Князь Гиперборейский - Валерий Михайлович Гуминский

позвольте выразить свою благодарность за доверие, — старик, поддерживаемый под руку молодой и привлекательной девушкой в длинном светло-коричневом плаще, склонил непокрытую седую голову в знак приветствия.

Цесаревич, нисколько не чинясь, протянул ему руку и поздоровался, с любопытством глянув на спутницу Иерарха. В глаза сразу бросился нежно-матовый цвет лица, необычный для жителей северных широт, и длинная коса насыщенной черноты, тянущаяся из-под шапочки до талии. Владислав знал, кто стоит перед ним, хотя эта встреча была первой, но дал возможность старому волхву представить девушку.

— Моя ассистентка, учащаяся Академии, Анна Назарова, — произнес Семерецкий. — С успехом преодолевает все трудности, кои не каждый студент мужского пола выдержит.

— Очень приятно, — цесаревич придержал теплую ладошку засмущавшейся ученицы, сразу вспомнив все небылицы про нее, особенно самую расхожую. Якобы она является наложницей барона Назарова, что ее Никите подарил бухарский эмир за какую-то услугу. Анекдот, конечно, вздорный, но ведь языки всему Петербургу не подрежешь, рты не закроешь. — Наконец-то я воочию вижу вас, Анна Никитична, и скажу, что поражен вашей яркой красотой.

— Ваше Императорское Высочество идеализирует меня, — без всякого акцента прозвенел голосок Анны. — Я обычная девушка, каких много в столице.

— Позвольте мне остаться при своем мнении, — улыбнулся Владислав, мысленно аплодируя Никите. Вот же чертяка, умеет подбирать в свой род ярких женщин, которые в будущем усилят клан. — Матвей Илларионович, Анна Никитична, не будем терять время. Цесаревна Софья в большом волнении, ожидая вас. Кстати, это я должен благодарить вас за желание помочь не столько мне, сколько империи. Государство Российской нуждается в советах одного из влиятельных и сильных Иерархах. Поэтому после долгих раздумий и разговоров с батюшкой-императором, с его согласия, конечно, я решил прибегнуть к вашим услугам.

Семерецкий кивнул. Он уже не принимал активной деятельности в Коллегии Иерархов, уйдя на долгожданный покой. Спрятавшись на даче в тишине рабочего кабинета, из окон которых был виден яблоневый сад, он с удовольствием писал разнообразные методические пособия для учащихся Академии, и даже не помышлял, что однажды к нему нагрянет целая кавалькада машин, на которых был нарисован самый узнаваемый герб страны. Возглавлял прибывшую делегацию сам Великий князь Константин Михайлович с одним из секретарей Коллегии — Воронковым.

Охрана расположилась не только вокруг дачи Семерецкого, но и полностью блокировала улицу, пока шли переговоры, возбудив необычайный интерес соседей. Правда, им только и оставалось сидеть дома и гадать, отчего такая милость к старику.

— Я понимаю, как хочется в вашем возрасте дистанцироваться от разных мероприятий и спокойно созерцать цветы на клумбе, — сидя в кресле с чашкой свежеприготовленного кофе, Великий князь не торопился озвучивать цель своего визита, прощупывая настроение дряхлеющего Иерарха, всего лишь попросив об услуге.

Старик ожидаемо уперся, сильно подозревая, что императорский клан затеял какое-то дело, требующее не только его опыт, но и чрезмерных затрат его физических сил. Поэтому и замахал руками, как только Меньшиков спросил, не желает ли уважаемый Матвей Илларионович тряхнуть стариной.

— Чувствую незавершенность фразы, — проворчал Иерарх, медленно ставя свою чашку на столик, демонстративно показывая, как трясутся его пальцы. Дескать, немощный я, ну и зачем нужен? — Обычно после этого следует пресловутое «но».

— Но ваша помощь необходима, — улыбаясь, кивнул Меньшиков. — Я хотел обратиться к более молодым Иерархам, однако государь-наследник выбрал вас для одного очень важного дела.

— Хотелось бы узнать об этой причине, — хмыкнул Семерецкий.

— По причине доверия к советам своих лучших друзей, которые сейчас входят в Малый Кабинет.

— Ага, даже так, — удивился Иерарх, поняв, какую ценную информацию получил. Нечего сказать, крупную наживку закинул Константин Михайлович. И что может стоять за этим предложением? — Заинтриговали, Ваше Высочество. Могу ли я узнать фамилии советников?

— Назову только одну: Назаров. Государь-наследник прислушался к его рекомендациям и попросил меня посодействовать в переговорах.

— Надо же, сразу почувствовал себя крайне важной персоной, от которой зависит судьба государства, — старчески хихикнул Иерарх и посмотрел на Воронкова, который в разговоре почти не участвовал, словно исполняя роль секунданта в словесной дуэли.

— Угадали, — улыбнулся в ответ Меньшиков.

— А почему Назаров? Что я могу такого, чего не может этот юноша или мои коллеги? — Семерецкий бросил взгляд на Воронкова, и тот с благодарностью кивнул.

— Нужно подготовить двойника одной очень важной персоны, Матвей Илларионович, — Великий князь расслабленно вытянулся в кресле. — Назарову тоже была предложена эта работа, и тогда он рекомендовал специалистов из Коллегии Иерархов. Уважаемый Юрий Афанасьевич, когда узнал истинную причину нашего неожиданного появления в стенах столь значимого учреждения, любезно согласился сопроводить нас к вам.

— Но ведь в подготовке двойника нет никакой сложности, — растерянно произнес Семерецкий.

— Матвей Илларионович, — кашлянул Воронков, после того как Меньшиков посмотрел на него, — дело куда серьезнее, чем кажется. Двойник этот должен походить на исходную личность столь идеально, чтобы никто не смог увидеть замену. Даже самые опытные маги. А вы редкого плана Иерарх, умеющий накладывать не только личину, но и плести дубль-ауру.

— Да, когда-то занимался подобными экзерсисами… И чьего двойника я должен создать?

— Цесаревны Софьи, — ошарашил Семерецкого Великий князь.

— Но зачем? Разве ей угрожает какая-то опасность? Такая милая молодая женщина, довольно популярна в студенческой среде, среди дворян и мещан. Я хоть и развалина, но слежу за светскими новостями, — похвалился старик.

— Как раз ей ничего не угрожает, — вздохнул Меньшиков, вынужденный раскрыть детали плана. — Наоборот, нужно создать видимость ее активной деятельности в свете. Сама цесаревна на время исчезнет… так надо, господин Иерарх, и я больше не скажу ни слова о ней — а ее место займет двойник. Вот из двойника и нужно сделать идеальную копию. Понимаете? Сколько у вас методических пособий написано по этой теме?

— Пятнадцать, — быстро подсказал Воронков и незаметно для Великого князя развел руками, а губы неслышно зашевелились: «соглашайся».

— Пятнадцать работ только по ауре! — Меньшиков поднял палец вверх. — А я помню, как вы помогали моей дочери в непростой ситуации, и безмерно вам благодарен. Вот что значит жизненный опыт!

— Вы про возвращение Никиты Назарова? — догадался Семерецкий. — Там сработала интуиция, а до этого я долго не мог найти решение.

— Интуиция все равно основана на какой-то базе, — продолжал гнуть свою линию Великий князь. — Что подтверждает ваш колоссальный профессиональный и