Победив, заточи нож - Виктор Иванович Тюрин

от своих слов. Тогда какие могут тут быть доказательства? Отец любит свою дочь и может просто не поверить. Да чего я себе голову ломаю? Пусть де Ла Валь разбирается! Что же все-таки случилось с Антуаном? Судя по тому, что прошло больше двух суток, а он так и не объявился, похоже, его тоже где-то закопали.

Глава 13

Почти стемнело. Последние лучи закатного солнца подсветили облака, окрасив их в розовый цвет. От реки потянуло свежестью, а над костром вилась мошкара. Надо было ехать докладывать, а заодно решать, что делать с пленниками. Мы перевязали их раны, да и вина, в качестве наркоза, не пожалели. Нехотя встал, нервы были на пределе, давила усталость, причем не столько на тело, сколько на душу. День выдался длинный и тяжелый, к тому же он все никак не хотел заканчиваться. Сейчас мне просто хотелось лечь в траву, раскинув руки, и смотреть в потемневшее небо до первых звезд, а там, дай бог, усну и забуду всю эту мерзость. Вот только надо было ехать, пока я еще могу рассмотреть дорогу. Я вскочил на лошадь. Сидевшие у костра солдаты посмотрели на меня, но никто из них не сказал ни слова. Они верили мне на слово, пряча свои сомнения, так как не понимали, что происходит.

– Ждите. Я к графу.

Дорогу я знал, к тому же часть пути из деревни к поместью была довольно широкой и накатанной. Быстро проскочил темную деревню, увидев только одно пятно света, фонарь над дверью таверны. Свернув налево, спустя двадцать минут я, не сильно торопясь, добрался до поместья виконта. Меня заметил с крепостной стены часовой и негромко, но при этом довольно грубо, спросил:

– Чего надо?

– С донесением к господину графу де Ла Валь.

– Сейчас доложу.

Ждать пришлось недолго. Вскоре в воротах открылась дверь. Я спешился, взяв лошадь за повод, повел за собой. Здесь, в отличие от деревни, люди не спали. По двору бегали слуги, отблески света факелов играли на доспехах замковой стражи, откуда-то слышалась приглушенная ругань. Я стоял под охраной двух солдат, пока не пришел Колен в сопровождении одного из воинов, которых выделил графу его друг. Он вгляделся в меня, потом сказал:

– Иди за мной.

В отличие от королевского замка, поместье виконта не имело такого большого количества галерей и лестниц, поэтому мы довольно быстро оказались у дверей покоев графа, находившихся на втором этаже. Сразу отметил, что в замке виконта стоит нездоровая, нервозная обстановка, так как и здесь у двери стояло двое воинов. Слуга, уже ожидавший у двери, сразу пошел доложить о моем приходе. Граф сидел за красивым резным столом в кресле с высокой спинкой. Лицо у него было усталое и напряженное.

– Тебе есть что сказать, Ватель?

– Да, ваше сиятельство.

– Говори кратко и быстро.

Не успел я закончить свой предельно краткий доклад, как за дверями послышался шум, затем в комнату ворвался виконт. Он был зол и возбужден.

– Извините меня, что я так врываюсь, но если сведения, которые привезли вам, касаются смерти моей дочери, то я хочу услышать их здесь и сейчас. Вы мне сказали, граф, что ваши люди идут по следам злодеев. Так они схвачены?

– Они схвачены и допрошены, дорогой виконт. Те сведения, что мне только что доставили, будут весьма неприятны для вашего слуха, но вы должны мне пообещать, что возьмете себя в руки и не будете предпринимать никаких поспешных действий.

Вот только все получилось наоборот – слова графа разожгли еще больший гнев в сердце хозяина поместья. Даже при тусклом свете двух свечей, стоявших на столе, был виден огонек бешенства, светившийся в его глазах.

– Я здесь хозяин! И только мне решать…

– Виконт, прошу вас, успокойтесь! – граф вскочил на ноги. – Не совершайте непоправимой ошибки!

– Мою дочь убили! Убили! Ее больше нет! Ничего слышать не хочу! Я хочу прямо сейчас видеть этих злодеев! Я хочу знать правду!

– Виконт, сядьте, и давайте поговорим спокойно.

– Я хочу знать правду, и я буду ее знать! Если вы мне сейчас ее не скажете, то этого человека, – он ткнул в меня пальцем, – бросят в подвал и будут пытать до тех пор, пока он не расскажет мне все!

Виконт, стоявший в трех метрах от меня, уже спустя несколько секунд мог захрипеть и рухнуть на пол. Именно такое желание у меня появилось после его необдуманных слов, вот только, к сожалению, это были только мои мечты.

– Хорошо. Вы желаете знать все, извольте! Ватель, расскажи, господину виконту, всю правду, ничего не утаивая.

«Как скажете, господа, только ничего хорошего из этого не получится».

Звенели уздечки, лязгали доспехи, слышались возбужденные крики и ругань наемников. Не успел отряд построиться, как створки ворот сразу пошли в стороны. Не успела прозвучать команда выдвигаться, как перед наемниками вдруг неожиданно вышел граф в тускло блестевших под лунным светом доспехах и громко закричал:

– Слушайте все! Я граф де Ла Валь, эмиссар короля! Вы идете к своей смерти! Граф де Круа уже собрал своих людей и ждет вас! Вам об этом сказали, но вы не знаете, что у его поместья прямо сейчас стоит большой отряд жандармов из Буржа, которых я вызвал! И последнее! Вы видите воинов, которых я привел! Они ударят вам в спину, когда начнется схватка! У вас не будет ни победы, ни жизней! Вы идете на смерть! Решайте прямо сейчас, стоит ли вам умирать!

После его слов наступила тишина. Она длилась недолго, несколько секунд, но и так было понятно, что слова графа дошли до всех сердец, а особенно до наемников, которые составляли большую часть отряда. Они воевали ради звонкой монеты, а мертвым деньги не нужны. Настроение в отряде резко изменилось, но прочувствовал ли это возбужденный и взбешенный виконт, осталось непонятным, потому что в следующую секунду он скомандовал:

– За мной! Вперед!

По брусчатке зацокали копыта нескольких десятков лошадей, выносивших всадников за широко распахнутые ворота. Вот только солдаты виконта и наемники скакали без возбужденных криков, в полном молчании. Умирать из них никому не хотелось.

«Граф, молодец, сделал сильный ход», – подумал я, вскакивая в седло.

Мы поскакали вслед за отрядом виконта в полной темноте. Просто удивительно, что никто не свернул себе шею в этой бешеной скачке. Где-то спустя час мы увидели зарево огней. Командир жандармов оказался неплохим психологом, подсветив свое местоположение множеством факелов. Стоило наемникам оценить мощь отряда, как воинский дух, что еще оставался в них,