Угроза мирового масштаба-2 - Эл Лекс

для меня, не подкрепленными опытом, примерно как на уровне «прочитать в книге и ни разу не попробовать самостоятельно».

Я не знал, ни как они разгоняются, ни как рулятся, ни как держат баланс. Для меня они оставались просто мотоциклами.

— Ладно, тогда девочки выбирают, — решила Ванесса и подошла к самому обтекаемому и гладкому.

Я думал, что она его и выберет, но она прошла чуть дальше и остановилась возле второго — тоже гладкого и обтекаемого, но чуть отличающегося от предыдущего. Как минимум он был длиннее и ниже, а еще у него в задней части имелись встроенные прямо в конструкцию кофры — небольшие багажники, выступающие влево и вправо.

Ванесса удовлетворенно хлопнула мотоцикл по баку, протянула руку к ключу, торчащему в замке зажигания в траверсе и повернула его. Зажглась синяя приборная панель, по которой пробежала круг и вернулась на место стрелка спидометра, моргнули и погасли все лампочки разом, и тогда Ванесса перенесла руку на правую рукоятку и нажала на кнопку со стилизованной молнией.

Мотоцикл чиркнул стартером и через пол-секунды уже тихо бурчал мощным двигателем.

— Отлично, — веско произнесла Ванесса и обернулась. — Подай шлем.

Я обернулся тоже и увидел, что в углу гаража из стены торчат крючки, на которых висит несколько шлемов.

— Какой?

— Да любой, — усмехнулась Ванесса. — Они все мои. И себе один возьми, у нас с тобой голова примерно одного размера, должен подойти.

— А мне-то зачем? Я магией буду защищаться в случае чего.

— Ну да, умник. А глаза от ветра ты тоже будешь магией защищать?

Я хотел бы сказать, что и на этот случай у меня есть чем ответить, но решил, что проще будет действительно надеть шлем — заодно и ману не придется тратить, что тоже плюс.

Ванесса проследила, как я взялся обеими руками за ремешки и натянул на голову шлем, и удовлетворенно кивнула. Шлем и правда был по размеру — сел удобно и плотно, и совсем не мешал.

Встав ногой на подножку, Ванесса перекинула вторую ногу через бак и устроилась в седле.

— Пр-рошу. — Она похлопала ладонью позади себя. — Надеюсь, ты справишься с тем, чтобы забраться в седло без посторонней помощи?

Я не стал ей говорить, что спокойно запрыгиваю на неоседланную лошадь сзади, через круп (а лошадь раза в два выше, чем эта колымага) и спокойно уселся позади Ванессы:

— Какие-то инструкции будут?

— Ага, одна. Представь, что ты рюкзак, и просто не отлипай от моей спины. Остальное я сделаю сама.

Ванесса отточенным уверенным движением ноги убрала боковую подставку, добавила газу и мотоцикл тронулся с места.

Глава 7

Какой бы гонщицей Ванесса ни была на трассе, по городу она вела мотоцикл аккуратно и предсказуемо.

Не кидалась, как оголтелая, в ближайший же появившийся разрыв между машинами, не пыталась опережать всех подряд, при каждом повороте включала поворотники, что начинали настойчиво сигнализировать о себе на приборной панели.

Единственное что — возможно, она чересчур резко стартовала со светофоров, моментально отрываясь от всё еще стоящих на месте машин, но, достигнув определенной скорости, она переставала крутить газ и дальше ехала спокойно, не нарушая установленного скоростного режима.

Несмотря на то, что я ехал на мотоцикле первый раз в своей жизни (и нет, это не то что близко, даже далеко не похоже на езду на лошади, тем более не управляя транспортом своими руками), я ни разу не почувствовал себя в опасности — настолько аккуратно ехала Ванесса. Однако при этом создавалось четкое понимание того, что она не использует и двадцати процентов реальной мощности двигателя.

В общей сложности, путь до места проведения гонок занял минут двадцать. Мог бы занять и больше, если бы мы были на более габаритном транспортном средстве и постоянно стояли бы на всех светофорах, вместо того, чтобы подъехать к самой стоп-линии между машинами и стартовать первыми.

Как-то незаметно глазу городские пейзажи сменились промышленной зоной, потянулись здания, огороженные бетонными заборами с колючей проволокой поверху, а число машин резко уменьшилось, как, впрочем, и людей, а еще — практически исчезли светофоры, и дальше мы ехали почти без остановок.

Гонки мы услышали издалека.

