Дорога за горизонт - Александр Вячеславович Башибузук

посты террористов. А этот рубеж занимают неконтролируемые банды. Между собой бандиты и террористы более-менее ладят, но, все вместе, не ладят с вами. А все остальное пространство — мертвая зона, переполненная зараженными тварями, в том числе сам Петербург. Мы проскочили скрытно, но большую группу засекут обязательно, что случится дальше вы прекрасно понимаете. Хотите устроить коллективное убийство подчиненного личного состава — пожалуйста, но для этого можно выбрать более простой и менее затратный способ.

Я говорил почти полную правду. Военные контролировали большую часть бывшей Псковской области, но значительно расширить зону контроля так и не смогли, как не старались. Террористы, бандиты с претензиями на идеологию и без, непонятно откуда повылезавшие сектанты, и все это на фоне периодически выплёскивающихся из Питера орд зараженных. В миллионнике даже сейчас их оставалось дохрена и еще столько же…

Разумеется, склады большого города манили многих выживших, но пока что шансов сложить голову или превратиться в тварь было куда больше, чем уйти живым и с хабаром.

В общем, шансов добраться до внутренних Питера практически не было. Террористы, орды зараженных и бандюги представляли собой почти непреодолимый кордон.

Да, мы с Микки почти дошли до Питера, но я не собирался говорить о том, что на тот момент, я обладал некими связями среди бандюков. Но сейчас, эти связи уже не работали.

— Пойми, парень… — вдруг тихо сказал Калуга. — Пойми, это очень важно, ты даже не можешь представить, как важно. Мы все, все оставшееся человечество зависит от этой машины.

В его голосе даже неожиданно прорезались человеческие нотки.

Севастьянов стал и тоже подошел к карте.

— Белов… — он сделал недолгую паузу, сипло вздохнул и заговорил снова. — Ты отправишься в Питер, а я сделаю все для того, чтобы у вас получилось. Мы тут не комедию ломаем, полковник сказал правду. Это реально важно. Куда важнее твоей никчемной жизни… да и моей тоже. Ты меня знаешь. Или завтра…

Он не договорил, но я прекрасно понял, что он хотел сказать.

— Хорошо. Состав группы? Сколько человек пойдет?

— Со мной — трое, — быстро ответил Калуга. — Ты со своей девчонкой. Группа обеспечения. Пока еще состав подбирается, но всего будет немного. Ставка на качество, не на количество.

— Все очень непросто. И не быстро… — я с трудом сдерживал злость. — Придется оборудовать промежуточные пункты.

— Часть пути проделаете по воде, — Севастьянов ткнул пальцем в карту. — Водный транспорт уже готов, ждет. Снаряжение на складе. Возьмете все что посчитаете нужным. Дальше… дальше все в ваших руках. Но ты должен понять — дороги назад нет.

Я очень хотел поинтересоваться у него: что нам помешает сбежать, но меня опередил Калуга.

— Сбежать даже не пытайтесь… — угрюмо проскрипел он. — Умрете.

Я вспылил и процедил прямо ему в лицо…

— А сам не боишься умереть?

— Не боюсь, — тихо ответил полковник.

В его голосе было столько уверенности, что я поверил ему.

— Есть условия… — сдаваться так просто я не собрался.

— Ты не в том положении, чтобы ставить условия, Белов, — криво ухмыльнулся Севостьянов.

Я проигнорировал его взгляд и продолжил.

— Первое — нас немедленно освобождают. Второе — маршрут операции прорабатываю я. Третье — запрос на ресурсы тоже за мной. И вы его выполните. Четвертое — мне понадобится выход из города, чтобы забрать свою экипировку…

— Что у тебя есть такого, чего нет у нас? ­– насмешливо бросил генерал.

— Много чего, — спокойно возразил я. — И последнее — пока я не встречусь с личным составом группы, окончательного согласия на участие в операции мы не дадим.

— Это как раз можно устроить, — Калуга переглянулся с Севастьяновым, после чего тот по телефону приказал доставить в его кабинет каких-то задержанных.

Мне все это очень не понравилось. Хер с ним, с людьми Калуги, они идейные скорее всего. Это даже неплохо, идейные как раз предсказуемые. Но, судя по всему, в состав группы, «добровольно-принудительно» включили не только меня с Микки. А это грозит большими осложнениями. Давно убедился по собственному опыту, заставить кого-либо, что-либо сделать нельзя. Люди всегда будут стараться играть свою игру. И не факт, что эта игра не помешает моей игре.

Через несколько минут в кабинет ввели еще одну пару, закованную в наручники. Парня и девушку. Худощавый и жилистый парень чем-то смахивал на Курта Кобейна, моего любимого музыканта из прошлого, такой же патлатый и с бородкой. Выглядел он совершенно спокойным, словно любовался закатом на берегу моря, а не стоял в наручниках. Даже зевнул разок, словно демонстрируя, насколько ему тут все пофигу. Странный тип, непонятный. А я странностей не люблю, от них всякие неприятные сюрпризы приключаются.

Девушка… тоже явно не простая. Не красавица, но до невозможности милая и симпатичная. Но при этом в глазах какая-то сумасшедшинка есть. Не как у Микки, по-другому… но спиной к ней я бы поворачиваться не рискнул. Может потом и всплакнет, но сначала ножик-то пару раз под ребро засунет.

— Знакомьтесь, — с изрядной долей насмешки в голосе прокомментировал Севостьянов. — Это Карл и Юлия. Вам предстоит подружиться…

Глава 5

Глава 5

Разговор ниочем

Карл и Юлия

В этот раз кабинет был совсем другим. Никакой казенщины — низкий стеклянный столик, с одной стороны диван, с другой — два мягких кресла. Над всем этим торшер из тех, что принято именовать дизайнерскими, с длинной изогнутой «шеей», словно жираф из мультика склонился посмотреть на свое отражение в стекле. У стены кулер с бочонком воды и кофемашина. Даже стены не выкрашены уставной краской, как во всем остальном здании, а оклеены совсем не дешевыми фотообоями. Что-то зелено-джунглевое и прямо напротив окна в зеленых зарослях проход на берег океана. В