Алексей Бобл - Пуля-Квант

Я сидел с закрытыми глазами, чувствуя себя с каж­дой минутой все лучше и лучше. Навалилась сонли­вость, очень хотелось есть. Зашуршала бумага, Химик ткнул меня в грудь, и я открыл глаза. В слабом мерца­нии костюма увидел, что сталкер протягивает мне плит­ку гематогена. Я жадно схватил угощение и сжевал в один заход. Поблагодарил кивком, показал большой па­лец. Химик кивнул в ответ.

Сдвинув ладони, сталкер приложил их к щеке, скло­нил голову. Предлагает поспать… Он двумя пальцами указал на свои глаза и обвел рукой сарай - мол, по­дежурит пока.

Я сложил руки на животе - и провалился в сон.

Проснулся я от сильного зуда в сломанной ноге. Го­лова свесилась на грудь. С трудом удалось распрямить­ся, я помассировал затекшую шею и с удивлением по­нял, что могу пошевелить ногой. Артефакт под повяз­кой раздулся.

Я медленно переместил ногу в сторону, пошевелил пальцами, подвигал ступней. Острой боли не было. По­вязка с артефактом мешала, но все-таки удалось согнуть ногу.

Огляделся - раннее утро. В сарае висела серая дымка, Химик стоял в дверном проеме боком ко мне. На спине рюкзак Пригоршни с подвязанным снизу контей­нером, на клапан резинками пристегнут блестящий ту­бус - чем-то чертежный напоминает, только короче вдвое. Сбоку приторочена винтовка - телескопический приклад сдвинут до минимума, на ремне подсумок, из-за голенища торчит рукоять ножа. Он стоял, засунув ру­ки под жилетку, и дымил сигаретой. Только сейчас я за­метил, что голова сталкера обвязана и какие-то стран­ные кругляки, напоминающие улиток, прилеплены к вискам.

Химик пожевал губами, длинный столбик пепла упал на ботинки. Сталкер выплюнул окурок, зевнул и потя­нулся, привстав на носки.

Я пошевелился, он заметил движение и обернулся. Выглядел он свежо, только глаза красные да слегка отекшее лицо - напоминание о бессонной ночи. На­верное, прийти в себя ему помогла повязка с улитками-артефактами. Вообще, надо расспросить Химика при случае подробнее про аномалии, артефакты - кажет­ся, он в этом деле хорошо разбирается. Вон за одну ночь с их помощью меня вылечил…

Я жестом поинтересовался, можно ли говорить, Хи­мик отрицательно качнул головой. Шагнул ко мне, при­сел на корточки. Из внутреннего кармана достал ПДА и быстро набрал несколько слов. Развернул ко мне эк­ран: «ЕЖИ, НЕЛЬЗЯ ШУМЕТЬ».

Я кивнул.

Сталкер отстучал на клаве: «ЯНТАРЬ».

Я оттопырил большой палец - согласен.

Химик встал, отошел к верстаку и взял длинный ку­сок арматурины. С одной стороны железяка загибалась, этот конец обмотан репшнуром - удобная ручка, ла­донь не соскочит, - на другой насажена пробка от бу­тылька.

Ага, это костыль. Выходит, Химик ночью даром вре­мени не терял, готовился к путешествию.

Сталкер протянул костыль, я взялся за него, кое-как встал, половчее перехватил рукоятку и попробовал сту­пить на сломанную ногу. В колене кольнуло, я пошеве­лил стопой, перенося вес тела с пятки на носок - не­привычно, нога плохо сгибается из-за раздувшегося ар­тефакта, но это ерунда, главное - боли нет! Значит, я самостоятельно могу идти, нет необходимости меня та­щить. Я поднял взгляд.

Химик скупо улыбнулся и указал на дверь.

Я шагнул раз, второй - все нормально. Вот как! На лице сама собой возникла улыбка. Теперь-то мы точно дойдем до Янтаря. Оружие есть, я не один, в компании опытного сталкера, который разбирается в аномалиях и артефактах, может, даже получше ученых с Янтаря. Еды у нас, наверное, маловато, но главное - добраться до лагеря, а там видно будет…

Выйдя наружу, я увидел небольшую полянку, окру­женную кустарником. Дальше рос лес. И куда, интерес­но, подевался весь снег? Не мог же он растаять так бы­стро. Или мог? Странно.

Я вдохнул полной грудью свежий морозный воздух. Погладил дощатую стену, собрал иней на ладонь, оста­вив темный след на щербатой доске. Вытер лицо. По­смотрел на ржавую чугунную ванну возле стены - и кто ее сюда притащил? - поднял взгляд к небу. Светает, но кругом по-прежнему все серо. Вроде возвращается обычная для Зоны погода; если потеплеет, идти будет легче.

Потом взгляд уперся в мертвеца, лежащего между аномалиями. Я вздрогнул, вспомнив события прошлой ночи. Захотелось побыстрее убраться отсюда, уйти по­дальше от ночного кошмара.

Химик подтолкнул меня вперед, и сам вышел следом. Показал знаками, что надо двигаться вдоль стены и за угол.

