Фантастика 2025-56 - Сергей Сергеевич Мусаниф
Я скорее думал вслух, но расклад был такой. У нас мало пилотов.
— Пару рукастых техников для мелкого обслуживания ты найдёшь, а вот по остальному… понимаю, ребята у нас горячие, а ты осторожен. И у меня есть предложение, как тебе одним выстрелом сбить трёх дронов.
— Вот у кого ты это подхватил… — задумчиво цокнула Сара.
— Да нет, это он у меня, — ответил я, не сводя глаз с Громова. — Итак… судя по контексту, это связано с Ржавыми Верфями. Сколько ты хочешь за то, чтобы вообще продолжить объяснять то, что мне может быть уже и не нужно?
— Скажи хоть, что мы там должны искать? — согласилась Дарья. — Мы ушли от темы о финансировании Кирин. Думаешь, они что-то находят в той грязной дыре?
— В хаосе невозможно разобраться и порой там гуляют крупные суммы. А может у меня есть ещё информация.
Громов загадочно улыбнулся. Всем видом давал Дарье понять, что хотел бы за дальнейший разговор немного кредов, но офицеру из МОГ было как-то плевать.
— Да… с разведкой говорить проще. Но ты сам сказал, что в хаосе невозможно разобраться. Отследить их корабль среди тысяч снующих… Я прекрасно знаю, что Ржавыми Верфями то место называют не просто так. Там полно как планетарных, так и орбитальных цехов, где из старых деталей собирают кустарные корыта и ремонтируют списанное в лом. Производят не очень законные реплики различных кораблей и оборудования в меру возможностей доступной техники. Как итог там полно логистики и защищающих свои территории. А если там есть, скажем, филиал Кирин, то Эрику туда вообще опасно совать нос. Его послали умирать, а он выжил.
Вот тут я был не согласен по вполне понятной причине.
— И что я сделаю? Ну, выжил и рассказал всё ВКС. Поклялся отомстить, я что, стал в их глазах опаснее разведки трёх наций и, наверняка, ассоциации? Они, как бы, принимали непосредственное участие в казни Кирин. Не сомневаюсь, пока я не начну дышать им в затылок. А я побуду оптимистом, им на меня будет глубоко наплевать.
Я припомнил историю конца Кирин. Вольные пилоты тогда стали тем сам детонатором, последней каплей в окончательном крахе преступной организации учёных. Точнее, как мы выяснили — ухода сбежавших в глубокое подполье, где они успешно развивали технологии.
Кто такой вольный пилот? Обычно это частник, который вложил все свои средства и жизнь в корабль. Он живёт в нём и всегда ищет заработка. Но одиночки уязвимы: им трудно отстаивать свои права. Поэтому вольные пилоты с самой зари своего появления сбивались в «ассоциации», «федерации», «союзы», «гильдии». Как их только не называли. Кто-то брал на себя обязанность за долю в их деньгах отстаивать их интересы, при этом не ограничивая свободу.
Организации гибли и рождались. А ещё иногда объединялись. Порой руководство ассоциаций противилось, боясь потерять позиции и личный доход, но корпоративные замашки в итоге проигрывали. Целый сектор со штаб-квартирой, признанной нейтральной зоной, принадлежит АВП и называется «Мемориал Люмьера». Эдвард стал легендарной персоной для всех вольных пилотов, и ассоциация перешла в хорошие руки.
И оказавшиеся во главе заместители первым делом пошли ломать руки Кирин, которая вне всяких сомнений рассматривала вольных пилотов как неограниченный запас боевого мяса. Вскрылась череда подстав, когда после миссии экипаж устраняли, чтобы не болтал. Кто-то попал к ним как подопытная крыса. Они и тогда ставили опыты по контролю сознания или вмешательству в личность. И несколько громких убийств политических противников Кирин списывают на это.
Точнее, это сейчас мы видим все собранные факты. А тогда Люмьер требовал ответов. Он собрал массу косвенных доказательств и крайне сомнительных событий через каналы ассоциации. И за это его убили вирусным оружием. А вскоре детонировал и реактор линкора. Сразу после этой новости с поразительной скоростью собрался разношёрстный флот и взял штурмом станцию «Гефест», публично объявив войну Кирин. Их поддержал крепнущий Альянс. Сработали так эффективно, что уничтожить всю грязь на станции не успели. Прилетевший на зов Орион разогнал всех по углам, а пытавшиеся сбежать корабли Кирин расстреливал и брал на абордаж, наплевав на все соглашения.
Доказательств было достаточно, чтобы начался затянувшийся почти на год аудит. Населённый космос пришёл в ужас от всплывших деталей и вопрошал «как Земля и Элизий это допустили? Как позволили подобное попустительство?»
— Задумался? — спросил Шериф.
— Ага, о том, как рухнул Кирин. О скрывшихся учёных из него… Думаю, у них много мелких, незаметных каналов. Паутину сложнее заметить, чем толстый трос. Так, Влад, ты считаешь, что мы на Ржавых Верфях сможем одновременно заработать, найти пару людей в экипаж и попытаться найти связи с Кирин?
— Да, но характер информации такой, что я прошу за неё вперёд десять лямов.
Я смотрел на громилу, который опрокинул в себя очередную порцию алкоголя.
— Слушай, если я обзавёлся крейсером, это ещё не значит, что начну транжирить деньги.
— Ты будешь доволен.
— Слишком много! Давай меньше! — предложила Сара. — Может, лучше долю?
— Скидок не даю, в долг тоже. Шард в курсе, я никогда не отступаю от этого правила и исключений не сделаю ни для кого. При удаче свои расходы отобьёте.
Я прикинул и решил довериться. Присутствующие сомневались, но строго против таких трат не выступили. Всё упиралось в ремонт крейсера. Однако здесь есть возможность не терять времени и не заниматься мелочёвкой. Вместе с тем я чётко понимаю, что если бы это был действительно простой куш, Громов бы разобрался сам. Либо запросил больше или солидную долю.
Получив деньги с общего счёта, ведь это коллективное дело, Громов довольно ухмыльнулся.
— Вот что я тебе предлагаю. У меня есть знакомый информатор на Ржавых Верфях по имени Вальтер. Человек надёжный, выстроил там себе хорошую защиту и держит за яйца столько людей, что никто к нему не лезет с условием, что и он не касается их дел. Как бы то ни было, а дыра
