Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров
— Да идите уже… — рассмеялась Лиля. — Звоните своему «Папе» или как там его…
— «Бате!» — крикнул я уже из коридора. — Мальчики-девочки, вы тут чуток побудьте! Я к себе домой позвонить сгоняю… А то межгород все-таки…
* * *
Вечером того же дня мы с «Бондарем» уже сидели на нижних полках в плацкартном вагоне.
Да уж, это тебе не «Сапсан»… Обычный плацкарт. Белье, на котором фиг знает кто спал до тебя, высунувшиеся голые пятки в проходе, и проводница, с утра пораньше орущая: «Сдаем белье!».
— Чудеса в решете! — приятель все еще не верил в происходящее. Потрогал свернутый потертый матрас, на котором, кажется, еще в девятнадцатом веке спали, и воскликнул: — Прикинь! Уже завтра будем в Ленинграде! Кстати, а че Миха-то не поехал?
— Его Вера плотно в оборот взяла! — пояснил я, деловито раскатывая свой матрас на нижней полке и заправляя простынь. — Он мне ее номер на всякий случай оставил. Ей-то я и дозвонился.
— Вот валенок-то! — воскликнул Илюха. — Неужели отпроситься у нее не мог? Боится своей Веры, будто она ему не девчонка, а мамка строгая…
— Ля какой грозный! А сам-то чего? — поддел я друга. — Тебя самого-то Лилечка еле-еле «отпустила»!
— Ладно, ладно! — стушевался «Бондарь». — Я ж так… Просто к слову пришлось!
— Э! — раздался вдруг чей-то незнакомый голос. — У тебя какая полка?
Мы обернулись.
В проходе стоял хмурый черноволосый парень с крючковатым носом.
— Чего уставился? — неласково обратился он к моему приятелю. — Полка у тебя какая, говорю?
Илюха посмотрел в свой билет.
— Верхняя вроде.
— Вот и шуруй к себе на верхнюю! — невежливо посоветовал ему «крючковатый». — А на нижней я живу.
«Бондарь» нахмурился.
— И что? Хоть на боковой! Мы же даже еще не поехали!
— И то! — парень резко шагнул к нему. — А я, может, поспать хочу! Давай, давай, двигай!
И плюхнул свою дорожную сумку прямо рядом с «Бондарем».
— Слышь… — завелся приятель.
Но не успел он договорить, как в проходе возникло приятное недоразумение.
Девчонка лет семнадцати. Озябшая, в смешном пальтишке и розовой шапке с помпоном. А на шее — разноцветный шарфик. Сама вязала, наверное…
— Здравствуйте! — робко поздоровалась девчушка.
Стянула с себя шарфик и поставила на пол небольшую сумку.
— Ребят… — скромно сказала она и посмотрела в свой билет. — Мне бы на верхнюю полку…
Тут произошли внезапные метаморфозы.
«Крючковатый» мигом подскочил. Будто пружинка. За какую-то долю секунды он из буки превратился в улыбчивого джентльмена. Мигом забыл про Илюху и уставился на девчушку.
— Погодите, барышня! — обратился он к вошедшей. — Зачем же Вам на верхней полке ютиться? Хотите, я Вам свою, нижнюю, уступлю?
Девчонка смутилась, а потом пробормотала:
— Ну… если это удобно…
Я усмехнулся.
Лицо незнакомого парня помрачнело. Он с неприязнью повернулся ко мне.
Глава 13
— Ты чего? — с неприязнью спросил хмурый незнакомец.
— Ничего! — коротко отбрил его я. — Скулы свело.
А потом спросил, обращаясь к приятелю:
— «Бондарь», ты как насчет «Чайковского» перед сном бахнуть? Есть желание?
— О! Чайку я бы с удовольствием хряпнул! — потер руки Илюха. — Чайку — это очень хорошо! Согреюсь хоть! А то замерз, как цуцик. Пальцы еле гнутся. Задубели прямо. Интересно, в Ленинграде такой же дубак?
— Походу, да… — предположил я. — Бананов на деревьях точно нет…
— Погодь, Андрюх! — поднялся Илюха. — Я сам сейчас к проводнице сбегаю!
Приятель, аккуратно обойдя парня с крючковатым носом и незнакомую девушку, вышел в коридор. Хмурый парень, что-то недовольно буркнув себе под нос, присел на освободившееся место. Весь его вид упрямо говорил: «Фиг вы меня отсюда сдвинете!»
Но как только девчушка в пальтишке снова схватилась за сумку, «крючковатый» ожил.
— Позвольте! — живо подскочил он и резво, будто боясь, что я его опережу, чуть не выдернул у нее из рук сумку. — Я помогу!
Девица улыбнулась и милостиво разрешила помочь. Черноволосый незнакомец с крючковатым носом закинул сумку наверх и галантно предложил даме:
— Садитесь!
— Благодарю! — снисходительно улыбнулась красавица. И, пошуршав в сумке, выудила оттуда стопку одежды. — Я только отлучусь на минутку… Сейчас вернусь.
Я снова усмехнулся, на этот раз — про себя.
Эх, хорошо все-таки быть девчонкой! Только наведи марафет, стрельни смущенно глазками «в угол, на нос, на объект», да улыбнись поласковей — и все тебе будет! И «сумочку поставить», и «мороженку купить».
«Бондарь» тем временем уже вновь нарисовался. В руках у него были три стакана чая. В тех самых граненных стаканах в подстаканниках.
Вот она, поездная романтика во всей ее красе! Сейчас бы курочку в фольге развернуть, яйца вареные почистить, помидорчики-огурчики…
Но ничего подобного у нас с собой не было. Собирались мы с «Бондарем» второпях. А посему решили не брать с собой тонны продовольствия. Просто перед отъездом на Ленинградский вокзал до отвала набили пузо новогодними салатами, коих было огромное количество.
— Угощайтесь! — «Бондарь» радушно предложил девушке чайку.
Попутчица уже вернулась. Сменила свою кофту с юбочкой на милую пижаму в «мишках» уютные пушистые тапочки. И косу толщиной в руку расплела. Убрала свои шикарные волосы в простой хвост. Так она выглядела еще милее, по-домашнему.
Я тоже был не с пустыми руками.
— Да! Угощайтесь! — подхватил я и выудил из своей сумки кулек с конфетами. — Вот, взял в дорогу.
Черноволосый, увидев, как я угощаю девчонку сладким, еще больше нахмурился. Его темные кустистые брови теперь казались сведенными в одну сплошную линию. Губы парня беззвучно зашевелились. Видимо, парень изрыгал ругательства в адрес и меня, и конфет, и обскакавшего его с чаем Илюхи.
Я сразу понял: приглянулась ему милая незнакомка в шапочке с помпоном.
А что? Очень даже симпатичная. Будто Аленушка из сказки «Морозко». Светловолосая, коса до пояса. И глазенки синие, размером с блюдце… Хоть сейчас на картину Васнецова…
Сам небось хотел ей за чайком к проводнице сгонять. Но «Бондарь» оказался быстрее.
Илюха, ясное дело, на юную попутчицу никаких видов не имел. Так, дань вежливости. Да и я, собственно, не собирался за ней ухлестывать. Просто отметил про себя, что симпатичная, и все. И