Не услышать их было невозможно, и даже не столько из-за звука ревущих моторов — он-то как раз практически не был слышен. Слышно было музыку. Громкую, активную, энергичную — один в один как та, что играла в баре Ванессы, даже на мгновение появилось ощущение, что мы никуда оттуда и не уходили.

Ванесса тоже, кажется, испытала что-то похожее, поскольку мотоцикл ощутимо ускорился и буквально через пару минут, свернув три раза, мы оказались на территории проведения гонок.

Это была именно «территория», поскольку её даже показательно огородили, пусть и всего лишь двумя полосами натянутой сигнальной ленты в желто-черную полоску.

В одном месте на дороге ленты были привязаны к стальным стойкам, отстоящим друг от друга на четыре-пять метров — хватило бы не только для мотоцикла, но и для машины, причем не самой маленькой при необходимости, — и Ванесса направила мотоцикл прямо в этот разрыв.

Метров через пятьдесят к дороге, по которой мы ехали, практически вплотную приблизилась еще одна проезжая часть, и по ней мимо нас, натужно ревя двигателями, внезапно пронеслись два мотоцикла, идущие почти что нос в нос.

Пилоты прижались к бакам, пряча шлемы за ветровыми стеклами, чтобы набегающий воздушный поток обтекал их максимально беспрепятственно. Мотоциклы сильно накренились, входя в поворот (отчетливо раздался сдвоенный щелчок переключаемой передачи) и они скрылись из виду.

Через две минуты мы тоже подъехали туда, куда так стремились гонщики.

Сердцем мероприятия оказался кольцеобразный перекресток, в который вливалась и та дорога, по которой приехали мы, и та, по которой прилетели гонщики.

В центре кольца, которое здесь не было засажено травой и кустами, а представляло собой голую бетонированную площадку, стояло несколько фургонов. Из открытых дверей вились пучки проводов, заканчивающихся в больших, в рост человека, динамиках.

Именно из них и раздавалась музыка, которую мы услышали еще на подъезде, а ответственным за нее был ди-джей, стоящий вместе со своим оборудованием на крыше одного из фургонов.

Там же, посередине кольца, расположились любители потанцевать, организовав себе небольшой импровизированный танцпол, а чуть в стороне от них разместили два больших колесных прицепа — черный и зеленый.

От черного люди отходили с одноразовыми картонными стаканчиками в руках, а от зеленого — с разнообразной едой.

Так же, если присмотреться, можно было разглядеть парочку стоящих особняком биотуалетов, а еще дальше — совсем уж скромненько притулившиеся машины скорой и пожарной служб.

Короче говоря, мероприятие было организовано действительно с размахом и пониманием.

Ну и, конечно же, здесь было множество мотоциклов. Они стояли стройным рядом, один к одному, все разных расцветок, но примерно одних и тех же форм. Лишь изредка попадались какие-то, выходящие за рамки определения «гоночная модель», но, судя по шлемам, которые висели на их рулях, — какие с рогами, какие с косичками, а какие-то и вовсе не шлемы будто, а кастрюльки для варки супа, — они сюда и не для гонок приехали.

На всех остальных пластиковых «спортах» висели обтекаемые закрытые полные шлемы, буквально созданные для того, чтобы воздушный поток обтекал их максимально эффективно, ну а недалеко с высокой долей вероятности находился и его владелец.

Кто-то сидел боком в седле, болтая со своим коллегой по увлечению, кто-то стоял, а кто-то вообще вальяжно развалился на мотоцикле, стоящем на боковой подставке, положив ноги на руль и нисколько не опасаясь, что шаткая на вид конструкция может под ним просто сложиться.

Народ веселился как мог.

Два только что финишировавших гонщика слезли с мотоциклов, сняли шлемы, просунули руки в открытые визоры, чтобы они оказались как бы нанизанными на локтевой сгиб, взялись за рули и покатили своих железных коней в рядок к остальным, попутно живо что-то обсуждая — наверное, детали заезда.

А на их место уже выкатились двое новых, перед ними встала красивая молодая девушка в коротком топике и мини-юбке, с ярким платком в руке. Дождавшись, когда мотоциклисты выровняют передние колеса по начерченной на асфальте линии, она подняла вверх одну руку, потом вторую — с платком, а потом резко опустила сразу обе, низко приседая.

Мотоциклисты дали по газам и, чуть ли не поднимаясь на заднее колесо, понеслись вперед по трассе и тут же исчезли из виду за первым поворотом.

Ванесса медленно, на холостых оборотах, катилась по территории спонтанного гоночного фестиваля, иногда поджимая тормоз, когда кто-то из людей оказывался слишком близко и проявлял