Чужая-своя война - Владимир Геннадьевич Поселягин
- Ты первого бьёшь, ты второго! Я подстрахую, если промах будет.
Те кивнули. Было видно, что нервничают, да и устали сильно, первый бой, потом зачистка, бег преследования, бой с артиллеристами. Адреналин давно схлынул, отходняк шёл. Потряхивало, но те крепились. Более чем уверен, что у всех сегодня был первый бой. Кивнув, я привстал на колено, парни тоже встали, и мельком обернувшись, чтобы сзади препятствий не было, пустили гранаты в выбранные цели, те уже мимо проезжали, подставив борта. Молодцы парни, били в двигатели, как и нужно. В принципе мой выстрел уже и не требовался, но гранатомёт теперь не разрядишь, да и камера на шлеме работала, включил её ещё когда полз к укрытию у дороги, до этого не до неё было. Потом дальше включал, когда бои шли или осмотр тел побитых вели. Поэтому пустил гранату по передовому «бэтру». Сработала как надо. «Шишига» уже замедлялась, кабину пятнали пулевые отверстия, дверь отрыта, водитель пытался выпрыгнуть, но так и повис, дёргаясь от попаданий пуль. Второй «бэтр» быстро разгорался, явно топливные баки повреждены, а первый, после двух гранат, дымил, но и только. Тут я расслышал шум винтов, и мельком обернувшись, при этом ведя огонь из автомата, обнажил что идёт на боевой заход вертушка. Причём, наша. Я тут же замахал автоматом, пилот похоже понял и ушёл в сторону, сбрасывая ловушки. Явно на дым пришли. Поэтому привстав, я крикнул:
- Двое в прикрытии, со мной один на зачистку.
Мы и пошли к побитой колонне, пока вертолёт в стороне наматывал круги, пилотов явно интересовало что у нас тут происходит. И думаю доклад шёл наверх. Убедившись, что живых нет, я поработал сканером на рации и вышел на волну где те работали, один из пилотов явно вызывал нас.
- Неизвестные у колонны, опознайтесь.
- Здесь сержант Шевцов, подтверждаю приём. Доброволец. Из побитой транспортной колонны. Добиваем остатки засадной группы. Тут последние горят.
- Помощь нужна?
- Нет. Мы пока этих шестерых хохлов сюда гнали, уничтожили расчёт гаубицы. Там у грузовика заночуем. А утром на дорогу. Ночью я идти не рискну, не хочу на дружественный огонь нарваться. Сообщите нашим чтобы утром встречали.
- Принято. Удачи.
Те улетели, а мы, собрав трофеи, обходя горевшие бронетранспортёры, второй тоже разгорался, с «шишиги» взяли немало чего интересного, двинули обратно к хвойному лесу. На опушке подобрал свой ранец. А я не бросил, пусть тот в подсохшей грязи, спальник сверху пристрочен и скатка подстилки, даже и не думал оставлять. Остальные налегке были. У двоих ранцы сгорели в кузове грузовика. Третий оставил у колонны, он вообще водила. А я нет, и на зачистку пошёл с ранцем. Вот так загруженные и двинули к лесной дороге. Стемнело уже когда в лесу были, а ведь мы завтракали в Брянске, думали покормят горячим в дивизии, там немного осталось. А вон как получилось. Я подсвечивал фонариком с телефона, иначе вообще ничего не видно, так и дошли.
- Тут трупы, - сказал один из бойцов. Моих лет на вид.
- Мёртвые не опасны, нужно опасаться живых, - спокойно сказал я. - Значит так, оружие собрать, ранцев и хохлов много, скатки пенок расстилаем на дне кузова. Благо тот пуст, расстреляли где-то боекомплект. Спальники их используем. Трое спят. Один дежурит в охранении. По три часа. А пока поужинаем, обыскиваем ранцы, всё соберём сюда.
Мы откинули задний борт, и начали собирать что у тех было. Ранее не до этого было. Даже наш паёк нашли, видимо трофейный. У двоих газовые походные горелки, свою мне не пришлось доставать, так что воды вскипятили для чая, блюда разогрели, недалеко речка была, один боец принёс бачок оттуда, в кабине нашли пятилитровую пластиковую баклажку. Также осмотрели друг друга. Неожиданно оказалось, что один боец ранен. Осколок засел в бицепсе.
- А я думаю, чего саднит? Может мышцу потянул. И крови мало, не почувствовал, - пробормотал тот.
Так что поели, один боец на часах, второй готовит спальное место в кузове, это не на снегу или мокрой земле, а раненый свободной рукой светит мне. Тот разделся до футболки. А я стал готовить инструменты, достал из ранца медикаменты. Ну якобы оттуда. Тот выпил две таблетки. От заражения крови и антибиотик, я дал. А дальше обеззаразил рану, пинцетом извлёк осколок. Мелкий и длинный, почти сантиметр, потом снова обработал, и спокойно зашил. Шовный материал тоже был. Дальше забинтовал и отправил того спать. Спальник нашли нужного размера. Дальше обработал инструменты, перебрал аптечку и сам лёг. Вырубило мигом. Очень устал. Только ненадолго, как показали наручные часы, меня разбудили через три часа. Уже полночь наступала. Хотя моё время под утро.
- Там отсветы фонарика, и кажется хохот слышал, - сообщил боец, пока я мелким фонариком, нашёл в разгрузке убитого командира расчёта, светил на часы.
- Добро, продолжай охрану.
Сам же выбравшись из спальника, я сбоку у заднего борта лежал, у правого, тента закрыт, но щель для свежего воздуха оставили. Так что натянул ботинки, зашнуровал, и надел амуницию, а мы всё скинули, и застёгивая шлем направился к передку грузовика. Часовой показал где видел отсветы и шум. Так что надев прибор ночного виденья, батареи полные, побежал в ту сторону. Кстати, денег уже не осталось, и я купил самый дешёвый прибор ночного виденья, со мной был. А тут в кабине «шишиги», в ранце, нашёл отличный прибор, армейский, из Штатов, и поменял на свой дешёвый. Так что на мне сейчас был крутой аппарат. А часовой как раз ходил с бывшим моим, который в общий котёл отправил. Точнее, не ходил, а включал время от времени, чтобы на всю ночь заряд хватило. У меня же ночь вокруг, а она очень тёмная, окрасилась зелёным цветом, но хоть видно всё было, так что рванул по дороге в ту сторону, куда указал боец. Мы кстати только у машины и познакомились. Карпов тот, здоровый такой доброволец. Тридцати шести лет, бывший десантник, но почему-то отправили к мотострелкам. Да и я сапёр, а в линейную роту. Что было, то и гребли, как я понимаю. А следы я нашёл, задумчиво цыкнул зубом,
