Пермский Губернский 6. Абсолют - Евгений Бергер

лето в поглотителе Мерлина — никто, кроме моей лучшей подруги, не пришёл навестить меня.

— Поверь, если бы я узнал про тебя правду раньше…

— Вы видите во мне полезный инструмент, Фёдор Александрович. — грустно улыбнувшись, произнесла Агни: — Мы можем и дальше играть в эту игру. Я не против. Но… раз уж вы спросили про мою социализацию и решили выведать правду… Я буду говорить прямо. К тому же, мне не нравится, как меняется ваш взгляд, когда вы замечаете мою ложь.

— Насчёт инструмента — ты не права.

— Неужели? А как же взаимная выгода? Вы даёте мне размять косточки. Заботитесь. Защищаете, когда нужно. Я в благодарность защищаю вашу жизнь. Всё просто. Мерлин всегда учил меня, что нужно смотреть на взаимную выгоду. Мол, это лучше слова чести и клятв в вечной преданности. Но я вижу в вас, нечто большее, чем просто властный мешок с деньгами, который распространяет на меня свою монополию на насилие. Для меня вы…

— Кто?

— Ну… — Агни опять задумалась: — Наверное, хороший друг? Я не знаю, как это объяснить. Мужчины, с которыми я общалась — делились на две категории. Те, кто меня бояться и Мерлин с отцом. Но Мерлин старый и мудрый. Он всегда вёл себя, как папа. Именно папа… Батя. А не отец. А вот отец — конченный мудак. Ненавижу его! И ведь лезет… Лезет, как будто разбитый стакан можно собрать! Уж понятия не имею, откуда эта гадость прибыла… Но если у них принято бросать своих детей при рождении — в задницу идёт такой родитель. Поэтому, опыта у меня маловато. Вы… добры ко мне. И я не понимаю, что именно чувствую. Это явно не чувство благодарности, как к Мерлину. И явно не чувство желания помучить, как это происходит с магоборцами и охотниками. Нет, вы не подумайте! Мне нравится вас мучить…

— Спасибо…

— Но, это не совсем одно и тоже. Над ними я смеюсь. Мне просто весело, как они ужасаются и пытаются убежать. Людям свойственно бояться того, что они не понимают. Но с вами всё совсем иначе! Мне хочется вас затискать, потому что… вот просто хочется и всё.

— Бояться того, чего не понимают? — я посмотрел в эти невероятные фиолетовые глаза: — Так, кто же ты? Человек?

— Наполовину. Кто такой Спартак… А чёрт его знает. — вздохнула Агни: — Уникальная Тень, что выползла из Трещины и решила здесь обжиться. Или, что похуже. Мне этого не известно. А сам он не особо рассказывает о своём прошлом. Но кем бы он в итоге не оказался… он будет продолжать бесить меня. Предательства я не прощаю!

— Может быть, у него были на то причины?

— Причины бросить своего единственного ребёнка? Хм-м… Дайте-ка подумаю, существует ли, хоть что-нибудь? Вау! Нет, не существует. Спартак — лицемерная свинья! Я унаследовала его неконтролируемую жажду крови. И мне очень повезло с характером. Я конченная эгоистка и садистка. Нет, порой мне тоже хочется отношений и любви. Иногда я представляю, как вы делаете мне предложение. Представляю семью и прочее… Но это в редкие моменты слабости. Я понимаю, что для меня подобное недоступно.

— Не зарекайся.

— Хе… Забавно слышать подобное от вас. — Голубика положила голову мне на плечо: — Мне интересно, почему вы меня не боитесь?

— А какой смысл тебя бояться? Мир слишком многогранен. Я привык к тому, что существует много всего интересного. А ты… Ты лишь часть этого интересного. Я даже, в какой-то мере тобой восхищаюсь.

— Дразните? Ой, зря вы так… Да, я понимаю, что семья мне недоступна. И понимаю, что я монстр. Но тем не менее — я ещё и девочка. Поймаю и отлюблю!

— Ты не знаешь, как это сделать.

— Интернет мне подскажет!

— Не подскажет. Лучше ответь мне на более серьёзный вопрос. Твоя способность к контролируемому полёту — местная магия или сила вашего вида?

— Хм-м… Я думаю, что в моём случае — местная магия. Я не заканчивала Полимаг. Все знания о магии и Силе, как уже говорила ранее — мне предоставил Мерлин. Поэтому, мне сложно сказать, что из всего перечисленного — конкретная способность вида, а что магия.

— Выходит, ты умеешь управлять Силой без программирования?

— Да. Мне можно не рисовать эти детские почеркушки. Я сразу стала профессиональным магом. Но… единственный нюанс — моя непробиваемость и лазеры из глаз… Вот это явно не магия. К тому же, Спартак такой же!

— У тебя нет аллергии на зелёные камни?

— Ха-ха-ха-ха! Хозяин, а вы забавный. Думаете, Кларка Кента срисовали с моего отца?

— Не исключено.

— Не… Спартак — мудак и злодей. Ему до идеала и надежды всей Земли очень далеко. Добряк не будет убивать людей.

— Добряк добряку рознь. — я вытащил небольшую пачку апельсинового сока: — Так, значит, научишь?

— Попробовать можно. Я не против. — пожав плечами, ответила Голубика: — Но учтите! Я себя не прощу, если вы пострадаете из-за моих тренировок.

— Будем стараться аккуратно.

— Так-так-так… — к нам подошёл кот, а затем беспардонно запрыгнул на колени к Агни: — Стоило на пару минут оторвать хвост от кресла — всё… Заняли! Брат, ты слишком популярен у девчонок.

— Я сам её сюда посадил.

— Променял своего мохнатого бро на эту непробиваемую вертихвостку?!?!? — возмутился сгусток мохнатой тьмы и принялся нюхать руки Голубики: — Ладно. Красота должна всегда быть рядом. — после этих слов, он завалился на бочок и вытянул задние лапки: — Ыть!

— Просьба всех пристегнуть ремни! — раздался голос капитана самолёта из динамиков: — Мы начинаем посадку.

* * *

Раньше я смеялся над странной потребностью местных мужчин в «домашних», которые всегда ждут его. Мол, какая разница? Что прийти в пустой дом, что в заполненный людьми. Но тут главную роль играют именно эти самые люди.

Встретить у себя в квартире, кого попало не хочется никому. Это понятно.

Но если ждут твои близкие — это уже совсем другой разговор.

За всё то время, что мы провели вместе, Виктория Владимировна стала мне хорошей подругой. Да и Иришка теперь тоже далеко не чужой человек.

А когда после долгой и утомительной поездки нос начинает чувствовать аромат домашней еды… О, какое же это наслаждение! «Ментальный оргазм», как говорил кот.

Сразу видно, что