Его Сиятельство Бессмертный - Элиан Тарс

ним, и рад был продемонстрировать свои умения. И будто в подтверждение моей догадки Дир добавил: — Эта колесница ещё никогда не была столь готова к бою.

— С таким мастером на борту мы готовы встретить любого врага, даже такого, как «Шальной Кракатун», — усмехнулся я. — Подойди ко мне, мой друг. У меня есть для тебя небольшая награда.

Дир в своём чёрном балахоне приблизился ко мне. Как всегда, он источал спокойствие и уверенность.

Так показалось мне в первые мгновенья, но когда древний князь остановился рядом, я ощутил его лёгкое напряжение.

— Всё будет в порядке, дружище, — хмыкнул я. — Присаживайся.

Я шлёпнул ладонью по дивану возле меня. Дир покорно сел, а когда я положил ему ладонь на лоб, он машинально закрыл глаза. Точно так же, как делал много веков назад.

— Мне кажется, ты лучше других подходишь для того, чтобы первым попробовать новую Печать, — произнёс я. — Прости, что ставлю эксперимент на тебе, дружище.

— Для меня это честь, князь. К тому же… я ведь не просто первый, да же? А первый после тебя?

Я усмехнулся и сформировал на кончиках пальцев Узоры новой Печати. А затем без промедления приложил её ко лбу товарища.

Дир захрипел и тяжело задышал.

— Бом! — стукнуло его сердце.

Моё же в тот момент билось, как бешеное.

— Поразительно… князь… — выдохнул он и захрипел ещё громче.

Печать очень медленно переходила с кончиков моих пальцев в энергетическую систему и душу Дира. Сложнейшая из моих Печатей.

Первая из Печатей нового поколения.

Сперва она шла нехотя, но через несколько секунд процесс резко ускорился, и Печать Возвращения к Жизни в мгновенье ока перенеслась к Диру.

— Похоже, мы на верном пути, — прошептал я, чувствуя, как энергия течёт по его Узорам.

Дир завалился набок, потянулся и вырубился на диване «Мамонта». Его сердце сейчас не билось, как и моё. Но я знал, что процесс успешно запущен.

Я ощутил невероятную усталость и мысленно связался со всеми остальными участниками рейда:

«Мы с Диром спать. Вы тоже выберете место и остановитесь отдохнуть. Даже умертвиям необходим отдых».

Не теряя времени даром, я завалился на противоположное сиденье.

«Спать? Очень смешно, — хмыкнула Огнива на общем канале. — Если бы только могли это делать».

«Мы уже можем. И вы скоро сможете», — произнёс я и закончил ментальную беседу.

Сколько я проспал, не знаю. Но первое, что услышал проснувшись, была беседа моих соратников:

— Они ведь не спят? — неуверенно произнесла Огнива. — Просто притворяются, чтобы выглядеть как живые?

— Похоже на сон, — ответил Гореслав озадаченно.

— Но умертвиям не нужен сон, — ровным тоном проговорила Беляна.

— Говорю же, они просто притворяются! — стояла на своём Огнива.

— Кощей и Дир не стали бы притворяться, — хмуро проговорила Беляна.

— А что они тогда, по-твоему, делают? — усмехнулась её огненная подруга.

Я позволил себе лёгкую усмешку, открыл глаза и произнёс:

— Так много вопросов… Но так мало понимания. Мы в самом деле спали. А вы нас разбудили своей болтовнёй.

— Прости, Хозяин, — первой повинилась Огнива.

— Мастер… я чувствую в вас изменения, — напряжённо проговорил Гореслав.

— Ваши сердца только что бились! — выпалила Беляна чересчур эмоционально. Редко увидишь её такой. — Это в самом деле возможно? Это…

Договорить она не успела. Вездеход задрожал, и через миг по ушам ударил оглушительный рёв чудовища

— Бедствие, — выпалил Дир, мгновенно проснувшись и вскочив на ноги. — Он здесь!

Игорь метнулся за руль «Мамонта», а мы четверо, не сговариваясь, рванули наружу. Улица встретила нас прохладой раннего утра и раздражённым клёкотом Жара. Мой давний соратник закладывал в небе пируэт, концентрируя энергию и готовясь к бою.

Я глянул на него вполглаза и уставился вдаль.

— Вот это чудила, — хмыкнул я.

На горизонте показалась огромная тень. Шальной Кракатун, монстр ранга Бедствие, своими размерами в два с половиной раза превышал стены Тюменского княжества-крепости. Его тело было покрыто не то костяными, не то каменными пластинами и светилось зловещим тёмно-коричневым светом. Даже издали я ощущал его мощь и сплетение его стихий: «земля», «вода», «тьма» и «смерть». Две пары глаз, расположенных на разных уровнях массивной вытянутой морды, хаотично крутились в разные стороны, выискивая новых жертв. Из спины монстра торчали острые шипы, покрытые концентрированной «смертью», а пасть, усеянная острыми клыками, могла поглотить целый корабль.

Монстр раздражённо дёрнул головой и заметил нас. Он издал оглушительный рёв, от которого задрожали близлежащие холмы, а «Мамонт» вновь затрясся. Его голос, казалось, проникал в самую душу, пытаясь сломить волю к сопротивлению. Понятно, есть ещё пятая стихия — «воздух». Смешиваясь с «тьмой», он и делает рёв монстра настолько пугающим и давящим.

— Готовьтесь к бою, друзья! Похоже, наша охота только что стала взаимной, — усмехнулся я, чувствуя, как внутри разгорается древний огонь битвы.

Глава 34

Улучшенный Диром «Мамонт» первым открыл огонь. Тяжёлые магические снаряды с грохотом врезались в костяные пластины Кракатуна, высекая искры и оставляя глубокие трещины. Следом уже сам Дир рванул вперёд, на бегу создав меч, сотканный из чистой «тьмы» и сверху покрытый «смертью». Клинок древнего князя рассекал воздух, оставляя за собой тёмные следы, и каждый его взмах вызывал небольшие чёрные вихри, которые устремлялись к монстру. Разрастаясь с каждой секундой, эти вихри, настигнув тварь, впивались в неё, разъедая защиту.

Огнива и Жар обрушили на чудовище двойной удар пламени. Их огненные шары слились в один гигантский поток огня, который охватил грудь монстра. Кракатун яростно заревел от боли и взмахнул когтистыми лапами. Волна тёмного воздуха, усиленного «смертью», ринулась в нашу сторону. Однако её остановила одновременная атака льдом и «смертью». Беляна и Гореслав продолжили действовать слаженно — через секунду вокруг монстра из ниоткуда возникла гигантская ледяная клетка, в которую тут же полилась волна концентрированной «смерти».

Я же двигался по дуге вокруг монстра, используя все доступные мне стихии. Молнии, порождённые сочетанием «воды», «ветра» и «огня», рвались из моих рук и выжигали покорёженную от атак соратников плоть чудовища. Замерев в один миг, я с силой топнул, направляя в землю поток энергии. Каменная твердь под ногами чудовища, только что вырвавшегося из ледяной западни, треснула и разверзлась. Монстр пошатнулся — его левая лапа провалилась вниз. Через миг он заревел особо сильно — каменные колья под землёй,