Семь дней в июне. - Анатолий Анатольевич Логинов

- А сроки? Ей же сказали - в течение суток!

- А она и позвонит в течение суток - ночью суток еще не пройдет. Но я бы предложил, чтобы сейчас тоже позвонила - мол, машина пойдет за продуктами для беженцев, повар с базы сказал, а какая - пока неизвестно, может, кого из беженцев пошлют, а может, с базы водителя отправят, если хотите, чтобы позвонила, когда машина пойдет - дайте с ребенком поговорить, убедиться, что дочка жива.

- В целом - принимается. Осталось два вопроса: что делать с группой прикрытия, а что - с радистом?

- С группой? Они, как взрывы услышат, пойдут к своим - не сразу, но пойдут. Раз ночь - пойдут вдоль дороги, скакать по лесу в темноте они не смогут. А у нас что есть? У нас есть ПНВ. А у них ПНВ нет. Выделим человек десять - пока будем с радистом разбираться и с засадой, они вернутся обратно и вдоль дороги на обочине залягут - по пять человек с одной стороны, по пять - с другой. Как только видят кого-то - сразу огонь на поражение, без разговоров.

- А радист?

- С радистом сложнее.

- Так. Стоп. Мы еще не узнали, кто у нас "везунчик" - ну, тот, о которого Гриша клешню повредил. Да и с "первенцем" можно плотнее поработать насчет того, какой такой Сухов - в смысле, кто у них там радистом трудится. Глядишь, чего и выйдет - до вечера у нас все равно время есть.

- Все это, конечно, хорошо, вот только у меня десятка ПНВ нет, - решил огорчить нас Старый, - так что давайте как-то по-другому с группой прикрытия решать.

- Ну, это даже не вопрос, - выручил нас особист, - дадим, конечно, на благое дело. У нас они есть, только твои-то как, ими хоть раз пользовались?

- Научатся. У вас тут тир есть закрытый?

- Тир? Тира нет. А вот свет на втором подземном этаже выключить можно, так что потренироваться на кошках возможность будет. Ты-то сам как, владеешь?

- Пользовался, было дело.

- Значит, решили. Андрей, мы с тобой и Володей займемся "первенцем", а со вторым пусть опера поработают - в игры с соцзаконностью можно не играть, не тот случай.

- А что там, кстати, с "привлеченными" и Зазой?

- Да ничего. Вечером машина должна подойти, из военкомата, мужиков из беженцев забрать - и этих им сдадим, дело им найдут.

- Зазу пока оставьте. Он нам для работы с немцем пригодится. - Гриша явно замыслил что-то недоброе. - Я ему, мля, такое Гуантанамо организую - век будет помнить. Так, коллега, - обратился он к особисту, - а как бы нам тет-а-тет пообщаться?

- Легко, - особист расплылся в улыбке до ушей. Слова о "Гуантанамо", похоже, ему понравились.

До отъезда на операцию решили провести над пленными немцами еще один психологический эксперимент. Взяли их с собой на ужин, который на этот раз был значительно вкуснее, чем завтрак и обед - видимо, все-таки пошевелились снабженцы - не знаю, наши или белорусские, хотя похоже, что разница постепенно стирается - вроде уже действует объединенное российско-украинско-белорусское командование. Ужин по нашей просьбе в термосах принесли в наш "гостевой домик", туда же привели немцев, с которых даже сняли наручники. Несмотря на их диверсионную подготовку, выходок с их стороны мы не опасались - единственное, что пришлось сделать в процессе подготовки к опыту - убрать из кухни домика микроволновку - ее наличие могло вызывать у "первенца" абсолютно ненужные вопросы. А смысл опыта заключался в том, что ужинали мы в комнате, в которой был телевизор - точнее, не телевизор, а плазменная панель. А по телевизору шли новости, которые немцы, вместе с нами поглощавшие картофельное пюре с гуляшом, внимательно смотрели. О том, что такое телевизионные передачи, "первенец" знал - сказывался все-таки образовательный уровень - но вот то, что они были такого качества, в цвете и со звуком... М-да, немцы были просто потрясены. К нашему удивлению, до "новостей" показывали очередную серию "Братанов" - правда, уже самый конец, ничего нового для пленных там не было - разве что непривычные для них прически части персонажей. А вот новости...

Новости были, как говорится, то, что доктор прописал. Ведущая НТВ начала выпуск с сообщений собственных корреспондентов с разных участков фронта. Первым показали улыбающегося старшего лейтенанта с жовто-блакитными нарукавными нашивками - этот деятель без особого напряга сжег двадцать восемь немецких танков. Алекс, когда услышал эту цифру, завопил, не сдержавшись, что это - пропаганда. Ор продолжался ровно до того момента, пока не показали танк этого старлея - самый банальный Т-64. Рот Алекса захлопнулся, он нервно сглотнул. Старый, комментируя происходящее, сказал, что старлею, вообще-то, надо бы дать по башке - на его-то машине - и всего двадцать восемь, правда, возникшее недоразумение тут же разрешила ведущая, сообщившая, что танки у немцев на данном участке фронта просто кончились. Так что Сане пришлось взять свои слова обратно - ну не виноват же старлей, в самом деле, что танков у фрицев оказалось меньше, чем снарядов в боекомплекте. Следующим был сюжет о работе дивизиона белорусских "Буков" - там впечатлений было немного, ибо съемки гаснущих отметок на ИКО под аккомпанемент команд офицера наведения немцам ни о чем не говорили, а взмывающие ракеты, где-то в отдалении что-то поражающие, выглядели, конечно, красиво - но не очень впечатляюще. Зато потом... Потом показали работу российской армии на Брестском направлении. Сначала пошли кадры, снятые, видимо, с беспилотника - по крайней мере, так было сказано в комментариях. Камера показывала немецкую танковую или моторизованную часть на марше. Немцы бодренько двигались в темноте, соблюдая правила светомаскировки - вот только в инфракрасном диапазоне они были как на ладони. Их было достаточно много - колонна растянулась, наверное, на несколько километров. Следующими пошли кадры, показывающие, как офицер в звании полковника отдает приказ майору - звука не было, но ситуация была понятной. А потом... Потом показали, как на самым наглым образом освещенной юпитерами телевизионщиков площадке задирают вверх свои трубы четыре установки "Смерчей". Огонь они открыли одновременно - немцы, пораженные возможностью видеть ночью, как днем, отложив ложки (вилок, как колющих предметов, им не дали), прильнули к экрану. Кадры, переданные с беспилотника - снимала уже обычная камера - явили