Я кивнул, но, не успев сделать и шагу, заметил дви­жение по краю поляны. Кусты шевельнулись, и на от­крытое пространство выбрался человек, облаченный в КЗС, в противогазе с длинным хоботом, с «калашом» на изготовку. Следом появился второй, у которого КЗС был поярче - новее, наверное…

«Свобода» - понял я. Эти парни из «Свободы». Я вспомнил сталкера, который разговаривал с Отмелем на Янтаре. Он носил такую же форму и элементы эки­пировки.

- Хенде хох, Химик! - прогнусавил один из стал­керов.

Мертвец между аномалиями дернулся, и тут Химик сильно толкнул меня к ванне.

Часть вторая

ЭФФЕКТ ВНЕЗАПНОСТИ

[Лабус]

Глава 8

ПОИСК

- Лабус! - Я обернулся на крик Курортника. Над поляной пролетел вертолет, судя по номеру на борту - из второй эскадрильи.

- Дым ему зажги!

- Сделаю.

Я добежал до опушки, достал из-за пояса трубку на­земного сигнала, отогнул проволоку с боков зеленого цилиндра - получились ручки. Пальцем вдавил проб­ку, сорвал заглушку и, выдернув кольцо, поднял над го­ловой дымящую трубку.

Вертолет начал снижаться. Винт с ревом рубил воз­дух, ветер разгонял по поляне белую пелену, закручи­вая десятки маленьких смерчей. Хлестала по липу снеж­ная крошка, впиваясь в щеки. Я выбросил бесполезную сигнальную шашку. Клочья густого рыжего дыма, под­хваченные потоком, смешивались с белой пеленой, вплетались в протуберанцы и тут же, потеряв ускоре­ние, таяли…

Машина задними колесами коснулась земли, потом опустилась передняя стойка шасси. Я разглядел сквозь лобовое стекло, как пилоты обмениваются фразами; один, пожилой, потянулся к тумблерам на верхней пане­ли, второй, молодой совсем, дернул рычаги управления, сдвинул вбок форточку, высунул руку и призывно махнул.

Обороты двигателя снизились, протяжный звук сме­нился низким воем и через пару секунд смолк.

Я поднял очки на шлем и побежал к вертолету.

- Пригоршня! - донесся Лехин голос. - Чего ты возишься?

- Да… тут… - Никита выбрался из палатки.

- Ну чего?..

- Кирилл пропал.

Я остановился. Как пропал?

- Как пропал? Куда? - спросил Курортник.

- Не знаю. Знал бы - уже нашел.

Я повернулся, окинул взглядом лес. Между деревья­ми купол палатки, рядом растерянный Пригоршня, в од­ной руке ОЦ-14, или попросту автоматно-гранатометный комплекс «Гроза», в другой портплед. Сталкер вскинул «Грозу» и снова нырнул в палатку.

Я покосился на Курортника.

- К бою! - скомандовал он.

Мы пошли одновременно, подняв оружие, но не ус­пели сделать и пары шагов, как с другой стороны па­латки вынырнул удивленный Пригоршня. Он почесал затылок, присел, потрогал полог. Выпрямился и сказал:

- Пропал… и изделия тоже нет.

За спиной щелкнуло, раздался вой стартера, я огля­нулся - лопасти винта медленно поползли по кругу.

- Лабус! - прокричал Курортник. - Задержи его!

- Стой! - Я сжал кулак, согнув руку в локте, по­качал ею.

Молодой пилот высунулся в форточку, проорал:

- Что у вас тут происходит?!

Я кинулся к вертолету, наведя ствол на испуганное круглое лицо.

- Стой, говорю! Глуши двигатель!

- Не мельтеши, военстал, - спокойно произнес пожилой, перегнувшись через напарника, и выставил в форточку пистолет.

Ясно, это командир, а круглолицый - второй пилот-штурман. Парень хлопал глазами, вертел головой, но питание выключил и руки с рычагов убрал.

- Что у вас? - спросил командир.

- Ничего, - буркнул я. - Ждем… - И, опустив оружие, развернулся.

Курортник, стоя возле палатки, разговаривал с При­горшней. Сталкер развел руками, хлопнул ладонями по бедрам, запрокинул голову и зачем-то указал пальцем на небо.

Рев двигателя оборвался, и долетел обрывок фразы:

- …куда я знаю!!!

Курортник сгреб Никиту за шиворот, подтянул к се­бе и начал цедить ему в лицо. Умеет Леха людей вра­зумлять. Чего он только в сталкере нашел - не пой­му… Ладно, это их дела, я в Зоне меньше года, а Ку­рортник уж почти три. Да и Пригоршня этот тоже, наверно, с пару годков ходит.

Из кабины раздался голос командира. Он вел радио­обмен с базой, запрашивал указания.

- Говорить будешь? - Командир протянул науш­ники с гарнитурой.

Я свистнул Лехе, тот знаком приказал мне оставать­ся на месте и подтолкнул сталкера - они побрели в ча­шу, глядя под ноги.