Начало - Андрей Васильевич Лео

а это значит, каждый рабочий и тем более мастер обязан разбираться в чертежах изготавливаемых деталей. Для этого требуется умение читать и писать, а также знание цифр и начал арифметики.

Вроде прокатило. Но боюсь, на контроль нас уже взяли. И хорошо, если только в городской администрации, а то ведь могут и жандармы местные заинтересоваться. Проверочку устроят: не революсьён ли затевается в отдельно взятой мастерской? Я, как-никак, «сын» политически неблагонадёжного гражданина империи. Э-хе-хе. Не было печали. Ладно, наметившиеся осложнения с Софой обмозгуем, хм… примем меры противодействия.

И по моим тренировкам с бизонами не забыли господа проехаться. Пуще всего напирал один ревнитель дворянских традиций из казённой палаты: неподобающим, видите ли, занятием я увлечён. Сабелькой с казаками махать да из «пукаля» постреливать – это одно, и совсем другое – с простолюдинами мордобой учинять. Этак можно и на рассмотрение дворянского «обсчества» вопрос вынести. Ага, о «партийном порицании с занесением в личное дело». Нашёлся тут «парторг» на мою голову, ёксель-моксель! Надо тренировочную площадку огораживать, нефиг любопытствующим на наши с бизонами «танцы» глазеть.

Потихоньку разговор сместился в русло обсуждения последних новостей, весёлых историй и, конечно, местных дам. В общем, высокопоставленные чиновнички вернулись к тому, о чём болтали до моего прихода. Особенно поразил меня своей жизнерадостностью губернатор: и анекдотик с подковыркой расскажет, и смешной случай из жизни Якутской губернии вспомнит. Прям душа компании! «И смеётся он, и хохочет он, злой шутник, озорник»[92] Аполлон.

Быстрее бы уж моя «воспитательница» подошла, больно удобный момент для переговоров о доме. «Клиент» в прекрасном расположении духа, пора обрабатывать. Один я всё же не решусь. А-а-а, вот и она, легка на помине. Слава богу, губернаторшу по дороге потеряла.

– Господа, вижу, Александр успел поведать вам о салоне, и я могу его увести.

Э-э-э, что значит «увести»? Нам с проблемой разобраться нужно! А нестройный хор чиновников уже поёт: «За-би-рай-те». Я смотрел на Софу, ничего не понимая.

Заметив моё замешательство, она лукаво улыбнулась и продолжила:

– Надеюсь увидеть всех вас на торжественной закладке фундамента нашего нового, ЧЕТЫРЁХэтажного здания.

Секундная немая сцена – и её захлестнул бурный поток вопросов. А коварная красавица сделала удивлённое лицо и всплеснула руками:

– Ка-ак? Александр не сообщил вам о закладке нового дома?!

Недоумённые взгляды присутствующих скрестились на мне. Твою дивизию, следует предупреждать о таких приколах.

– Простите, Софья Марковна, там возникли сложности с проектом, и я подумал, пока преждевременно извещать кого бы то ни было о строительстве.

– Но ведь я видела утверждённый проект!

Ух ты, сколько экспрессии в голосе нашей старшей прорезалось!

– К сожалению, у недавно вернувшегося главного архитектора появились претензии, и он решил приостановить действие проекта.

– Уже утверждённого? – вклинился в разговор губернатор.

– Да. Наверно, он посчитал своего заместителя недостаточно компетентным в данном вопросе.

Ох, что тут началось! Я в немом восхищении взирал на Софу, невинными фразами раздувающую праведный гнев Аполлона. Немедля призвали к ответу архитектора (он, на свою беду, тоже здесь оказался), и понеслась перекидка казёнными формулировками, любо-дорого посмотреть. Видя, как чинуша пытается отбрехаться от губернаторского наезда, я веселился от всей души. Изящно выворачивается, стервец! Так и подмывало вставить сакраментальное: «Ой, не лги! Царю лжёшь!»[93]

Что он хочет доказать, разбрасываясь архитектурными терминами? Что шибко умный и много знает? С административным работником высокого ранга это не прокатит. Мне сосед-ювелир на днях зачитывал стихи местного поэта Дмитрия Давыдова (автора песни «Славное море – священный Байкал»), так в них имелась одна строчка, которая прекрасно передаёт смысл сложившейся ситуации: «Перед начальством глуп и гений. Оно не терпит возражений».

