что постепенно из России переместилось в Англию, а затем в Америку. Что в его совете состоят крайне могущественные личности, в основном из правящих домов…

— Продолжай. — подбодрил меня Борис Владимирович, но я замолчал, догадываясь к чему все придет.

— Если вы очередной убийца, посланный обществом, то… я всё равно не сдамся. — сказал я, нахмурившись.

— Будь мы в обществе, за такое оскорбление я имел бы полное право не только лишить тебя права престолонаследия, но и отправить в ссылку. — холодно произнес император. — Мне казалось ты умней.

— Может я и не долго живу на этом свете, но навидаться успел всякого, ваше величество. — ответил я. — И меняющих личину перевертышей, и сверх сильных искаженных, и убийц способных одним криком ломать пространство. Можете оскорбляться, но пока я вижу в вас лишь угрозу. Возможно, потому что мир не давал мне иного и редко баловал.

— Тебе необходимы уроки хороших манер и культуры диалога, Александр. — покачал головой Борис Владимирович. — И это не угроза, а констатация твой необразованности и ограниченности. На твое счастье это поправимо и не противоречит моим планам и интересам России. Но переходить от оскорблений, обоснованных на страхе к оскорблениям, основанным на детской травме — плохое решение.

— Помолчу, может за умного сойду. — сказал я, чуть улыбнувшись.

— Для своего возраста, вполне. — усмехнулся император. — Твои знания общества весьма поверхностны, но даже так ты должен быть в курсе что оно не однородно. Нет одного управляющего или принимающего решения относительно всего происходящего в мире. То, что тебе известна одна личность совета и есть рычаг воздействия на неё — большая удача. Но желаемое ты не получишь.

— Почему? — спросил я, искренне не понимая в чем дело.

— Потому что… а ведь и в самом деле. — вновь улыбнулся император и подвинулся вперед, внимательно разглядывая мое лицо. — Даже черты лица изменились. Мой сын выглядел бы иначе. Меньше мускулатуры, менее выраженные углы… жаль я никогда не узнаю каким бы он мог стать, а ты, сколь не претворяйся, не он.

На это мне оставалось лишь пожать плечами.

— Но в одном ты прав, генетически всё верно. А значит твои дети, мои внуки, будут истинными продолжателями династии Романовых. — после небольшой паузы ответил император. — Но тебе на троне не место. Впрочем, это не значит, что я собираюсь тебя отстранять или изгонять. Наоборот, я предлагаю тебе великую миссию, огромную силу и ответственность.

— В данный момент меня волнуют куда меньшие субстанции. Например, спасение друга или мир в нашей стране. — ответил я.

— Ты не решишь их без знания своего противника — общества Теслы. А посвятить тебя в детали я смогу только если ты согласишься мне помогать. — сказал император.

— Ваше величество, я никогда не выступал и не собираюсь выступать против России. И если помощь вам значит помощь империи — вы полностью можете на меня рассчитывать. — ответил я, чуть помедлив. — Хотя не вижу, как мои дети могут стать правителями, если их некому будет этому научить. Возможно, я сам мелко мыслю, но для того, чтобы обучится иному — мне потребуется время.

— Возможно… — кивнул Борис Владимирович — А возможно я сумею помочь тебе в решении проблем твоего товарища. Но Генриха придется вернуть и как можно скорее. Иначе угроза со стороны Германии обострится. Прекращай думать о своей выгоде и мысли о выгоде государства.

— Всегда считал, что так и делаю. — пожал я плечами.

— Генриха нужно отдать в ближайшие пять дней. — не поддержал моей мысли император. — Учитывая образование новой зоны, сделать это можно будет только над Балтикой, ближе к Норвегии. Твоего товарища я осмотрю, доставьте его во дворец.

— Боюсь это невозможно, он сросся с кораблем. — ответил я.

— Подробнее. — заинтересованно сказал Борис Владимирович.

— Убийца представлял из себя смесь механизмов и вживленного в них тела. Во время сражения он смертельно ранил моего товарища, но мне удалось прикончить механойда. — проговорил я, в очередной раз повторяя историю помещения Максима в костюм с щупальцами. — Сейчас он уже на столько сроднился с механизмом что в состоянии воспринимать тактильные ощущения.

— Ельза тут совершенно не при чем, ты только зря её злишь. — покачал головой Борис Владимирович. — В то же время с каждым твоим словом ты и твои товарищи становятся все более интересны. Убить — это одно. Захватить и использовать совершенно не знакомые технологии, не допустив смерти носителя — совершенно иное.

— Надеюсь этот интерес будет на пользу нашему сотрудничеству. — ответил я.

— Безусловно… может даже мне удастся оставить тебя на престоле, по крайней мере