Саймон Хоук - Бэтмен: По следу Спектра

— Но почему?

— Из того, что я знаю о Спектре, — сказал Бэтмэн, — легко предположить, что он убийца, который гордится своим профессионализмом. Его modus operandi,[20] его театральное имя, фирменное оружие для выполнения «контрактов», заявление о своих намерениях через прессу и телевидение, все это говорит о высокой степени тщеславия. Похитив государственного свидетеля, и публично приняв на себя ответственность, я кину ему в лицо перчатку. Я хочу приманить его, Джим, и заставить сфокусировать на мне всю его деятельность. Скорее всего это не предотвратит террористические акции против населения города. Но мы столкнем Спектра с выбранного пути. Это заставит его включить меня в уравнение. А между тем я сделаю все, что в моих силах, чтобы отыскать его.

Гордон облизнул пересохшие губы.

— Черт, это может сработать, — сказал он. — Но до сих пор вы пользовались массовой поддержкой в этом городе. Похищение может все изменить. Вы совершите государственное преступление, а возвращения назад уже не будет.

— Возможно, так — сказал Бэтмэн, — а может быть, и нет. Я собираюсь вовремя доставить свидетеля в зал суда. А с осужденным Гарсиа и арестованным Спектром есть шанс, что ФБР откажется от обвинения против меня. Я полагаю, все зависит от того, сработает наш план или нет, не так ли? Кроме того, у вас есть идеи получше?

Гордон усмехнулся.

— Нет. Мне грустно в этом признаваться, но мне ничего не приходит в голову. — Он глубоко вздохнул. — Ну, хорошо. Я только надеюсь, что вы знаете, на что идете. Я молю бога, чтобы это сработало, потому что времени у нас слишком мало. Мы повезем свидетеля рано утром. Вот как мы рассчитывали это сделать…

Рассвет не взошел над Готэм-Сити как обычно. Он тихо подкрался. Как усталый путник посреди ночи, новый день, казалось, колебался в нерешительности перед тем, как осмелился озарить город лучами, словно посматривая, чист ли горизонт. Небо снаружи только начало сереть, когда сержанты Дик Мэллори и Рик Ронделл спустились по внутренней лестнице в подземный гараж и тщательно проверили каждый уголок. Внешне они выглядели как обычные бизнесмены из Готэм-Сити, но если знать, что имелось у каждого под пиджаком, их можно было смело назвать ходячим арсеналом.

У того и другого под мышкой оттопыривалась облегченная нейлоновая кобура, у Ронделла в ней покоился австрийский полуавтоматический пистолет, сконструированный из пластика и стали, с обоймой на семнадцать 9-мм патронов, а Мэллори предпочитал американский полуавтоматический четырнадцатизарядный. С другой стороны кобуры свисали маленькие кармашки на две запасные обоймы. Сзади, в пристегнутой к поясу кобуре, у каждого лежал дополнительный резервный пистолет. Оба были мастерами боевых искусств, каждый имел при себе буковые нунчаки, соединенные прочной металлической цепочкой. Одну деревянную часть восточного оружия они пропустили в рукав пиджака, а другая — свободно болталась под мышкой, так что их в любой момент можно было выхватить и быстро пустить в ход. Ронделл, так же как и Мэллори, в одной руке держал рацию двусторонней связи, а в другой сжимал 45-калиберный мини-автомат. Они были готовы встретиться с кем угодно или с чем угодно.

Ронделл поднес к губам рацию.

— О'кей, — сказал он, — похоже, все чисто. Мы сейчас подгоним фургон. Будьте готовы.

— Понял, — послышался ответ.

Он занял позицию у лифта, стоя с автоматом наготове — с взведенным затвором, досланным патроном и снятым предохранителем. Мэллори прошел в центр подземного гаража к темно-зеленому фургону грузовика, бока которого были разрисованы фиалками с именем торговца цветами. С мини-автоматом в руке Мэллори пошел не к двери водителя, а прежде осмотрел задние дверцы фургона. Повернув ключом в замке, он рывком распахнул двери и отступил назад, чтобы лучше оглядеть кузов. Убедившись, что фургон пуст, он махнул Ронделлу. Когда Ронделл подошел, и приготовился прикрывать его, Мэллори опустился на четвереньки, затем перевернулся на спину и проскользнул под грузовик, тщательно обследовав днище. Выбравшись из-под фургона, он подошел к радиатору. Мэллори поднял капот и проверил двигатель. Удостоверившись, что за ночь никто не оставил им сюрпризов, он под прикрытием Ронделла методично осмотрел кабину. Убедившись в безопасности, он высунул голову и кивнул Ронделлу. Тот вернулся к лифту. Пока Мэллори выезжал задом со стоянки, Ронделл проговорил в рацию…

— О'кей, мы готовы.

