Тени двойного солнца - А. Л. Легат

за зубами. Рохля Лавель, с какого-то перепугу снятый с поста в Оксоле. Наследник Энима, Вайн Годари, не способный изъясняться так, чтобы его понимали люди. Он желал двух вещей: моей смерти и встать во главе похода.

Четыре сотника, три сотни и тысяча проблем.

– Но нам не о чем беспокоиться, – неубедительно начал я, глядя на зеленеющего сержанта. – Для мирной беседы хватит и трех десятков, верно?

Сержант выпучил глаза:

– Так и есть, сир!

На горизонте качались ели, венчая холмы. Где-то там, за разбитой стеной Волока, нас ждала «подмога». Останки старого ополчения, поменявшего флаг? Юнцы, не заставшие похода, впервые взявшие бритву в руки? Головорезы Барна, разбежавшиеся еще до осады, у которых кончилось награбленное добро? Видит небо, нам понадобится все, что есть.

Марк, предместья Оксола, недалеко от реки

Винс с громким шлепком размазал комара на шее. Только сезон начался – уже нет от них спасу. Да и девица запаздывала, иначе чего бы нам тут стоять за так, кормить гадов? Мешочек с деньгами грел брюхо, хоть и дожидался не меня. Большой, полный мешочек. Взять бы его себе да умотать подальше. Только кто потом возьмется за дело с Марком?

– Ждем, – сказал я зачем-то.

Винс пальцем показал на мой лоб, и я ударил себя ладонью. Не попал. А может, и не было там никакого комара, вон как Винс заулыбался. Сам не лучше гнид. Я подошел и шлепнул его по лбу, с силой.

Много думает себе лишнего этот Винс.

Куда уж лучше было ходить под Даррелом, да только под ним теперь весь город походил, с тех пор как его подвесили над восточными воротами. Теперь дела имеешь с графами, херовыми богачами, сержантами. А платят с воробьиный хер. Что за житье?

– Пст… – шепнул Винс.

Высокая трава шевельнулась. Девица, не будь дура, по дороге не шла. Я свистнул ей и помахал рукой:

– Нету тут у нас никого. Вылазь.

Она не поверила – повертела головой: в одну сторону дороги, в другую. Чудо, что не заметила Гурта, я и отсюда видал, как торчит его башмак за облезлым у низа кустом.

– Говорю, вдвоем мы тут. Винс да я. Да и ты теперь.

Девица осторожно высунулась из укрытия, держа в руках сверток. Легким бегом пересекла размытую колею и оказалась на нашей стороне. Река и то громче шумела, чем ее шаг.

– Добренького вечерка, – улыбка расписала рожу Винса.

И тут дитя завизжало. Девица подняла глаза к небу и прорычала, пересилив детский крик:

– Вечер херовый, как ни глянь. Золото при тебе?

Винс обошел ее, разглядывая. Одно на уме. У Даррела бы ему всекли так, что мигом бы поумнел.

– Никто вас не видал по пути? – я залез рукой под рубаху, подцепив мешочек.

Деньги звякнули в ладони, оставив после себя пустоту и прохладу.

– Да-да, пошевеливайся, я не болтать пришла. И заберите уже этого паршивца, – она всучила визжащую кучу тряпья Винсу.

Тот стоял, раззявив пасть, и на меня глядел, ожидая указки. С Даррелом бы все сами знали, чего да как. Я кивнул в сторону реки. От визга уши вяли. Девица уперла руки в боки и подошла ближе.

– Ну?

С большой неохотой я передал деньжата.

– Я уж подумал, тебе не шибко надо. Говорят, муженек-то ейный тебе пару сотен золотом отсыпал?

Она нахмурилась и начала пересчитывать монеты. С другой стороны, при Дарреле-то таких деньжищ мне в руки не давали.

– Так чего, правда это или врут? – настоял я.

Куст шевельнулся – дурень Гурт перестал терпеть комарье. Детское вытье досаждало не меньше гадов, но именно оно и скрыло нашу промашку.

– Не твоего ума дело, – отбрила меня девица.

Монетки ловили закатное солнце и звенели в ее ладони. И с каких пор какие-то девки умеют складно считать? Послышался всплеск, и визг прервался. Девица отвлеклась, посмотрела на Винса. Тот повернулся к нам, отряхнув ладони.

– Вот дерьмо, – он понюхал свои руки и тут же обтер их о штаны.

– Вы совсем сдурели? – рявкнула девица. – Зачем…

– А тебе на кой? – удивился Винс. – Сама отдала.

– Я его у шлюхи купил, – я дернул плечами.

Она замерла, ошалело глядя в сторону Винса, ее пухлые губы разомкнулись, и я услышал начало самой дерзкой брани, каковую и в порту-то не всякий знает.

– Так чего там про золото? – вдруг вышел из куста Гурт.

Я вытаращился на него: дурню полагалось сидеть там, покуда я не скажу иначе. При Дарреле всего этого дерьма никогда не бывало.

Девица сощурила глаза и начала отходить к дороге. Ну и херня.

– Эй-эй, посто…

– Здесь не хватает, – не досчитав, сказала она.

– Говори, – Гурт перегородил путь, широко расставив руки, – где золото лежит, и того гляди мы тебя отпу…

Мешок с монетами полетел мне в лицо.

– Ау!

Зазвенело херово золото с медью, разбежалось под кусты и к обочине. Я бросился его собирать. Мимо меня пробежал Винс, чуть не столкнув с ног.

– Лови! Кхр…

Гурт вскрикнул, не успел я поднять и двух золотых. Пришлось отвлечься. Завыл и Винс: девица вцепилась в его ухо, явно до того метив в глаза. Из боковины Гурта торчала рукоять небольшого ножичка.

– Гха! – он вытащил ножик и замахнулся.

Девица повалила Винса на землю, выхватила откуда-то еще один нож – тот блеснул в ее руке.

– Стой! – гаркнул я, но было поздно.

Гурт навалился всем весом на железку и вонзил ее в спину девице.

– А-а! – завертелась она.

Винс тоже кричал, больше от испуга – перед его лицом маячил ножик. Пятерня девицы добралась до его лица. Гурт бил так, будто от этого зависела его жизнь:

– Н-на! – Чавк-чавк: ныряла сталь в девичью спину. – Получай, с-сука!

– Стой-стой, – отнимая девчачьи руки от лица кричал Винс.

Ее крик превратился в глухой вой, а затем – в захлебывающийся хрип. Она расцарапала щеку Винсу и потом упала лицом в грязь.

– Ну, сука! – взвизгнул Гурт и еще пару раз пырнул ее ножом. – Чуть не убила! Чуть не помер!

Винс тяжело дышал, вытаращив глаза на мертвую девицу, и сидел, расставив ноги над ее головой.

– Уймись уже, – вздохнул я.

Гурт вытащил нож – на спине девицы чистого места не осталось. Он посмотрел на нее, затем на лезвие в руке – и тут же брезгливо разжал пальцы. Ножик упал рядом с другим, так и не отведавшим крови.

– И как мы теперь узнаем, где золото, дебил? – пришел в себя Винс.

Послышался треск ткани. Гурт тяжело выдохнул, прижимая тряпицу к боку. Всю одежду себе замарал. Не стоило его брать, и