Разбушевавшийся Аполлон за несколько минут опустил архитектора ниже плинтуса, и разрешение на строительство не заставило себя долго ждать. Правда, и толщина стен, и проверка кирпичей на прочность теперь на нашей с Панкратом Алексеевичем совести. Ну-у, думаю, уж наша-то совесть эту ношу с лёгкостью выдержит. На радостях мы с Софой выставили в буфете ящик привезённой с собой наливки – пусть всем бесплатно наливают – и пригласили присутствующих на закладку фундамента. Вот только маленький нюансик мне сильно подпортил настроение. По ходу «научного диспута» Аполлона с архитектором я заметил, как чиновник-вымогатель периодически бросает взгляды на председателя Губернского правления Алексея Николаевича Лаврентьева, а это может означать, что он его человек. Уж не по указанию ли вышестоящего начальства меня на бабло развести пытались? Хреново, коли так.

Лаврентьев в Енисейской губернии фигура серьёзная. Сюда перебрался из Иркутска. Живёт в Красноярске уже два с половиной года и за время своего пребывания не раз уже замещал губернатора в периоды его отъездов. Всех знает, конфликтов не любит, и чиновники, и купцы им довольны. Неужели «этому святому человеку со всеми удобствами»[94] мы на мозоль наступили?

Эта мысль не оставляла мою бедную голову и при закладке фундамента. Мы с Софой прикидывали и так и этак, но к чёткому ответу прийти не смогли. Ничего-ничего, вслед за церемонией закладки в салоне гулянка начнётся, и, если приглашённое начальство заглянуть к нам не побрезгует, наша красавица всё выведает в наилучшем виде. А там посмотрим.

Глава 23

Как мы вчера погуляли, у-у-у… Фундамент после такого «обмытия» должен стоять вечно. К концу дня половина всех заготовленных мною запасов водки с трудом разбрелась по городу, и при этом немалая часть ликёров сопровождала их под ручку. Последних гостей лишь за полночь удалось из усадьбы выставить. Бизонам приходилось некоторых господ выносить из дома и сдавать извозчикам с рук на руки. А что делать, люди иногда устают от веселья и возлияний. Лицом в салат, слава богу, никто не падал, но скромненько на стульчике у стеночки, случалось, засыпали.

Да-а, с размахом отпраздновали. Надолго горожане начало строительства запомнят. Ой, да ладно, уничтоженные запасы спиртного – это, по сути, ерунда, я новые приготовлю. Для нас сейчас важнее тесные связи с администрацией и богатым купечеством наладить.

Софа молодец, смогла прояснить вопрос взаимоотношений шустрого архитектора с председателем Губернского правления. Моя догадка подтвердилась: он человек Лаврентьева, но о чехарде распоряжений по четырёхэтажке Алексей Николаевич в известность поставлен не был. Он о проекте нашего дома вообще не знал, и это вносит в мысли влиятельного начальника толику праведного гнева на подчинённого. Даже сомнения у него зародились: не задумал ли архитектор сменить покровителя? Ха! А по мне, так этот хитрый крендель решил всего лишь деньжат втихаря подзаработать, ни с кем не делясь.

Впрочем, «домашние» разборки чиновников меня мало волнуют. Главное, претензий к нам нет и препоны чинить нашим делам в ближайшее время никто не собирается. Сколько уже сталкиваюсь с феноменальными способностями Софьи Марковны и каждый раз поражаюсь. Не, ну как ей удаётся добывать нужную информацию? Ка-ак?!

Вот когда она успела выдавить