Владимир Потёмкин - История димломатии, том 1

Мария-Терезия после войны за австрийское наследство считала возможным привлечь Францию на свою сторону. Во Францию был отправлен едва ли не самый крупный дипло­мат в Европе XVIII века Кауниц: он еще в 1748 г. доказывал любовнице Людовика XV мадам де Помпадур, что Австрия готова отказаться от части бельгийских провинций (Фландрии и Брабанта), если только Франция поможет Австрии возвра­тить Силезию. В 1751 г. Кауниц был назначен австрийским послом в Париж. Здесь он внушал французам, что только благодаря попустительству таких великих держав, как Фран­ция и Австрия, выросли Пруссия и Сардиния, задача кото­рых — сеять раздор между великими державами и пользо­ваться этим, чтобы округлять свои владения.

Таким образом, почва для сближения Австрии и Франции была подготовлена. Последним толчком к союзу между ними была в данном случае излишняя «тонкость» дипломатии Фрид­риха. Тотчас же после разбойного нападения англичан на французские суда в 1755 г. Фридрих II предложил Людовику XV смелый план. Пусть Людовик XV захватывает не­медленно Бельгию; он, Фридрих, вторгнется в Богемию и, разгромив австрийцев, завладеет всей Германией. Таким об­разом, прусский соблазнитель еще в XVIII веке замышлял план, напоминавший идеи Бисмарка в 1866 г. В Вене I это время уже стало известно, что Фридрих одновременно ведет переговоры с Англией. Мария-Терезия немедленно довела об атом до сведения Людовика XV. Известие о заключении Уайтхоллского договора между Фридрихом и Англией шло подтверждением венских предупреждений. Людовик XV ре­шился. 1 мая 1756 г. был заключен первый Версальский до­говор между Австрией и Францией о взаимной гарантии: каж­дая из сторон обещала в помощь другой армию в 24 тысячи человек против всякого агрессора. Незадолго до этого импе­ратрица Елизавета отказалась ратифицировать англо-русский договор и заключила оборонительно-наступательный союз с Австрией (25 марта 1756 г.). Для нападения на Фридриха II Россия обязывалась дать в помощь Австрии армию в 80 тысяч. В случае победы над Фридрихом Австрия должна была полу­чить Силезию, Россия — Восточную Пруссию. Французские дипломаты добились вовлечения в эту коалицию Августа III, курфюрста саксонского и короля польского. В 1757 г. к коалиции примкнула и Швеция, соблазненная субсидиями и надеждами на Померанию.

Окончательно коалиция была сформирована двумя союз­ными договорами: русско-австрийским (2 февраля 1757 г.), который повторял условия предыдущего договора, но давал России субсидию в 1 миллион рублей ежегодно, и вторым, Версальским (1 мая 1757 г.), по которому вместо 24 тысяч Франция обязывалась выставить 105 тысяч человек и давать Марии-Терезии ежегодно субсидию в 12 миллионов флоринов. Началась война. Положение Фридриха скоро стало катастро­фическим, хотя он и обнаружил в этой войне блестящие даро­вания полководца. Фридрих действовал быстро и решительно, поспевая ко всем границам, бил врагов поодиночке и из де­сяти битв проиграл только три. Фридриху помогали исключительная бездарность французских генералов, военные до­стоинства которых определяла мадам де Помпадур, непро­стительная медлительность австрийских полководцев и обилие притекавших к нему английских субсидий. Самые тяжелые поражения нанесли Фридриху русские при Гроссегерсдорфе в 1757 г. и при Кунерсдорфе в 1759 г. В 1760 г. русские войска на некоторое время заняли даже Берлин. К началу 1762 г. положение Фридриха стало настолько тяжелым, что в письме к своему брату, принцу Генриху, он писал: «Если, вопреки нашим надеждам, никто не придет нам на помощь — прямо говорю вам, что я не вижу никакой возможности отсрочить или предотвратить нашу гибель». Фридриха спасла смерть импе­ратрицы Елизаветы Петровны (5 января 1762 г. нов. ст.). На русский престол вступил горячий поклонник Фридриха Петр III. Новый император не только отказался от всех завоеваний в Пруссии, но и изъявил желание оказать Фридриху помощь. Корпусу Чернышева было предписано соединиться с Фридрихом для совместных наступательных действий против Ав­стрии.

Таковы были события на восточном театре европейской войны.

Чем больше Франция увязала в ненужной для нее анти­прусской авантюре, тем большее удовольствие испытывала Англия: для нее европейские державы усердно таскали каш­таны из огня. Занятая на востоке, Франция оказалась бес­сильной на западе. Англичане захватили к 1759 г. Канаду и в 1761 г. завладели Пондишери в Индии. Французский флот был почти полностью уничтожен. Война была закончена двумя мирными трактатами: Парижским — на западе (10 февраля 1763 г.) и Губертсбургским — на востоке (15 февраля 1763 г.). Франция потеряла Канаду со всеми относящимися к ней об­ластями, т. е. долину реки Огайо и весь левый берег реки Мис­сисипи, за исключением Нового Орлеана. Вдобавок она должна была отдать Испании правый берег той же реки и уплатить воз­награждение за уступленную Англии испанцами Флориду. Франция принуждена была отказаться и от Индостана, сохранив за собой лишь пять городов. Австрия навсегда потеряла Силезию.

