Магия ответа (СИ) - Изотов Александр

Красная — Огонь.

Белая — Воздух.

Синяя — Вода.

Жёлтая — Земля.

Я на миг удивился, чётко вспомнив, что у Василия-то она чёрная. Но духи даже не стали на этом зацикливаться, сказав, что это «цвет оракулов и привратников».

И продолжили обучение.

— Эй, то есть, оракулов? — выкрикнул я в пустоту, переполненную мыслеформами, но никому уже не было дела.

Мне показывали, как Утренний Маг, осознав свою стихию, осваивает вторую чакру. В этом ему помогает энергия Вертуна, рядом с которым ученики всегда показывали лучшие результаты.

Картинки начали ускоряться. Освоена вторая чакра, и маг становится Полуденным. Поток энергии, впитываемый учеником, увеличивается.

Третья чакра — путь к Вечернему магу.

Она открыта, и теперь надо учиться контролировать поток энергии через все три чакры. Маг, который смог открыть этот канал полностью, переходит к рангу Первого Дня.

Что такое знания? Это информация.

И когда знания приобретаются через трудности, то становятся очень ценным личным опытом. Без трудностей они не задерживаются в голове, не проникают в мышечную память, чтобы закрепиться навыком…

Вот и я, когда вдруг оказался лицом к лицу с противником, понял — обучение продолжается.

***

Я стою в большом зале. Деревянный пол, толстые брусья-колонны.

Стены зала утопают в темноте, будто источник света только над нами. Я знаком с такой формой записи событий — в фокус попадает только то, что важно, что имеет смысл.

Напротив меня тёмный силуэт. Вот через несколько секунд он проявляется, и очерчиваются глаза, нос, короткая бородка. Фокус внимания переводится на него.

Передо мной зрелый мужчина в самом расцвете сил. С величавой осанкой, высокий, он одет в простые серые штаны и толстовку.

Он наносит удар мне в лицо, и я хочу перехватить его отработанным движением… но творю какую-то лютую хрень. До меня не сразу доходит, что это тело не то, что не моё, но даже не Василия.

Кулак замирает в нескольких сантиметрах от моего виска.

— Я тебе сказал, Дима, — бородатый качает пальцем, — Тебе не стать Вечерником, если не научишься контролировать эмоции…

— Но я стараюсь… — искренне возмущаюсь я.

Эх, жаль, рядом нет зеркал. Взглянуть бы, в чьём теле ведётся запись событий.

Это какая-то тренировка, здесь магия постигается на практике. И этот, впереди, вроде учителя или наставника…

— Ух, твою луну! — ругается на меня этот наставник, — Какая пословица?!

— Но я уже десятый раз…

— Дмитрий, ты сомневаешься в моих указаниях?

— Нет, — отвечаю я.

— Пословицу!

Судя по всему, я очень молодой, и во мне бурлят эмоции. Но приходится наступить на горло подростковой гордости и начать произносить:

— Даже тому, кто повесил голову, из лужи светит луна.

— Во-о-от. Но только это всё-таки лужа, и нам такая луна не нужна, — улыбается бородатый, — Выше голову. Выше, я сказал! Спина прямая, ноги расставил. Так, а теперь ощути потоки из земли. Они всегда там, Красная Луна сегодня достаточно напитала и землю, и Вертуны.

И я представляю потоки, старательно запоминая, как у этого Дмитрия обстоят дела с чакрами.

Он начал осваивать третью чакру, и тут надо похвалить местных учителей — нижние две у парня развиты хорошо, и достаточно тренированы.

— А теперь ощути эту защитную плёнку, которой ты покрываешь себя, — голос бородатого подёргивается дымкой, звучит словно сквозь вату, — Тот, кто носит магические побрякушки для защиты, всегда будет на чакру ниже тебя.

Духи стали отдалять картинку…

Я весь чуть из орбит не вылез, пытаясь вслушаться в затихающий разговор. Они говорили про защитную магию?!

— ЭЙ! — возмущённо закричал я, — Мне нужно больше!!!

«Терпи».

Но духи всё же выполнили мою просьбу, сделав бородатого на миг погромче.

Я на миг уловил от призраков Борзовых чувство гордости. Им не нравилась моя наглость, но им нравилось, что их знания не умирают вместе с ними. Им очень льстило, что я оценил их наследие.

