С чем вы смешиваете свои краски? 2 - Дмитрий Соловей

— Это уже конкретное оскорбление и поклёп, — ответил я. И вообще мне эта девица надоела. К тому же из дверей вышла Саша, и я решил заканчивать представление. — Гражданка Блинова, — вынул я своё удостоверение, — вы оскорбили офицера госбезопасности при свидетелях.

— А-э… — запнулась Олеся, разглядывая фото в моём удостоверении.

— Ещё что-то вякнешь обо мне или в адрес Саши, найду такие методы воздействия, что мало не покажется, — припугнул я эту хамку. Олеся бочком-бочком стала отходить в сторону, освобождая место для Саши.

— Как учёба, как успехи? — чмокнул я в щёку свою девушку и галантно открыл перед ней дверь автомобиля.

Саша усаживалась без спешки. Так, чтобы остальные одногруппники успели оценить и машину, и кавалера, и внезапный побег Блиновой.

— Поссорились с Олесей? — поинтересовался я, трогаясь с места.

— Не то слово. Она словно взбесилась, — начала жаловаться Саша. — Я только сказала, что отмечала Новый год у тебя, а она словно змея стала шипеть. О родителях я не успела ничего сказать, эта уже сама насочиняла. Проституткой меня обозвала.

— Удивляюсь, как ты столько времени считала её подругой?

— Ну… она так конкретно никогда на меня не кидалась. Напротив, защищала.

— Или отгоняла от тебя парней и девчат, которые могли стать друзьями или подругами.

— Зачем ей это? — недоумевала Саша.

— Завидовала. Это же очевидно. И действовала по принципу. Если не мне, то и никому.

— Юрка Игнатьев из нашей группы за ней одно время ухаживал, но она его отшила. Нормальный парень, но он из-под Ржева, а ей москвича подавай.

— Всё! Хватит Блинову обсуждать. Если бы не она, я бы тебя не встретил.

Этим заявлением я рассмешил Сашу. Она даже не спросила, куда мы едем. А рулил я в сторону бабушкиного дома. Мне было велено привести девушку для более подробного знакомства. И вероятно, для проверки на «профпригодность».

Собственно, так оно и получилось. Бабушкина проверка была основательной. И не только на знание английского, но и умение готовить начинку из капусты для пирожков, а после и лепка самих пирожков. Я в это время делал наброски. У бабушки в запасе всегда хранятся мои художественные принадлежности.

— Портрет маслом на каникулах напишу, — пообещал я Саше. — По поводу пирожков замечаний нет, а над произношением стоит поработать, — подвёл я итог визита к бабушке.

Ограничений по телефонным разговорам никто не ставил. В течение недели я болтал с Сашей, сколько хотел. Мог бы и в гости заехать, но не хотел отвлекать девчонку от учёбы. Только в субботу забрал её после экзамена по философии.

— Ну как, отличница? — встретил я её.

— Если бы, — вздохнула Саша. — Получила «хорошо».

— Это же не профильный предмет. Ты в школе английский будешь преподавать, — подбодрил я её, и то недолго.

— Это почему?

— Потому, что потом будешь дома с ребёнком сидеть, — потянулся за поцелуем. — Только не зови на нашу свадьбу Олесю.

— Не позову, — рассмеялась Саша.

— Вот и хорошо. Поехали кольцо выбирать.

Глава 21

Колечко мы поехали выбирать не обручальное, а то, которое дарят на помолвку. Сейчас, конечно, это не принято, но мне захотелось сделать Саше подарок. Не аляпистое с огромным рубином, а пусть и дорогое, но с бриллиантом.

— Ого, — удивилась Саша цене.

— Зато такие хабалки, как твоя Олеся, не станут завидовать. Или она разбирается в бриллиантах?

— Не думаю, — покрутила руку с кольцом моя девушка.

Украшение смотрелось более чем скромно. Тонкий ободок, маленький камешек белого цвета. Если бы не цена, то можно сказать, это скромный подарок.

— Теперь к родителям за благословением, — сообщил я.

Саша смущённо улыбнулась и прижалась щекой к моему плечу. Кажется, девушка на седьмом небе от счастья. О себе я такого сказать не мог. То есть как художник внешность Саши я оценил по всем параметрам. При классической внешности дуры-блондинки у Саши в глазах был виден интеллект. Фигурка, возможно, немного худовата, но это, как говорится, «на вырост».

Определённый расчёт с моей стороны присутствовал. Как аналитик, я просчитал все плюсы и минусы данной ситуации. Собственно, тех минусов, считай, не было, разве что знакомы мы были мало времени, но и свадьбу я планировал устроить в конце марта. Чтобы было уже нехолодно и хватило времени на знакомство друг с другом. Жениться мне давно требовалось. Майор, лучший аналитик, член партии и вдруг холостой. Непорядок. А тут такая удача сама в руки пришла. Девушка «домашняя», образованная, её будущая специальность мне созвучна, к тому же бабушка одобрила навыки домоводства (шьёт и вкусно готовит).

В этот раз Семёновы приняли меня хорошо. Снова завели на кухню и собрались потчевать по всем правилам. Глава семьи бутылочку беленькой из холодильника вынул, но я отказался, сославшись на то, что за рулём.

— Чего сразу не сказал о своей службе? — взялся выспрашивать глава семейства.

— Зато вы не можете упрекнуть Сашу, что она повелась на мой автомобиль и папу-дипломата.

— На морду она твою повелась, — буркнул Сергей Николаевич.

— Папа! — возмутилась Саша в ответ.

— Скажи, что не так, — опрокинул в себя стопарик водки родитель.

— Серёжа, — укоризненно покачала головой будущая тёща.

— А я чего? Нервы вы мне совсем расшатали.

В целом посиделки прошли нормально. Сергей Николаевич посчитал, что одного извинения с его стороны достаточно, и больше к этой теме не возвращался. Его больше моё творчество интересовало и оплата за него. Не сразу я сообразил, что мои слова неверно истолковали. Семёновы решили, что я хоть и комитетчик, но занимаюсь тем, что рисую начальников КГБ. Пояснять и рассказывать о своей работе я не собирался, да и не положено просвещать посторонних. Потому не стал разубеждать семейство.

Сашке, похоже, было без разницы, чем именно я на жизнь зарабатываю. Но её «уроки» я проконтролировал. Под бдительным надзором Надежды Ивановны (она что-то шила, сидя в уголке), я погонял немного Сашу по билетам «Научного коммунизма» и уехал домой почти в десять вечера.

— Братишка, молоток! — искренне порадовался за меня Илья, когда