— Понял. Мы спускаемся, ждите.

Пока Мэллори подгонял грузовик к дверям лифта, Ронделл стоял с автоматом в руках, каждую секунду готовый открыть огонь.

Наверху, на пятнадцатом этаже шикарного, тщательно охраняемого здания, детектив-лейтенант Стив Кармен повернулся к Чэмберсу.

— О'кей, самое время двигаться.

Детектив сержант Росс Хайнцельман первым вышел из апартаментов, прошелся по коридору в обоих направлениях, а потом направился к лифту. Его полуавтоматический.45 покачивался на бедре. В этот час жильцы дома еще крепко спали в своих удобных постелях. Ни один из них не догадывался, что в номере посреди коридора расположилась группа агентов ФБР с государственным свидетелем. Насколько они знали, апартаменты принадлежали крупной корпорации Готэм-Сити, которая арендовала их для размещения важных посетителей.

Кармен следил из-за двери, как Хайнцельман подошел к лифту. Вызывать лифт не было никакой необходимости. Ронделл и Мэллори уже сделали это, перед тем как спустились вниз по бесконечной лестнице небоскреба. Лифт ожидал их, двери были раскрыты. Кабину также обследовали. Ронделл даже взобрался на крышу лифта через люк в потолке и убедился, что за ночь там не появилось ничего лишнего, а трос в полном порядке. Они не оставляли никакой возможности для покушения.

— Вы, ребята, кажется знаете свое дело, — восхищенно сказал Чэмберс Кармену.

— У нас достаточно опыта в такого рода мероприятиях, сэр, — ответил лейтенант Кармен. — Мафия очень активна в нашем городе. В свое время мы немало понянчились со свидетелями против крупных мафиози.

— Ну, с этой я вам не позавидую, — сказал Чэмберс. — Она — настоящее наказание.

Кармен криво улыбнулся.

— Нам и с такими приходилось справляться. О'кей. Пора трогаться.

— Приведите ее, — сказал Чэмберс.

Двое его подчиненных вышли из спальни с государственным свидетелем посредине. Судя по ее виду, не скажешь, что с ней будет так уж много неприятностей, думал Кармен. Хотя он уже видел достаточно признаков вспыльчивости ее характера, чтобы понять, какой «королевской колючкой» в заднице она может для них обернуться. Уж лучше бы она была мужчиной. С мужчинами всегда проще, их можно слегка поприжать, не очень сильно, но достаточно, чтобы припугнуть и поставить на свое место. С женщиной — все по-другому. С ней надо быть мягким и вежливым или на следующий же день за вас возьмется Департамент внутренних дел.

Выходя в гостиную, настроена она была не самым лучшим образом. Она упрямо дула губки и посматривала на них вызывающе. Ей было лет двадцать шесть или двадцать семь. Хорошенькая девчушка, хотя она и не выбивалась из сил, чтобы подчеркнуть свою естественную красоту. Черные по плечи волосы были распущены, она почти не пользовалась косметикой. Ее наряд состоял из узких потертых джине и невзрачной красной водолазки, а все это дополняли рокерская черная кожаная куртка и высокие ботинки. Другими словами, обычная маленькая хулиганка, каких часто встретишь в рок-клубах в Вилледж; днем они шатаются без дела, а каждую ночь толкутся под шумную музыку. Кармену с трудом верилось, что эта девчонка сможет в одиночку уложит на лопатки такого могущественного человека, как Дезидерио Гарсиа.

Впрочем, теперь Гарсиа больше не был таким могущественным. В своем тюремном комбинезоне он выглядел как любой другой зек. Снимите с него эту дурацкую униформу и «нацистскую» тюремную кепку с высокой тульей, да разные пестрые побрякушки — и что останется? Напуганный, маленький пятидесятивосьмилетний старик, одиноко томящийся под умопомрачительной охраной и проводящий время в размышлениях о своем грустном будущем в качестве трехсотфунтового татуированного сокамерника с пожизненным заключением по имени «Мэри». Незавидная участь для старого негодяя, подумал Кармен.

— Ладно, милая, пошли, — сказал он.

— Не называй меня милой, свинья, — огрызнулась девушка.

— Прошу прощения, мадам. Я не хотел вас обидеть.

— Ладно, уговорил. Прощаю.

— Не пройдете ли с нами?

— А у меня есть выбор?

— Я думаю, что нет. Буду вам очень признателен, если вы встанете между мной и детективом Крузом. Это для вашей же собственной безопасности.

— Как хотите, — сказала она, передернув плечами.

— Подождите, — остановил их Чэмберс, — вы уверены, что мне лучше… что мне не следует…