Штурмовая пехота - Дмитрий Львович Казаков

«Проектор» все так же светился, но контуры проделанной им двери оплывали и колыхались, словно ее тискали невидимые руки. Силовое поле дергалось, молний более не было, но алые пятна открывались там и сям, как злые глаза.

Я с облегчением вздохнул, когда все это оказалось за моей спиной.

— Прекрасная работа! — Збржчак выступил из-за БРЭМ, за которым прятался. — Шредингер, стройте своих людей!

Он подождал, пока мы не образуем правильный строй, и заговорил вновь:

— Ваш взвод, как самый лучший и подготовленный, избран для особой задачи. Смертельно опасной задачи, и поэтому… — тут батяня сделал кислое лицо, — каждый из вас имеет возможность отказаться. Достаточно сделать шаг вперед и громко заявить об этом. Миссия выполнима, конечно, но с неизбежными потерями…

А я-то думал, что запасы удивления в организме давно исчерпал.

Это мы лучший взвод? Но любой при этом может отказаться, не послушаться приказа? Что за бред?

Я поймал взгляд Нгуена, который смотрел прямо на меня и еле заметно покачивал головой.

— Кто отказывается — шаг вперед, хрен в рот! — гаркнул Збржчак.

Отказаться? Увеличить шансы на выживание, остаться тут, под присмотром комроты? Под присмотром и под колпаком? Но как после такого смотреть даже не в глаза ребятам, которые пойдут на задание, а в глаза себе, зная, что они не отступили, а ты просто струсил?

Я ждал, что кто-то сделает движение вперед, но все стояли, точно парализованные.

Ну что же, от начальства подальше… к смерти поближе, и не быть мне послушным стукачом у хитрого вьетнамца.

— Так я и знал, — Збржчак потер руки. — Теперь расскажу вкратце, что вас ждет.

Глава 7

— Итак, бойцы, нам нужно вернуть контроль за охраняемым объектом, то есть полигоном! — сообщил комбат с видом таким важным, словно открыл как минимум новый закон термодинамики. — А для этого отключить эту долбаную систему безопасности, чтоб ее. Чтобы сделать это, требуется ключ, и мы к счастью знаем, где он находится.

Игла в яйце, яйцо в утке, утка в сундуке, осталось выяснить, где зарыт сундук.

— Между четвертым и шестым кубами есть маленькое подземное хранилище, — продолжил Збржчак. — Хреновенькое такое… Так вот вы должны его обнаружить и вскрыть. Ключ там. Комвзвода и комотделения — можете задавать вопросы, только не мне, — на красной роже появилась хитрая ухмылка. — Вот док Чжан и док Мартинес вам ответят. Головы у них большие, умные, не для того, чтобы фуражку носить.

Ричардсон, судя по растерянной морде, не очень понимал, о чем спрашивать, не лучше выглядели и Ганс с Бадави.

— Что представляет собой этот самый ключ, и какими средствами безопасности оборудовано хранилище? — Шредингер говорил с натугой, видно было, что ему тяжело выражаться без возможности рявкнуть на собеседника, велеть ему подобрать сопли или сменить подгузник.

Умные головы переглянулись, латинос прокашлялся, но заговорил азиат.

— К сожалению, информация о полигоне, переданная нанимателями ЧВК, крайне обрывочная, мм… Они то ли не хотят делиться сведениями, то ли сами ими не обладают в силу древности объекта и того, что многое было утеряно. Поэтому мы можем предполагать…

— Строить гипотезы, — подхватил док Мартинес, — что малое подземное хранилище защищено не лучше, чем большие наземные, и что проникнуть внутрь не составит труда. Основное затруднение — найти его, лоцировать вход. А что до ключа — он точно там, и все.

— Все, что нам известно, — добавил Чжан, и они уставились на Шредингера так, словно выдали что-то полезное.

— Я понял все до слова «информация», — прошептал Эрик.

— А я вот все понял, — так же тихо отозвался Хамид. — Эти умники ни иблиса не знают. Это я вам как выдающийся ученый говорю.

Ну да, классика — пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что.

Ощути себя в сказке, где чем дальше, тем страшнее…

— Иными словами мы должны отыскать спрятанное между шестым и четвертым кубами подземное хранилище, точных координат которого нет в наличии? — вопросил Шредингер. — Проникнуть внутрь, не зная, как именно это хранилище защищено, и добыть некий предмет, неизвестно как выглядящий?

Непроизнесенное «детский сад» повисло в воздухе, и на этот раз я был с ним полностью согласен.

— По харашской базовой классификации хранилище маркировано знаком «огма», что значит средний уровень доступа и отсутствие активных пси и псевдоживых ловушек, — умная голова Чжан забыл, что разговаривает с тупой солдатней. — Возможны пассивные. Мины, например. Что до ключа, то о нем говорится лишь в «Наставление охраняющему безумие», а это текст с тысячелетней историей, дошедший до нас через два перевода, и созданный похоже тотальным пацифистами из цивилизации Ар´га, едва не уничтожившими Галактику во имя мира. Тому, что они пишут, можно доверять лишь с большой осторожностью, а еще наставление составлено в стихах, мм.

Я прямо увидел, как выпучиваются и обессмысливаются, стекленеют глаза Збржчака. Стоявший рядом с ним Нгуен нахмурился, но промолчал — не он тут старший по званию, не ему и командовать парадом, даже если парад устремился в какие-то совсем бредовые дали.

— Можно процитировать, хотя вряд ли это вам поможет, — латинос откашлялся снова. — Это подстрочник, без обработки… Там облако черное рыщет над златом, там криком кричит разрываемый атом, там в центре неведенья прячется ключ, разобран на части, горяч и горюч. Там…

— Стоп-стоп-стоп! — вмешался наконец комбат. — Вечер поэзии у нас не сегодня! Напишете на бумажке и отдадите Шредингеру, он на месте разберется. Вернемся к практике.

— Да, конечно, — кивнул док Чжан. — Маскировочные экраны у вас есть, на всех хватит. Мы развернем пункт наблюдения за полигоном и обеспечим возможную поддержку, вы возьмете с собой, ну понесете на себе комплект приборов, чтобы мы могли оценивать информацию…

— Какая поддержка⁈ — не выдержал Шредингер. — Там связь не работает?

— Мы решим проблему, — пообещал док Мартинес. — Будет особо защищенный канал. Естественно только между нами и вами, так что на всех развернуть его не получится, и вам придется выделить, если говорить по-архаичному, «радиста»… — и он углубился в технические детали, которых если кто и понимал, то разве что вторая умная голова.

А в моей голове, не такой умной, крутился один вопрос — зачем посылать такую толпу? Взвод — больше пятидесяти человек, основательная боевая сила,