Экстрасенс в СССР 3 - Александр Яманов
В сельский клуб я явился только после четырёх. Несмотря на свободный график, позволяющий такие вольности, директор воспользовался возможностью спросить, где я пропадал весь день. Настроение было ни к чёрту, тем более недавно меня догнал небольшой откат после пользования даром. Из-за этого хотелось ответить Паше грубо.
Немного охолонув, я ограничился демонстративным открытием железной двери главной кладовой клуба. Каждый раз это вызывало у Рязанцева настоящее извержение мозговой активности. И на этот раз оно позволило кое-что узнать о судьбе музыкальных инструментов. Сумбур в мыслях Паши опять не дал составить полную картину. Но удалось считать, что он периодически пытается вернуть отданное кому-то музыкальное оборудование. Выходит, не всё потеряно. Сама ситуация парня гложет, и, как мне кажется, попал он в неё не по своей вине.
Проверив ещё раз бутафорские музыкальные инструменты, я обнаружил, что Паша их недавно перебирал. Наверняка пытался узнать, понял ли я, что это подделки. Кроме этого, на складе обнаружилась потёртая советская электрогитара «Тоника», которой Паша заменил самую явную подделку. Выходит, Рязанцев боится быть пойманным и пытается возместить ущерб. Если честно, я не желал парню зла, тем более пертурбации в коллективе обязательно ударят по новому завхозу. А худрук Петухов как мой непосредственный руководитель — точно не вариант.
В пятницу киномеханик Володя привёз на служебном «Москвиче» свежую комедию «Тот самый Мюнхгаузен». Я снова ему помог разгрузиться и приготовить оборудование к сеансу. После этого купил билеты и завёл в зал Ольгу с Наташей. Затем принялся следить, как мелкие махинаторы зарабатывают левые пятнадцать рублей на троих.
Сегодня по случаю пятницы и премьеры на шестичасовом сеансе состоялся двойной аншлаг. Сельские жители плотно сидели в проходах, ожидая начала новой кинокомедии. Детей держали на коленях. Куча народа устроились на специально принесённых из дома табуретках и стульях. Присутствовало много молодёжи, явно собравшейся, чтобы потом остаться на танцы. Паша не удивил: после того как фильм начался, запустил в зал кучу безбилетников.
Среди них я заметил пару парней из студенческого стройотряда. В отличие от грузинских шабашников, студенты московского вуза влились в сельскую жизнь быстро. Большинство парней и девчонок в брезентовых курточках с яркими нашивками и значками сейчас находились в зале и смотрели кино. Что неудивительно: многие приехали учиться в столицу из таких же маленьких городков и сёл, как наше захолустье.
Насколько я слышал, без тёрок с местными у стройотрядовцев не обходилось, но до драк дело если и доходило, то только один на один. Участковый Панфилов был на страже и быстро всё решал без тяжёлых последствий. В селе кипела обычная жизнь молодых людей, ещё не обременённых семьями и обязанностями.
Пашу я пару раз видел с парнями из стройотряда. Оно и понятно: директор тянется к приезжим, разбирающимся в современной западной музыке, а студенты — к нему как к человеку, отвечающему за досуг. Ну не может Рязанцев пройти мимо возможности завести новых друзей.
Фильм я раньше смотрел и знал наизусть, из-за этого в зале сидеть не захотел. Выйдя из клуба, заметил знакомый грузовик, из кабины которого появился Степан.
— Выходит, на кино я, как обычно, опоздал. Думал, этого Мюнхгаузена в семь крутить начнут, — произнёс водитель, протягивая руку для приветствия. — Лёха, ты Наталью мою не видел?
— Я ей с Ольгой билеты купил и на лучшие места усадил, — успокаиваю Степана.
— Народу много внутри?
— Битком в два слоя.
— Комедия уже час идёт, так что внутрь не полезу, здесь подожду. Наталья с твоей Ольгой наверняка на танцы захотят остаться, — предположил водитель и закурил.
Забавно, как быстро в селе меня связали с дочкой председателя.
— Стёпа, а что у нас в колхозе нового? — решаю малость поболтать, нам ведь стоять ещё минут тридцать.
— Как говорит Жуков, всё идёт по плану, но с осложнениями. Коровы доятся, урожай собирается, фураж заготавливается, областное начальство, как обычно, напрягается. Короче, всё как у нормальных советских людей.
Прочитав в мыслях Степана упоминание товарища Егорова, я невольно напрягся.
— И какой именно областной начальник председателя напрягает?
— Тот же, что и в прошлый раз, обкомовец с проседью в волосах. Тот, что два месяца назад учил нас жить и правильно ремонтировать технику, — хохотнул водитель.
— Неужели товарищ Егоров снова нарисовался?
Степан утвердительно кивнул.
— После его сегодняшнего звонка в контору Фёдор Михалыч весь не свой ходит. Я в сельсовете слышал, что товарищ Егоров выписался из больницы после операции, вернулся в Смоленск и теперь проверками нас замучит. Зато парторг Романов сразу оживился. Месяца полтора с больничного не вылезал, а сегодня снова в сельсовет явился со свежей информацией. Мы от него узнали, что Егоров в обкоме взял на себя обязательство курировать ремонт дороги и укладку асфальта до нашего села.
Эта новость не обрадовала. Вот значит, как получается. Тот, кто десять лет не позволял даже латать дорогу, мотивируя это отсутствием денег, вдруг возглавил стройку, когда дело сдвинулось с мёртвой точки. Боюсь, с таким куратором всё максимально затянется и, возможно, никогда не закончится. Похоже, придётся снова вмешаться.
Раздумывая о новых вводных, я заметил, как к клубу заворачивает знакомый «жигулёнок» красного цвета. Увидев Волкову, я чуть вслух не чертыхнулся. Сразу вспомнил, как ради соблюдения приличий пригласил её на танцы. А после сегодняшнего визита в гостиницу «Чайка» решил, что акула пера занята в Смоленске. Думал, не явится, а она взяла да приехала.
Подойдя к нам, Анастасия поздоровалась и закурила. Я сразу уловил загадочность, появившуюся в направленном на меня взгляде. Журналистку явно распирало желание о чём-то со мной срочно переговорить.
Стёпа воспринял поведение Анастасии по-другому. В его сознании промелькнули мысли о конкурентной борьбе за моё сердце. Несмотря на простоватый вид, водитель понял, что нам с Анастасией надо поговорить наедине. После нескольких дежурных фраз он отошёл к грузовику, сославшись на необходимость проверить зажигание.
— Настя, я сегодня заезжал к тебе после обеда.
— Мне сообщили. О чём хотел поговорить?
— Это уже неактуально.
— Лёша, у меня как раз всё актуально, — внезапно выдала Волкова, вытащив из своей объёмной сумки свёрнутый листок, и протянула мне. — Вот почитай.
Развернув бумагу, я увидел выписку из личного дела главврача областной клиники для душевнобольных. Сказать, что информация меня удивила, значит,
