Семья - Алексис Опсокополос

— Но при таком раскладе у тебя не было вообще никакого шанса выиграть, ты ничего не теряешь, но и ничего не приобретаешь, — с удивлением произнесла бабушка. — Какой в этом смысл, Нори?

— В этом нет никакого смысла, — ответил японец, продолжая жевать шоколад. — Это просто весело.

— И что здесь весёлого? — возмутился Вильгельм. — Я выиграл пари, а ты сейчас нагло ешь мой шоколад! Ну-ка отдай!

Вильгельм бросился к другу, чтобы выхватить у него шоколадку, но японец каким-то чудом увернулся. Глядя на это, бабушка расхохоталась, а после третьей неудачной попытки, смеялись уже и Вильгельм с Нори. Японец, утирая слёзы от смеха, полностью развернул обёртку и, разделив шоколад на три части, две из них отдал своим друзьям.

Я смотрел на это всё и не верил своим глазам: три самых сильных мага на Земле просто дурачились как подростки, они хохотали и ели шоколад. Но немного приглядевшись, я понял, что не вижу больше грозного императора Вильгельма Пятого, суровой княгини Белозерской и загадочного лидера чёрных воинов. Их не было.

Передо мной стояли двое парней: один высокий зеленоглазый, с веснушками и густой рыжеватой шевелюрой, второй среднего роста, смуглый, щуплый, с чёрными как смоль волосами, собранными в хвост, и невероятно красивая хрупкая девушка с длинными платиновыми волосами и бездонными синими глазами. Они ели шоколад и смеялись — искренне, заливисто, совершенно не обращая на меня внимания.

И они были счастливы.

Глава 27

Эпилог к циклу

Прошло ровно три месяца со дня моего поединка с Эджертоном. За это время я отметил свой девятнадцатый день рождения, бабушка сыграла свадьбу и полностью перебралась в Потсдам, передав свой, а теперь уже мой замок в моё полное распоряжение. И меня таки заставили покинуть мою любимую комнатку и перебраться в большие княжеские покои.

Других больших изменений в замке пока не произошло. Я потихоньку осваивался с обязанностями главы рода и привыкал к тому, что я теперь здесь главный. Семейный бизнес пока контролировала бабушка, но она уже объявила мне, что его тоже собирается передать в моё ведение, так как хочет наконец-то пожить для себя.

Но к моей радости, с передачей бизнеса княгиня Белозерская, а точнее, теперь уже императрица Священной Римской империи Катарина не спешила — решила дать мне время освоиться в полной мере с обязанностями главы рода. Но надо признать, было не особо-то и сложно — благо Ристо остался и помогал. Дьяниш тоже остался — бабушка взяла с собой в Потсдам лишь Тойво и личную прислугу.

За пределами нашего замка тоже произошли изменения — как в России, так и во всём мире. Британская империя была ликвидирована, как и планировалось изначально участниками антибританской коалиции. Виктория Вторая отреклась от престола, парламент был распущен, а территория поделена между победителями. Некоторые часть бывшей империи получили независимость — например, Индия и Египет.

Территория непосредственно Великобритании отошла к Священной Римской империи. Земли бывших Англии, Шотландии и Уэльса были разделены на графства с прямым подчинением императору. Без права автономии и использования английского языка в делопроизводстве. Ирландцам за то, что они постоянно подтачивали изнутри Британскую империю, а на битву на острове Олдерни не выставили своих боевых магов, Вильгельм Пятый даровал право иметь короля и войти в состав империи королевством Ирландия с сохранением некоторой автономии.

России отошли Аляска и Канада. Изначально Романов планировал ограничиться лишь Аляской, но после того как Вильгельм Пятый включил в состав своей империи всю остальную территорию бывших Соединённых Штатов, кесарь решил, что союзничество союзничеством, но не стоит отдавать немцу всю Северную Америку.

Ацтлану пришлось принять потерю территорий севернее бывшей мексиканско-американской границы. Взамен они получили покровительство императора Священной Римской империи и обещание защитить Ацтлан в случае его конфликта с Боливарианской республикой или Бразилией. Помимо этого, Берлин установил протекторат над Австралией, Новой Зеландией и Южной Африкой, а все оставшиеся территории бывшей Британской империи получили независимость.

Внутри Российской Федерации тоже произошло много важных изменений. Главное для меня — принятый буквально на днях закон об уголовном наказании за выбраковку и о запрете всех видов расовой сегрегации. Этот закон был принят на совместном заседании обеих Дум, и он запрещал любое ущемление прав российских граждан по расовому признаку. Запрещалась не только выбраковка — вне закона оказались учебные заведения только для эльфов или орков, политические партии и любые другие организации, созданные по расовому принципу.

На осень были назначены всеобщие выборы кесаря, и никто не сомневался в том, что на них победит Романов — авторитет Александра Петровича после победы на Британией был огромным. Сам он тоже был уверен в своей победе и готовился после неё провести ряд дополнительных политических и экономических реформ. Но, если честно, я не особо вникал в то, что он собирался делать. У меня своих дел было полно.

Как главе рода, мне уже через месяц предстоял первый большой экзамен — проведение у родового источника процедуры активации дара у новых одарённых членов нашей большой семьи. Бабушка, конечно, обещала помочь, но я всё равно нервничал.

А ещё в ближайшее время я должен был вместе с бабушкой и Вильгельмом Пятым отправиться в Японию, чтобы посетить тот самый монастырь, где Нори создал и обучил армию для владельца клинка — то есть, для меня. Вообще, это было не просто неожиданно; я даже затруднялся описать все те эмоции, которые испытал, узнав о том, что у меня теперь будет своя армия. Конечно, условно своя, но тем не менее.

Я толком не привык ещё к тому, что владею двумя Великими артефактами, а тут ещё такой сюрприз. Хорошо, хоть располагалась эта армия далеко и не требовала от меня управления и вообще какого-то моего участия в мирное время. Но всё равно это сильно впечатляло и создавало ощущение огромной ответственности.

И ещё я очень надеялся, что в ближайшее время никаких войн не случится, и мне не придётся задействовать ни свои Великие артефакты, ни армию. Хотелось просто хоть какое-то время пожить жизнью нормального человека. Пожить наконец-то для себя и сделать то, что давно мечтал сделать.

Первый шаг в этом направлении я уже предпринял: накануне позвонил в своё любимое кафе на канале Грибоедова и забронировал любимый столик — у окна, выходящего на Казанский собор и роскошные кусты сирени, растущие перед собором. И вот теперь я шёл с Милой вдоль канала, она держала меня