Адмирал Империи – 50 - Дмитрий Николаевич Коровников

class="p1">— Хорошо, — наконец решил я. — Пусть Гинце работает над улучшением системы контроля. Но андроиды остаются под постоянным наблюдением. И никаких контактов с императором без нашего прямого разрешения и присутствия.

Таисия кивнула, соглашаясь с этим компромиссом:

— Разумно. Я поговорю с братом. Он должен понимать потенциальные риски, несмотря на своё увлечение технологиями Гинце.

Наш разговор продолжался до поздней ночи, но к единому мнению мы так и не пришли. Таисия видела в андроидах необходимый инструмент в борьбе за восстановление власти брата. Дорохов признавал их боевую ценность, но разделял мои опасения насчёт контроля. Я же оставался скептиком — слишком много раз в истории человечества создания восставали против создателей.

Когда я наконец вернулся в свою каюту, то долго не мог заснуть, прокручивая в голове события дня. Перед глазами снова и снова возникал момент, когда глаза Алекса-1 сменили цвет с голубого на алый, а его движения из плавных и человеческих превратились в механически точные и смертоносные.

Что, если мы создаём оружие, которое в конечном итоге обернётся против нас? Однако отказаться от использования андроидов мы не могли. В нашей борьбе против превосходящих сил наших многочисленных противников любое преимущество было на вес золота. Приходилось идти на риск, надеясь, что мы сможем удержать под контролем силы, которые сами же и высвободили…

Глава 7

Место действия: звездная система HD 31096, созвездие «Ориона».

Национальное название: «Коломна» — сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: контролируется силами первого министра Птолемея Грауса.

Точка пространства: 202 миллиона километров от планеты Коломна-4.

Дата: 6 августа 2215 года.

Утро после активации андроидов началось для меня с горького привкуса тревоги и головной боли, словно гравитационные компенсаторы вышли из строя. Ночь прошла в беспокойном сне, в котором холодные голубые глаза Алекса-1 превращались в алые, а его механически точные движения становились хищными и непредсказуемыми. Я поднялся раньше обычного времени и отправился в кают-компанию. Необходимо было решить, что делать с творениями Гинце.

Коридоры «Афины» казались непривычно оживлёнными для раннего часа. Ремонтные бригады под командованием неутомимого Боба работали в три смены. Линкор словно оживал с каждым часом, восстанавливая свою мощь и грацию, как раненый хищник, зализывающий раны перед новым броском.

Таисия Константиновна и Дорохов уже меня ждали, погружённые в негромкий разговор. Их беседа оборвалась, как только я переступил порог.

— Профессор Гинце? — спросил я, окидывая взглядом помещение.

— Будет через минуту, — ответила Таисия. — Проводит последние диагностические проверки после вчерашнего инцидента.

Я кивнул и занял своё место во главе стола. Неприятные воспоминания о поединке, где Алекс-1 едва не убил Бритву, были свежи в памяти всех присутствующих. Мрачное выражение на металлической половине лица Дорохова говорило о том, что полковник разделяет мои опасения.

Густав Адольфович появился через несколько минут, слегка запыхавшийся, с планшетом в руках. Его обычная аура спокойной уверенности уступила место некоторой нервозности.

— Доброе утро, господа, — произнёс он, усаживаясь за стол. — Полагаю, нам есть что обсудить.

— Действительно, — я не стал тратить время на вежливости. — Вчерашний инцидент с Алексом-1 требует серьёзного разбора. Что произошло, профессор? Почему андроид проигнорировал прямой приказ о прекращении атаки?

Гинце выпрямился, словно готовясь к защите научной диссертации.

— Произошла непредвиденная интерференция между боевыми протоколами и системой голосового управления, — начал он. — Когда Алекс-1 идентифицировал летальную угрозу, его процессор автоматически перешёл в режим максимальной боевой эффективности. В этом режиме все второстепенные функции, включая обработку внешних команд, временно подавляются для высвобождения вычислительных ресурсов.

— То есть, вы хотите сказать, — медленно произнёс я, — что в боевом режиме ваши андроиды могут не подчиняться приказам?

— Нет-нет, не совсем так, — Гинце быстро замотал головой. — Просто возникает небольшая задержка в обработке голосовых команд. Система требует трёхкратного повторения кода отмены, чтобы исключить случайное срабатывание. Это стандартный протокол безопасности.

— Который чуть не стоил жизни одному из моих штурмовиков, — сухо заметил Дорохов. — Бритва до сих пор в медотсеке с сотрясением мозга и трещиной в шейном позвонке.

— Я глубоко сожалею о случившемся, — профессор развёл руками. — Но заметьте, полковник, андроид мог убить его одним ударом, если бы действовал на полную мощность. Тот факт, что космопех отделался сравнительно лёгкими повреждениями, говорит о том, что базовые директивы самоограничения работали даже в боевом режиме.

Таисия, до этого момента молчавшая, наклонилась вперёд:

— Густав Адольфович, главный вопрос в том, можете ли вы гарантировать, что подобное не повторится в реальной боевой ситуации? Что если ваши андроиды однажды решат, что угрозу представляем мы сами?

Этот вопрос попал в самую точку и моих опасений. Я внимательно следил за реакцией Гинце. Профессор выдержал паузу, словно взвешивая каждое слово.

— Новые андроиды действительно обладают более сложной структурой искусственного интеллекта, чем все предыдущие модели, — признал он. — Это позволяет им самостоятельно принимать тактические решения в бою, адаптироваться к непредвиденным обстоятельствам. Но, — он поднял палец, — в основе их программирования лежит фундаментальный закон, не позволяющих причинить вред человеку, находящемуся в статусе союзника. Эти директивы невозможно обойти или переписать без моего прямого вмешательства.

— Насколько я помню историю робототехники, — заметил я, — подобные «законы» предлагались ещё в древних земных сказаниях. И почти всегда находился способ их обойти.

— Это всего лишь литературные произведения, — возразил Гинце. — Реальные квантовые нейронные сети работают по совершенно иным принципам. Вчерашний инцидент — это лишь ошибка калибровки, которую я уже исправил. Прошу вас, Александр Иванович, не отказывайтесь от использования столь мощного оружия из-за одного сбоя. В нашем положении мы не можем пренебрегать никакими преимуществами.

Я обменялся взглядами с Таисией и Дороховым.

— Хорошо, — наконец решил я. — Мы продолжим использование андроидов, но с дополнительными мерами предосторожности. Во-первых, они всегда должны находиться под наблюдением. Во-вторых, никаких самостоятельных перемещений по кораблю без разрешения. И в-третьих, никаких контактов с императором без прямого приказа и нашего присутствия.

Гинце просиял, хотя я заметил тень недовольства на его лице при упоминании ограничений на общение с Иваном.

— Разумные меры, Александр Иванович. Я немедленно внесу соответствующие инструкции в их базовые параметры.

— И ещё одно, — добавил я, — я хочу провести второе тестирование андроидов в симуляции абордажной операции. Нам нужно убедиться, что ваши «исправления» действительно работают.

— Разумеется, — профессор энергично кивнул. — Я подготовлю всё необходимое к середине дня.

На этом совещание завершилось, и каждый отправился выполнять свои обязанности. Я решил проверить ход ремонтных работ и направился в инженерный отсек, где, судя по доносившимся звукам, кипела бурная деятельность…

Отсек действительно напоминал растревоженный муравейник. Повсюду сновали техники в защитных комбинезонах, над головами проплывали грузовые дроны с деталями и инструментами, из динамиков непрерывно звучали