Парень, в теле которого я оказался, пытается впитать энергию. И хочет окружить своё тело, представляя, что он стоит в костре, и языки пламени окутывают его.

Мне не надо было говорить, что будет дальше…

— А-А-А!!! — кричу я, понимая, что обжёг самого себя.

— Ну, не вылунь ты, а?! — наставник смеётся, — Ты хочешь сжечь себя, что ли?

Я упрямо качаю головой.

— Что это за маг, который не может защитить себя самостоятельно? Эти Вепревы, которые хвалятся своими артефактами… — тут наставник, который снова уже превращался в тёмный силуэт, вскидывает ладонь, и шарик огня слетает куда-то в сторону.

Я смотрю туда, вслед магическому снаряду. У стены стоит деревянный манекен, на руке которого нацеплен… серебрянный браслет! Такой же, какой таскали охранники у Вепревых.

Вот огонёк бородатого влетает в цель, прямо в грудь манекену, и тот мерцает, словно на нём искрится мыльная плёнка. Но защита не рвётся, судя по тому, что повреждений нет.

— Такой артефакт хорош, когда маг и сам может за себя постоять, — продолжает бородач, посылая ещё один снаряд.

Тот влетает в цель, и теперь мыльная плёнка вокруг манекена, заискрив, вспыхивает и исчезает. В месте попадания второго шарика уже виднеется пятно копоти.

— Но если у тебя нет своих навыков, — и наставник выпускает третий пламенный сгусток…

В этот раз манекену очень не поздоровилось. Снаряд сбивает его с места, толкая в стену, и прожигает в груди дыру.

— Какую ошибку допустил этот манекен? — вдруг спрашивает бородатый, повернувшись ко мне.

— Он использовал защитный артефакт Вепревых? — неуверенно отвечает мой парнишка.

Я же, проникшись атмосферой обучения, вспоминал своих наставников в корпусе псиоников. Те подходили к обучению с подобной креативностью, иногда выдумывая такие мудрости, что некоторые из них становились потом у нас крылатыми фразами.

И на месте парня я бы ответил по-другому: «Он не защищался».

— Он не нападал, — вдруг говорит бородач, немного удивив меня. Потом наставник, задумавшись, добавляет, — И не защищался.

— Понятно, — киваю я.

— Представляя костёр, ты активируешь магию нападения. Огонь сжигает, разрушает, съедает дрова без остатка… А ты себя в костёр суёшь!

Меня немного удивиляет сравнение, но я снова киваю. Он был в чём-то прав.

— Но… — мой парнишка растерян, — А чего делать-то? Я маг огня, и когда атакую, то представляю, как мой огонь пожирает и обжигает врага.

— Так ты атакуешь или защищаешься сейчас?

— Эээ… защищаюсь. Но как?! Огонь — он же раскалённый. Как я могу им защититься?

Духи хотели перейти к другому воспоминанию, но я удерживал картинку, вызывая у них раздражение. Впрочем, даже эта запись уже подходила к концу.

— Что ты делаешь, когда хочешь согреться? Лезешь в камин?

— Я… сажусь рядом.

— А вот теперь подумай, — наставник звучал уже глухо, — Костёр — это не только пламя. Это и тепло, и круг света, отпугивающий хищников.

Мой парнишка, к счастью, догадался, чем отличается энергия нападения от энергии защиты. И перестал представлять себя внутри костра. Достаточно вообразить его тепло, окружить себя светом…

— От этих побрякушек только одна польза, — с неохотой добавил наставник, глядя на поваленный манекен, — Заговорённый «тхэлус» хоть как-то защищает от Стражей Душ. Чёртовы раки!

Я сразу вспомнил, как Борис Вепрев, когда выходил из кареты говорить со Стражами Душ, устроившими засаду, надевал на голову обруч с чёрным камешком.

Интересно, а где этот камушек можно получить.

Духи Борзовых явно уловили мою мысль, и промелькнула необычная картинка. Я едва успел перехватить её и снова стал замедлять биоритмы, пытаясь за доли секунды рассмотреть, что находится в том воспоминании.

***

— Пульсары? — удивлённо спрашиваю я.

— Ну да, — седой старик сидит передо мной, с длинной серой бородой, показывает зелёный круглый камушек.