Пасынки Асгарда - Алексей Изверин

затушил. — Кто будет хорошо работать, за неделю получит нож. Не такой, похожий. — Своим ножом Виктор отрезал кусок овоща, похожего на репу, из котелка, продемонстрировал срез. Судя по лицам старосты и Смуглого, ничего подобного такому ножу они не видели. — Ещё можем дать хорошие топоры, пилы, лопаты, веревки…

И вдруг наткнулся на взгляд Романа.

— Вить, ты что, им и правда платить хочешь? — Резко спросил Роман.

— Да, а что? Спички да ножики… Много стоят, что ли?

— Пускай идут они на! — Сказал на это Роман и добавил, куда именно. — Они ж на нас напали и чуть не угробили, не забыл? Пускай сначала штраф отработают. За нападение.

— А ты не забыл, что ты вчера с их женщинами делал? — Неожиданно для самого себя не сдержался Виктор.

— Это к делу не относится! И вообще, что ты себе позволяешь! — Вскипел Роман.

— Прекратите свару! — Прикрикнул Николай. — Не место тут! Виктор, Роман Аркадьевич прав.

Виктору сначала показалось, что он ослушался, ошибся. Но никакой ошибки не было, Роман и Николай прекрасно поняли друг друга. Еще по пути сюда договорились, и теперь выступали единым фронтом.

— Дим, скажи Дед Морозу вот что. Нам нужно десять человек на неделю, бесплатно пусть работают. За то, что они на нас напали. А потом уже подумаем, чем им можно оплатить. И две бабы помоложе, готовить будут.

— Две бабы на столько народу не мало? Готовить, я в виду имею. — Спросил Владислав вкрадчиво. А Виктора вдруг захлестнуло дикое, резкое отвращение к людям, с которыми он волей судьбы оказался на одной стороне. Скандалить сейчас было бы не лучшим выходом, да и кто бы его поддержал? В Дмитрии он уверен не был, а Алексей далеко.

— Ладно, пусть три дает. — Согласился Николай. — Все, решение принято, разговор окончен. Дим, переводи им. Ждем тебя на улице.

Николай поднялся, вышел наружу. За ним ушел Роман, победно оглянувшись, за ними вышел Владислав. Дмитрий быстро рисовал что-то на листе бумаги.

Староста на условия согласился сразу же. Не глядя друг на друга, Виктор и Дмитрий вышли из дома как раз вовремя, чтобы услышать разговор Владислава и Николая.

— Николай Сергеевич, понимаете, мне же питание особое нужно. — Говорил Владислав.

— Ну так и что?

— Нельзя ли мне отдельно крестьянку? Я имею в виду чтобы она мне отдельно готовила, у меня диета особая, моя пища вам не интересна, а я вашу не могу есть, желудок болит…

— Не сразу. — Ответил Николай. — Как себя покажешь, понял? Желудок у него болит. От коньяка не болит, а от еды болит. Дим, Дед Мороз все понял?

— Все. — Глухо сказал Дмитрий.

— Вот и славно. Может, тебе отдельно крестьянку выделить, чтобы она тебе… Готовила? Заодно и язык лучше освоишь, хе-хе-хе…

— Обойдусь.

— Ну, как скажешь. Где там народ-то, собрали уже? Пора и обратно идти.

— Ребят, вы дорогу найдете. — Сказал Виктор. — Я, наверное, лес обойду, погляжу местность.

— Не потеряешься? — Глянул на него Николай. — Хотя нет, не потеряешься. К ужину ждем.

— Я с тобой, ок? — Дмитрий догнал Виктора на выходе из деревни. — Вить, они что задумали-то? Вить?

— Знать не хочу что.

— Я им больше переводить не буду. — Решительно сказал Дмитрий. — Сами пускай. Чтобы она ему готовила, да! — Передразнил он Владислава. Дурак, что ли. Вить, они ж совсем свихнулись! Вить, что-то делать надо, а?

Виктор вдруг понял, как будут развиваться события дальше.

В обмен на железный топор десять дней работы, в обмен на охотничье ружье с патронами пять крестьян, телевизор с игровой приставкой два десятка стоить будет, генератор и запас топлива к нему в полсотни оценить можно, а в обмен на джип с пулеметом что потребовать можно, а? Ещё одну деревню, барон не откажет! Всех крестьян на прииск, под дула ружей, золотой песок мыть, если умирать начнут, так новых нахватать можно, барон-то с огнестрелом, он себе новых деревень хапнет, откуда тоже можно продавать людей. В обмен на боеприпасы для пулемета и горючее для джипа и для генератора, чтобы можно было в игровую приставку рубиться.

Да, так уже бывало в человеческой истории, когда на часы с кукушкой меняли десяток сильных негров. И, единожды запустив этот процесс, его будет очень трудно остановить. Уж не говоря о том, что сначала сюда будут продавать ружья и пулеметы, а большие дяди, которые рано или поздно придут на запах больших денег, станут продавать сюда бронетехнику и артиллерию, что сразу выведет местные войны на совершенно иной уровень. На что тут можно обменять пару БТР, а? На небольшой город, не иначе как.

Местных жителей ожидают очень тяжелые времена.

— Может, Илье Валерьевичу рассказать? — Предложил Дмитрий. — Он…

— Стоп. — Виктор вдруг кое-что вспомнил. — Возвращаемся.

Дмитрий спорить не стал.

В деревню они вошли с опаской. Но, напротив, никто на них не нападал, крестьяне занимались своими делами, изредка поглядывая на оставшихся двоих фремдо. На удивление без особой злости, скорее, с любопытством.

Староста с удивлением глянул на Виктора.

— У вас есть раненые? — Спросил Виктор. — Раненые? Дим, переведи. Скажи, что я кровь видел. Пусть к раненым ведет.

Картечь зацепила крестьянина вскользь, по плечу, тот старался не стонать, лежал на длинной лавке, а его жена застирывала во дворе длинную рубаху с дырками.

— Это один? — Спросил Виктор.

— Си!

Виктор в медицине разбирался на уровне давнего туриста-походника, и аптечку свою комплектовал с тем же расчетом. Вывихи, потертости, ссадины, неглубокие раны, растяжения, ожоги иногда, вот это все, пожалуй, с чем-то серьезнее он бы уже не справился. Но, к его счастью, картечь в ранах не застряла, достаточно было только промыть антисептиком и перевязать чистым бинтом. Поверх бинта Виктор наложил ещё местной ткани, чтобы повязка не слетела и не испачкалась.

Во время всех этих манипуляций крестьянин с ужасом следил за Виктором, но не протестовал, покорился судьбе. И дико обрадовался, когда понял, что ужасные фремдо уходят.

— Ещё? — Спросил Виктор. — Кого-то ещё ранили?

— Них!

— Хорошо. Все, мы уходим.

А на лесной тропе их ждали.

Смуглый, которого они видели в доме старосты, стоял, прислонившись к упавшему дереву.

— Сальве! — Осторожно сказал Виктор, отмечая, что из пустых ранее ножнах на поясе Смуглого торчит рукоятка длинного ножа.

— Сальве. Ми монтрос аль плей проксима войон! — Ответил Смуглый, чуть поклонившись. А потом развернулся и сделал приглашающий жест, идите за мной, мол.

— Что-то говорит про короткую дорогу. Идём? — Спросил Дмитрий.

— Попробуем. — Ответил Виктор не без опаски.

Но страшного ничего не случилось, Смуглый вывел их на тропинку, со стороны незаметную, но утоптанную, и легко