Регрессор №15 (Условный финал) - Максим Арх

оплачен, и теперь я со спокойной совестью могу продолжить захват мира.

Я был здоров, счастлив и готов к новым трудовым подвигам. И этот боевой настрой, жизнерадостный настрой не ускользнул от взгляда мамы, которая, получив от меня букет цветов и шёлковый платок (а что ж ещё солдаты дарят своим дорогим мамулям на дембель⁈) и утерев от радости встречи слёзы, так и сказала:

— Сашенька, ты в армии был или на каком-то продуктовом складе отъедался? Щёки аж лоснятся.

Я посмотрел на себя в зеркало и с удивлением увидел уже совсем не ребёнка, а юношу, в котором от детского уже почти ничего не было. Удивительно, но факт: всего несколько дней армейской службы, и я уже стал другим. Более взрослым, что ли. Что же касаемо «лоснения», то да, щёки действительно немного блестели, но не от жира, а просто я набрал массу и повзрослел.

После традиционных дежурных расспросов привёл себя в порядок, и мы сели за стол, который, разумеется, был накрыт по высшему разряду. Чего тут только ни было: и жареная курица, и отбивные, и картошка-пюре, и салат оливье, и винегрет, и малосольные огурчики, и ещё много всего вкусного, включая селёдку под шубой.

И я, и мама прекрасно знали, что всё это мы сейчас не съедим и будем есть несколько дней. Но традиция есть традиция — на все главные и торжественные праздники в нашем доме всегда был праздничный стол. Вот и сейчас мамуля расстаралась, и этот стол был именно таким, какой я люблю, таким как я запомнил его с детства, таким, каким хотелось бы, чтобы было всегда.

Мы сидели, кушали, смеялись, рассказывали друг другу те или иные моменты, что произошли, пока я не был дома, и всё было просто замечательно.

Остановись, мгновение…

— Эх, жалко бабушку не смогла предупредить, и она не знает, что ты вернулся, — посетовала мамуля, расстроено вздохнув.

— Ничего, я вскоре в деревню собираюсь. Там кое-какие дела есть. Так что в неведении она останется совсем недолго, — успокоил её я.

— А что за дела?

— Да с Федей надо поговорить. Хочу его в новый проект подтянуть.

— Не успел приехать, а уже на проект?

— Ну да, фильм нужно срочно снять. Вот хочу на эпизодическую роль Федю задействовать. А заодно мне на съёмочной площадке поможет. Сделаю его помощником режиссёра. Если он, конечно, захочет.

— А чего ж не захотеть, всё лучше, чем дома на печи сидеть.

— Значит, решено, через пару дней еду в деревню бабушку проведать, да с Федей поговорить.

Маму такой ответ вполне устроил. И она, разумеется, не догадалась, что ответ этот был не совсем полон. В деревню мне нужно было не только для того, чтобы рассказать бабушке о своём необычном и очень скором возвращении в гражданскую жизнь. И не только для того, чтобы пообщаться с Федей Фединым, ведь я действительно хотел предложить ему работу помощником по поручениям. Основная моя цель — заняться более глобальным делом, а конкретно — произвести копирование текста сценария фильмов, которые я задумал снять. Фильмов было много, а голова у меня, к сожалению, имелась всего одна. И если «Т-2» я помнил хорошо и сценарий мог бы написать сам, то вот насчёт комедии «Сержант Билко» нужно было посоветоваться с интернетом. В том фильме много очень прикольных ходов и шуток, а все их хотелось бы перенести в мою киноадаптацию, ничего не упустив. И если всё получится, советский кинематограф получит в свой золотой фонд очень примечательную киношку. Такие фильмы бессмертны, и их можно с удовольствием смотреть и пересматривать множество раз долгие годы.

Закончив обед и сердечно поблагодарив мамулю за вкуснятину, помог ей убрать со стола и хотел было помыть посуду, но она настояла на том, что вымоет сама, и чтобы я отдыхал. Приказ верховного главнокомандования, как известно, является для солдата истиной в первой инстанции и, так как обсуждению он не подлежит, я чмокнул маму в щёчку, резко развернулся на сто восемьдесят градусов и под её заливистый смех, чеканя шаг, направился в ванную мыть руки.

Однако дойти до санузла не успел, потому что из-за входной двери стали доноситься какие-то звуки. На лестничной клетке явно что-то происходило. Стараясь ступать как можно тише, на цыпочках приблизился к дверному проёму и прислушался. Там разговаривали, а правильней будет сказать — спорили сразу несколько человек.

— А я вам говорю, что товарищ Васин отдыхает и его велено не беспокоить! — басом бубнил чей-то мужской голос.

— Да поймите вы, он нам очень нужен! — говорил другой мужчина, чей голос был намного мягче, и к тому же вроде бы мне знакомый.

— Скажите, что это мы пришли! И он обязательно сам захочет с нами поговорить, — вступила в разговор девушка, чей голос я тоже знал. Точнее сказать, голос рыжухи я узнал сразу.

И это означало только одно — группа «Импульс» в полном составе пожаловала к своему отбившемуся от коллектива боссу.

На всякий случай глянул в глазок и убедился, что моя догадка оказалась правильной. Однако воссоединиться со мной им пока не удавалось — двое незнакомых мужчин в строгих костюмах преграждали им путь, закрывая подход к квартире широко расставленными руками.

Нужно было срочно что-то предпринимать. И я предпринял. Резко распахнул дверь и сразу же быстро произнёс: «Здравствуйте, товарищи!» — тем самым ошеломив общественность.

Толпа тут же затихла с удивлением, медленно повернув головы в мою сторону.

— Здрасте, дорогие мои, — более по-простецки повторил я, тем самым пытаясь убрать первую неловкость встречи.

— Саша! — тут же взвизгнула главная солистка Юля, захлопав в ладоши.

— Нашёлся! — вторил ей лидер группы Антон.

— Сашенька! — пропищала Лиля и все ребята, прорвав оцепление, бросились на меня.

Вдоволь наобнимавшись, перевёл взгляд на солидных мужчин и аккуратно поинтересовался:

— Товарищи, а вы, простите, кто? И, главное, по какому праву не пускаете ко мне моих друзей?

— Товарищ Васин, мы ваша охрана. Пост располагается в квартире напротив, — спокойным тоном произнёс один из усачей, вероятно, являющейся старшим в паре.

— Простите, но я разве не сказал вашему начальству, что охрана мне не нужна? — удивился я.

— Это не наша компетенция, товарищ Васин. У нас приказ, — отрезал чекист, тем самым показывая, что полемика на этот счёт абсолютно бесперспективна.

И, собственно, сотрудник был полностью прав — он человек подневольный и находится