«Фантастика 2025-138». Компиляция. Книги 1-20 - Владимир Владимиров

находя друг друга по вергилам, оставляя отпечатки аур, чтобы не потеряться. Если же девэра даст нам частицу своего дара, свяжет наши кристаллы своим серебром мы сможем познавать мир и выполнять свое предназначение. Поэтому нам так важен истинный дар Серебряного, того кто вновь возьмет нас под свою защиту и покровительство.

- Но…но…, - Элени пыталась судорожно сообразить, что сейчас она может сказать, чтобы сгладить возникшее недоразумение.

Она открыла было рот, но вместо слов резко подняла руки и сняла с себя вергил. В голове словно что-то щелкнуло. Она наконец поняла, что ее так настораживало в этом кристалле. В детстве она часто видела этот камень на маме. Она даже брала его в руки и рассматривала, примеряла на себя, и мама не мешала ей, смотрела, словно приглядывалась, словно пыталась понять что-то. Или возможно ждала увидеть отблески дара у своей дочери. Сейчас это уже было не столь важно. Важно было лишь то, что сейчас в руках у Элени лежал не вергил Есении Иланди.

Очень похожий камешек. И формой, и цветом, и прозрачностью, и даже причудливым узором внутри него. Только вот рисунок этот незаметно отличался от того другого, который она изучала столько аров своей жизни. Немного не тот размер, чуть более угловатые линии и завитки, словно листья на увядшем дереве были повернуты не в ту сторону.

Это был не вергил мамы. Ошарашенная тем, что мама пожертвовала своей жизнью ради нее, она не могла понять этого раньше, поверить в то, что видели ее глаза. Слишком кощунственным это казалось. Легче было согласиться, что время подточило линии, исказило рисунок.

- Ираэль, - на выдохе произнесла она.

- Что Ираэль? – не поняла Милада. – Кто такая Ираэль?

-Она сказала, что она из клана Старших и многое знает о вашем жизненном укладе. Это она подсказала Диму этот выход из вашего конфликта.

Собеседница закачала головой.

- Но Ираэль не их Старших. Она вообще не из наших. Я имею ввиду, никогда не жила с нами. Возможно она пришла с Эвером.

- С Эвером, - мертвым голосом повторила Элени, чувствуя, как падает сердце. - Она все время врала. Все время была рядом, что-то рассказывала, намеренно втягивая Дима в неприятности. И сейчас он ушел в неизвестность. Пройти такое расстояние во внутреннем мире невозможно. Это все она сделала! Я должна ему помочь.

Элени сорвалась с места и метнулась к двери.

- Куда ты? Что ты собираешься делать?

- Мы должны поговорить с вашими старейшинами и рассказать им все.

- Что все?!

Элени замерла. На самом деле, что она могла сказать людям, которых даже не знала. Свои догадки? Предположения, основанные на том, что рисунок в старом кристалле отличается от того, каким он был более двадцати аров назад? Или может пообещать, что Дим даст им то, чего они так жаждут?

Милада покачала головой.

- Не думаю, что это хорошая идея. Вряд ли они воспримут кого-нибудь кроме самого девэры. Слишком долгая вражда. Да и твой брат – ты уверена, что одобрил бы твои действия? Мне кажется, что ему не очень нравится, когда кто-то принимает решение за него или оспаривает приказы. А у нас свое задание.

Дорога до первого постоялого двора заняла несколько сэтов. Димостэнис задумчиво молчал, прокручивая в голове свои непростые мысли. Его спутницы прожигали ему спину возмущенными взглядами. Приставленный к ним конвой не приближался ближе, чем на несколько еров, молча следуя за ними, ненавязчиво давая понять, что выполняет приказ молодого князя.

Дим не стал сопротивляться, устраивать разборки, просить объяснений – Рамир был не в том состоянии, чтобы это перенести. Ему нужны был целители и покой. С видимым спокойствием он проглотил прилюдные оскорбления кровного брата, схватил за локоть Бренну, которая замерла каменным изваянием и потащил за собой.

- Еще полсэта езды и будет небольшое селение, там есть постоялый двор, где можно переночевать, - сообщил один из конвоиров, приблизившись к девэре и почтительно склонив голову.

Дим обвел взглядом вокруг себя. На самом деле – смеркалось. День выдался тяжелый. Им не помешает отдых, а самое главное наконец представится возможность поговорить без посторонних ушей.

- Что тут у вас происходит?

Перед спутниками стояли горшки с каким-то варевом, корзинка с горячими булочками и глиняный кувшин от которого шел густой запах трав. Ираэль брезгливо сморщив нос, отодвинула от себя свою порцию, не забыв демонстративно фыркнуть. Димостэнис проигнорировал. К утру аппетит лучше будет. Ученица Великих словно прочитав его мысли, протянула руку и соизволила взять булочку кончиками пальцев.

Бренна была мрачна и молчалива. Она словно не замечала, что происходит вокруг нее. Зная сильный, независимый характер своей напарницы, Дим понимал, какие страдания причиняет ей поведение Рамира.

- Я не знаю, что с ним случилось. За несколько месяцев до того, как все это началось, Рамир наконец помирился с отцом. У них состоялся серьезный разговор, в котором князь Аввар признал ошибки, допущенные в отношении Рамира, а тот покаялся перед отцом во всех грехах и попросил прощения за все дерзости, которые он совершал. Князь сказал, что хочет, чтобы Рамир официально предстал перед народом как его наследник и уже в этой роли участвовал в жизни страны. Для начала Аввар доверил ему очень важную миссию. Он должен был объехать всех старейшин Малого круга и заручиться их поддержкой и согласием на отправку кораблей и воинов в союзные государства, тем самым подтвердив свое участие в составе альянса.

Ираэль рассерженно зашипела, когда горячий пар, ударивший из-под крышки кувшина, обжег ей пальцы. Она возмущенно одернула руку и отвернулась к окну.

-Рамир заехал ко мне перед поездкой. Сказал, что после того как исполнит поручение отца и тот объявит его своим преемником, он поговорит с князем обо мне и скажет, что уже выбрал избранницу и если отец откажет, то он тоже не станет выполнять его волю. Я еще тогда сказала, что сначала ему надо убедиться буду ли я выполнять чью-то волю. Он засмеялся, ответив, что в их краю мужчины не спрашивает своих женщин согласия на союз, они выбирают, а избранная следует за своим господином.

Димостэнис удивленно посмотрел на собеседницу. Зная ее свободолюбивый норов, он был удивлен с каким спокойствием она об этом рассказывает.

- Рамир сильно повзрослел за последние миноры. То ли постоянное общение с отцом, то ли возложенная на него ответственность сделали свое дело, но из пылкого, где-то взбалмошного, где-то бесшабашного мальчишки он превратился в