Фантастика 20254-131 - Константин Викторович Плешаков

и продолжил говорить тихим голосом, — Но худшее кроется не в том, что я умру и уйду на следующее перерождение — это естественно и закономерно. Таков порядок вещей в подлунном мире. Самое же худшее, это то, что с моей смертью будет безнадёжно исковеркана ваша с сестрой жизнь, он посмотрел на притихших внучек, кивнул мне, мол, тоже слушай, и продолжил, обращаясь, в первую очередь к внучкам:

— Вы же помните о том, что вы не люди, — девчонки посмотрели на меня, и почему-то взгляды их были слегка тревожными, — и помимо обычной еды вам нужна энергетическая подпитка. Эту подпитку вы можете получать из пилюль, подобным тем, которые изготавливает уважаемый Ян, — старик кивнул на меня, — но они очень, очень дороги. И, кроме этого, ещё вы можете питаться только жизненной энергией других существ.

— Дедушка, ты намекаешь на то, что если ты умрёшь, мы лишимся и этой пространственной аномалии, и доступа в наш заповедный мир? — спросила Ху Мэй.

— И это тоже, — подтвердил старик, — если бы это было возможно, то я бы передал вам свои знания и умения, но… — тут он поднял свой взгляд на девчонок и долго смотрел в их немного испуганные лица, — но у вас, в отличие от вашей матери, нет ни малейшей склонности к магии.

— Может быть ты, всё-таки, ошибаешься? — с какой-то болезненной надеждой спросила Ху Линь.

— К сожалению, я не ошибаюсь, — старик был расстроен. Ему этот разговор не доставлял никакого удовольствия, однако он отдавал себе отчёт в том, что очень может быть в результате этого разговора будет найден какой-то выход из текущей ситуации, — так что, если я умру — а это рано или поздно произойдёт… Вам ничего не останется, как начинать охотиться на людей… А люди… люди считают, что находятся на вершине пищевой пирамиды… И очень жёстко разбираются с теми, кто видит в них пищу… И сколь бы вы ни были сильны, вам не победить.

— Значит, — с обречённостью в голосе спросила Ху Мэй, — выхода нет?

— Тогда, может быть, лучше выпить яду, и не мучиться? — а это уже Ху Линь начала погружаться в депрессию.

— Ага, — хмыкнул я, причём в хмыканье моём трагизма не было ни на грош, — а ещё можно убить себя ап стену 1…

Тут на мне скрестились взгляды всех присутствующих, и мне показалось, что даже упыри Цзян-Ши смотрят на меня с явным осуждением.

— Ну что вы на меня смотрите, как на преступника? — улыбнулся я, — своей последней фразой я просто хотел дать вам понять, что не так уж всё и плохо, по крайней мере, у меня есть, что вам всем предложить. А вот как вы к этому моему предложению отнесётесь — это уже только ваше дело.

— Мы с удовольствием послушаем тебя, — объявил дед похоронным голосом.

Похоже, он не верил, что у меня может быть дельное предложение, приняв которое его небольшое семейство получит возможность избежать неминуемой, как ему казалось, катастрофы.

— Итак, я начну с самого предложения, — для того, чтобы акцентировать внимание на словах, которые только собираюсь произнести, я обвёл всех пристальным взглядом, — а заключается оно в том, что я предлагаю вашему роду принять вассальную клятву и стать вассалами рода Карповых.

— Ну да, предложение сформулировано предельно ясно и понятно, — дед кисло улыбнулся, — только вот что оно нам даст?

— Ну, во-первых, я смогу заняться обучением ваших внучек, — обозначил я первый большой плюс, — да и вообще, ваши проблемы станут моими.

— А чему ты можешь научить моих внучек? — удивился дядюшка Хо, — не забывай того, что им не дано оперировать маной, да и сам ты большой магической силой, — тут он скептически хохотнул, — мягко говоря, похвастаться не можешь.

— Так, почтенный Хо, вы же маг, а потому способны почувствовать, используется ли магия в непосредственной близости от вас? — я опять собирался продемонстрировать свою способность, не задействуя ману, приводить различные мелкие предметы в полную негодность.

— Конечно я непременно почувствую, если кто-то рядом начнёт магичить, — прозвучало это у него, как само собой разумеющееся.

— И замечательно, — я загадочно улыбнулся.

Ну, по крайней мере, я так думаю, что улыбка у меня вышла загадочная. До Моны Лизы мне конечно, далеко, но хоть что-то у меня получиться должно было. Я обернулся к Ху Мэй:

— Принеси сюда какой-нибудь горшок, — попросил я, после чего добавил, — ну или не горшок — главное, чтобы эту вещь было бы не жалко.

— Одну минуту, — отозвалась лисичка, и тут же исчезла. Но и минуты не успело пройти, как она вернулась, и в руках у неё была старая тыквенная фляга:

— Пойдёт? — она недоверчиво на меня смотрела и, вероятно, пыталась понять, что это я такое задумал.

— Сойдёт, — фляга действительно на роль мишени вполне себе подходила, — поставь-ка её во-о-он у той колонны, — и я вытянул для верности руку, показывая, куда эту флягу следовало пристроить.

— И что ты собираешься делать? — прям-таки сочась скептицизмом поинтересовался старик.

— Сейчас вы всё узнаете, — пробормотал я, удерживая руку в направлении несчастной фляги и сосредотачиваясь, — сейчас я кое-что сделаю, а вы следите за тем, применяю я магию, или обхожусь без неё.

Средний дантянь за доли секунды набрал обороты и шарик очищенной ци разнёс эту несчастную тыкву в клочья, разлетевшиеся по всему залу. Ещё и лужица на полу образовалась — что-то там на донышке, видать, ещё плескалось.

— Как ты это сделал? — не терпящим возражений тоном поинтересовался старик. Мне так и хотелось ответить, что мол каком кверху… Но сдержался из уважения к сединам дядюшки Хо.

— А вы помните, почтенный Хо, как вы мне советовали забыть про ци, и практиковать только работу с маной? — пришёл мой черёд отвечать вопросом на вопрос.

— Ты хочешь сказать… — дед завис, так как его картина мира сейчас претерпевала значительные изменения. И вид у него был каким-то… потерянным, что ли?

— Ага, так ему и надо, — злорадствовал Джекки, — будет знать, как с пренебрежением отзываться о великом Лао Цзы!

— Уймись уже, — обратился я к даосу, — не отвлекай, мне надо