Начало - Андрей Васильевич Лео

знают), а потом к Петру Ивановичу Кузнецову на вечерний чай зайдём. Он купец, и не раз, наверно, сталкивался с произволом власть имущих. Даже приятели у него среди этой братии имеются.

Был огромный соблазн решить проблему кардинально, с классическим летальным исходом, но, слава богу, разум одержал верх над эмоциями. Отстрел козлов нужно производить лишь в исключительных случаях, когда не остаётся иных вариантов воздействия, ну или когда ты с помощью единственного удара в состоянии уберечь себя и своих близких от возникновения серьёзных неприятностей.

А здесь? Ребятки в гражданских мундирах почувствовали запах денег и легко не отстанут. Грохни я одного придурка, его «знамя» обязательно подхватит следующий: в таком деле свято место пусто не бывает. Бюрократия – гидра многоголовая, устанешь шашкой махать, дурные головы срубая.

Эх-х, видать, пришла пора в плотный контакт с администрацией входить. Обидно, чёрт возьми! Хотелось оттянуть этот «радостный» момент на годик-другой. М-да, но с мелкой шелупонью из архитектурного отдела связываться всё равно смысла нет. Полагаю, если и надо начинать общение, то с людьми рангом значительно выше.

И Софа, и соседи согласились с моими выводами: требуется искать подход к более высокому начальству. В идеале следует идти сразу к губернатору Енисейской губернии – действительному статскому советнику Аполлону Давыдовичу Лохвицкому. «В греческом зале, в греческом зале… ах, Аполлон, ах, Аполлон…»[91]. Сейчас он у нас и царь, и бог. Ну, почти. Маленький такой царь, считай домашний. Малость ограниченный в своих амбициях, но править уже привык. В Красноярск приехал в январе этого года, а раньше Якутией управлял. Взятки уважает и своё вряд ли упустит, зато, сойдясь с ним накоротке, можно не бояться нападок остальных чиновничков. Кстати, его жена часто косметсалон навещает и относится к нам благосклонно.

Купец Кузнецов высказался в том же духе: «Хочешь, чтоб дела гладко шли, сведи дружбу с тем, кто повыше, а на тех, кто ниже, и не смотри, сами к тебе в друзья набиваться станут. Да писарям из губернской канцелярии не забывай копеечку за старание подбрасывать, они иной раз за копеечки твои о-го-го как помочь могут. Живут бедно и страдают от самоуправства вышестоящих ничуть не меньше других». Да-а, чувствуется, давно мужик с госаппаратом Российской империи контактирует.

В общем, недолго думая, поехали мы тогда с Софой в Дворянское собрание, рассчитывая пообщаться с главой региона в неофициальной обстановке – это, знаете ли, лучше, чем выглядеть просителями в губернской приёмной. Личная непринуждённая беседа всегда способствует некоторому снисхождению к обсуждаемому вопросу, да и нашему домашнему экстрасенсу, разговаривая тет-а-тет, будет намного удобнее нужные посылы отдавать.

Разумеется, напрягал размер предполагаемых трат на удовлетворение запросов столь высокого чина, однако армия чиновников, желающих залезть в наш карман, напрягала ещё больше. Нам в Красноярске предстоит строить и строить. А торговля и всё, что с ней связано? А добыча золота? А судоверфь? Планов-то громадьё! Решать месяцами каждый мелкий вопрос и постоянно «смазывать» денежными вливаниями административный аппарат? Нет уж, увольте! Чем сотне чинуш по рублю раздавать, проще одному дать сотню. Тем более, имелись у нас шансы и совсем без взяток обойтись, причём шансы вполне реальные.

Губернатор в девятнадцатом веке – лицо, весьма заинтересованное в развитии подведомственного региона, его карьера напрямую зависит от процветания доверенной ему территории. Что бы ни произошло в губернии, в столице это рассматривается либо как персональная заслуга руководителя, либо как его вина.

Проворовался подчинённый или неурожай вдруг подкрался незаметно – во всём виноват он. Не уследил! Каторжане бунтуют – ай-яй-яй губернатору. На нём и материальная ответственность за казённое добро лежит. Однажды украли серебро, перевозимое с рудников в Москву, и полиция не смогла найти виновных. Кто крайний? Кто деньги вернёт? Опять он, бедолага. Я был в шоке, когда об этом узнал. Чиновник, находясь на таком высоком посту, должен из своего кармана возвращать в бюджет недостачу. Вот бы в начале двадцать первого века похожую практику ввести.

Хотя… там столько воруют, никаких взяток и откатов на закрытие дыр не хватит. Каким бы богатым ни заступил человек на должность, уйдёт с неё обязательно нищим. Ну, если, конечно, не распродаст по-быстрому подконтрольный регион и не сбежит за границу.

С заслугами всё обстоит точно так же. Усё, шо наживается тяжким трудом жителей губернии, копится тока ежедневными стараниями её главного ответственного лица. А вы что думали? Ночами трудяга не спит, о благе подотчётного народа радеет. Всё в делах, в заботах, аки пчела. День у него, понимаешь ли, ненормированный. Тут-то и можно ненавязчиво представить наш новый домик как одно из достижений недавно назначенного Аполлона. Ни в Томске, ни в Иркутске ничего подобного и в помине нет. Это ПЕРВАЯ четырёхэтажка в Сибири!

Естественно, не стоит надеяться, что рассуждения начальства сразу же пойдут в том направлении, которое требуется нам. Мысли в голове у руководящих работников высокого ранга летают непредсказуемо, и сочтёт ли губернатор полезным и нужным масштабное городское строительство, один Господь ведает. В России иногда очень перспективные проекты гробились из-за мелких меркантильных интересов глав администраций.

Не-ет, для желаемого развития ситуации у нас есть Софья Марковна, она в мыслительном процессе собеседника многое может подкорректировать. И само собой, наша красавица постарается обставить дело так, чтобы у губернатора даже сомнений не возникало, что это он сам, и только сам пришёл к идее о положительном воздействии нашей стройки на свой карьерный рост.

Подкатили к парадному подъезду Дворянского собрания на собственной бричке, как обеспеченные люди. Неделю назад Михаил Лукич помог купить пару замечательных лошадок «за недорого» у знакомого князька из инородцев. Всего и делов-то – уважение приехавшему «ковбою» выказали, чаю с ним попили да поболтали за жизнь. Потом весело поторговались, и цена молодых кобылок стала втрое ниже базарной.

Вошли, осмотрелись. Ну, что сказать? В отличие от сельского клуба будущего средний возраст тусующихся довольно велик, а вот дам маловато. И с какого, спрашивается, бодуна собрание дворянским назвали? Публика в помещении топчется не бедная, но и купцы, и простые горожане имеются. Причём, я вижу, чувствуют они себя тут прекрасно, стеснительности в поведении не наблюдается.

Э-э, Сашок, не тормози, не в Питере живёшь, а в провинции. Тут один «дом культуры» на всю деревню. Куда народу податься, когда существует постоянная напряжёнка с развлечениями? Правильно, единственный выход – создать себе клубешник с красивым названием и веселиться в нём по мере сил и фантазии, а чтоб не лезли все кому не лень, нужно ввести плату за вход. Годовой «абонемент» для проникновения в это «царство порока», насколько помню, стоит двадцать рублей. Недёшево, однако, по нынешним-то временам.

Соответственно, бывают здесь в основном «взбитые сливки» ближайших окрестностей. И