Фантастика 2025-64 - Сергей Александрович Богдашов

раз посмотрели друг на друга и упали на землю.

— Ох, неужели это закончится так нелепо, чёрт его дери… — ругнулся Тайхарт, силы быстро покидали его, а губы уже начали неметь.

Он с удивлением посмотрел на торчащий из груди белый клинок и грустно усмехнулся. Кто бы мог подумать, что простая железяка сможет оборвать тысячелетнюю жизнь. Судьба умела шутить.

Тайхарт жалел лишь об одном, что не успел попрощаться с Асэми. Это сожаление будет преследовать его даже на том свете. Но времени больше не осталось.

— Прости, Огонёк… — в последний раз шепнули побелевшие губы. — Увидимся с тобой в следующей жизни… Я… я буду ждать нашей встречи.

Глаза сами собой закрылись. Тайхарт почувствовал сильный холод, словно руки старухи Смерти протянулись к его телу. Угасающее сознание услышало полный боли крик Асэми, а после вокруг осталась лишь тьма.

Глава 13. Добрый демон

Вокруг лишь холод, темнота, спокойствие…

Удар…

Но чернота не абсолютна, есть в ней и светлые пятна.

Удар… удар…

Кто-то зовёт позади, манит, просит вернуться, молит, даже угрожает.

Удар… удар… удар…

Душа словно летела в безвременье, у неё не было цели, не было стремлений, не было страха. Всё вокруг застыло в вечности, пустота поглощала мысли и забирала воспоминания. Хотелось просто уснуть, но…

— Не пущу! Не пущу!!! — кричал странный голос, он казался таким удивительно знакомым.

Душа на мгновение зависла над бездной, словно её удержали невидимые руки.

— Нет! Вернитесь!! Молю!!! Не оставляйте меня одну… я не смогу… не смогу!!!

Этот голос заставил задуматься и вспомнить имя…

Удар… удар… удар… удар… сердце застучало медленно, но непрерывно.

***

— Асэми… — шепнули губы Тайхарта, и он смог открыть глаза.

Вокруг раскинулось грязное поле, больше похожее на выжженую пустошь. На сотни метров вокруг была лишь ровная площадка из перемешанного дёрна и глины. Даже далёкие холмы казались «надкусанными», словно их повредил огонь из тысячи пушек.

Небо серело над головой, с него лил мелкий дождь, вдалеке слышались гулкие раскаты грома. Ветер приносил с собой холод, пронизывающий до костей.

Тайхарт ощутил, что давно промок до нитки. И всё же ему было тепло, ведь рядом с ним свернулась Асэми, а над ней висел огненный шар, поддерживаемый магией. Только жар заклинания не давал учителю и ученице замёрзнуть насмерть.

— В… воды… — попросил Тайхарт, чувствуя дикую слабость.

Ушки Асэми дёрнулись, и она быстро подняла голову, взглянув на Тайхарта удивлённым, усталым, но полным счастья взглядом. В янтарных глазах засветилось пламя надежды, а по серым щекам потекли слёзы.

— Повелитель! Вы очнулись!

Асэми разрыдалась и бросилась Тайхарту на шею, чуть было не отправив его тем самым обратно на небеса. Боль пронзила грудь могучего воина, заставив зашипеть.

— Ой! Простите, Повелитель!

— Ничего… дай… воды… — шепнул Тайхарт, каждое слово давалось ему с большим трудом. Казалось, будто тело уже умерло и не хочет возвращаться к жизни.

Шатаясь, Асэми встала на ноги. Она была вся в грязи, волосы на голове скатались, а хвост казался похож на цельный комок земли. Ушастая бедняжка сильно похудела, от этого одежда свободно висела на плечах, а штаны всё время норовили свалиться, поддерживаемые лишь тонким поясом.

Сильный порыв ветра заставил Асэми упасть на колени, но она всё равно доползла до ближайшей лужи и зачерпнула в ладони воды, а затем вернулась к Тайхарту и напоила его.

— С… сколько?

— А? О чём вы, Повелитель?

— Сколько прошло времени?

— Несколько дней, — ответила Асэми, сев рядом и обвив грязный хвост вокруг ног.

Тайхарт шевельнул губами и закрыл глаза.

Он был без сознания несколько дней, а Асэми всё это время находилась рядом. Теряя силы и не смея отойти прочь, она поддерживала заклинание пламени, чтобы дорогой Повелитель не умер от холода. Должно быть, это многого ей стоило.

— С… спасибо, Огонёк.

— Повелитель, я думала… думала… что вы оставили меня одну. Мне было так страшно! Так одиноко!

Эмоции захлестнули Асэми, она снова зарыдала, уткнув грязный носик в свои колени. Слёзы огромными каплями стекали по щекам, оставляя на них мутные дорожки.

— Как я выжил? — спросил Тайхарт, сумев поднять руку и ощупать грудь. На пластине брони, в области сердца, зияла аккуратная брешь, на краях раны запеклась кровь.

— Вы уже не дышали, — сквозь слёзы бубнила Асэми. — Но я не могла вас отпустить! Просто не могла! Я видела, как душа покидает ваше тело и вцепилась в неё зубами, почти вбив обратно кулаками!

Возможно, Асэми казалось, что всё происходило именно так. Тайхарт даже болезненно усмехнулся, представив эту картину.

И всё же в словах ученицы была доля истины. Тайхарт верил, что остался жить только благодаря Лунной магии Асэми. Даже сейчас он помнил тот холод, мольбы и незримые нити, которые привязали душу к телу.

— Ох, пережить клинок в сердце… такого со мной ещё не случалось.

Тайхарт попытался сесть, но тут же рухнул обратно на землю. Боль была настолько сильной, что отнялись руки и ноги.

— Повелитель, не двигайтесь! — взмолилась Асэми. — Я истратила все зелья и применила всю доступную лечебную магию. Но такая рана не затянется быстро, вы можете умереть, если пошевелитесь!

— Ох…

Тайхарт на секунду отключился, но затем пришёл в себя и смог открыть глаза. Он скосил взгляд вбок и будто впервые увидел окружение.

Лощина напоминала собой кратер вулкана. Трава была выжжена, поверхность перепахана, ближайшие холмы сравняло с землёй. Казалось, будто не так давно сюда приземлился огромный метеорит.

— Белый орден, — вдруг вспомнил Тайхарт. — Что произошло? Почему это место похоже на преисподнюю?

— Вы убили своего противника, а после упали замертво. Увидев это, я немного… вспылила.

Асэми опустила свои глаза, словно устыдившись случившегося. Похоже, ей пришлось многое пережить за последнее время, но даже после этого она опасалась, что её отругают за окружающий беспорядок.

— «Вспылила»? — переспросил Тайхарт.

— Да… увидев вашу смерть, я потеряла контроль. Магия выплеснулась из меня, уничтожив всё и всех. Она не задела только вас, Повелитель. Даже в безумной ярости я не могла вам навредить.

— Значит, оба фанатика мертвы?

— Да…

Асэми скривила губки и снова уткнула нос в колени. Она впервые убила человека, пусть даже сделала это неосознанно. Такое деяние отягощало душу и заставляло страдать.

— Ты… молодец,