Таким образом, Семилетняя война на западе покончила с заморскими владениями Франции, обеспечила полную ге­гемонию Англии на морях, а на востоке положила начало гегемонии Пруссии в Германии.

Этим было предрешено будущее объединение Германии под эгидой Пруссии.

4. ДИПЛОМАТИЯ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В XVIII ВЕКЕ.

Внешняя политика Петра I.

Петр I унаследовал от XVII века две сложнейшие проблемы: турецкую и шведскую. Разрешение и той и другой означало выход к морю, в первом случае — к Черному, во втором — к Балтийскому. Первые годы царствования Петра были посвящены всецело черноморской проблеме. Черное море было до тех пор внутренним морем Турции. Оттоманская Порта, по образному выражению одного русского дипломата, берегла его, «как чистую и непорочную девицу, к которой никто прикоснуться не смеет. Скорее султан допустит кого во внутренние свои покои, чем согласится на плавание чужих кораблей по водам черноморским; это может случиться разве тогда, когда Турецкая империя обратится вверх ногами».

К Петру от правления Софьи перешел антитурецкий «аллианс» (союз), и он в союзе с Австрией, Венецией и Речью Посполитой продолжал войну. Взятие Азова и постройка Таганрога обес­печили России господство на Азовском море. Однако пока Керченский пролив был в руках турок, это еще не давало ей доступа в Черное море. Между тем союзники России, удовле­творенные достигнутыми успехами, уже склонялись к заклю­чению мира.

«Великое посольство» 1697 — 1698 гг., в котором Петр участ­вовал инкогнито, имело задачей добиться продолжения войны и привлечения новых союзников. До тех пор во внешней по­литике Петр все еще шел старыми путями, но когда он убедился в полной неудаче своей дипломатической миссии, он с необы­чайной быстротой перестроил все основания своей внешней, политики. Ввиду невозможности при данной международной обстановке пробиться к Черному морю, вновь всплыл старый план «северного союза» против Швеции и завоевания если не всей Прибалтики, то по крайней мере Ингерманландии и Карелии.

Момент был благоприятен. При участии известного лифляндского авантюриста Паткуля, который мечтал оторвать Ливонию от Швеции, складывалась коалиция прибалтийских стран — Дании, Речи Посполитой и Бранденбурга (Пруссии) — против Швеции. К этой коалиции хотели привлечь Россию, приняв, однако, меры к тому, «чтобы этот могущественный союзник не выхватил из-под носа жаркое и не шел дальше Нарвы и Чудского озера».

3 августа 1698 г. в Раве Петр заключил словесное согла­шение с королем польским и курфюрстом саксонским Авгу­стом II об общих действиях против Швеции. Курфюрст бранденбургский Фридрих и Петр еще в 1697 г. при проезде по­сольства через Бранденбург уже договорились о том же. В Москве в 1699 г. заключен был тайный договор с Речью Посполитой, направленный против Швеции; одновременно, чтобы устранить подозрения шведов, Петр подтвердил Кардисский договор, отказавшись, впрочем, принести клятву на кресте. Так сложился тройственный союз России, Речи Поспо­литой и Дании; Бранденбург от непосредственного участия в войне воздержался. С этого момента Петр принимал все меры, чтобы ускорить окончание войны на юге и развязать себе руки на севере. Миссия дьяка Украинцева в Константи­нополе, поддержанная внушительной демонстрацией русского флота, увенчалась полным успехом: за Россией остались все ее завоевания. На следующий день по получении известия о мире с Портой, 9 августа 1700 г., была объявлена война Швеции. К этому времени одна из союзниц, Дания, уже вышла из войны, вынужденная заключить сепаратный мир в Травендале. Занятие Карлом XII Польши и выход из войны дру­гого союзника Петра, Августа II, который уступил польский престол ставленнику шведского короля Станиславу Лещинскому, заставили и Россию искать посредников для заклю­чения мира, чтобы удержать завоевания, произведенные на побережье Финского залива. С этой целью Петр обращался и к Голландским штатам и к Людовику XIV. Одновременно он искал новых союзников. В Англии А. А. Матвеев вел на эту тему разговоры с английскими министрами; они, однако, оказались «в тонкости и пронырствах субтильнее самих фран­цузов». Делались попытки убедить Данию возобновить воен­ные действия. Таким образом, в этот решающий момент войны Петр развил активнейшую дипломатическую кампанию.