Константин Калбанов - Кукловод. Князь

Н-да. Впрочем, вместе их лучше не сажать. Нет, парни вроде бы с пониманием и службу знают, но дорога скучна и монотонна, глядишь, разговорились бы так, что и головой вертеть забыли бы. Опять же в такой дороге сидеть за баранкой куда лучше, чем трясти ливером, будучи в роли пассажира. Одно радует, скоро это закончится, они уже по улицам Ессентукской пустоши едут.

Да, пока, пустоши. Но, судя по удачной поездке, продлится это не так долго. Кропоткинский и ростовский князья восприняли известие об открытии медицинского университета с оптимизмом. Мало того, в отличие от ставропольского, тут же предложили поучаствовать финансово. От них-то местечко получается далече, потому возможность силового варианта даже не рассматривали.

А так, тишком да бочком, прибрать к рукам, используя финансовые рычаги. Но, как говорится, ищите дурака за четыре пятака. Впрочем, они и возможности обучения медицине своих подданных были рады. Что ни говори, но вопрос здравоохранения в княжествах стоял остро. Нехватка ощущалась во всем: и в специалистах, и в лекарствах…

– Справа!

Они как раз проезжали извилистый участок с перекрестком в районе старой мельницы, когда раздался тревожный выкрик Рыси. Бекеш бросил взгляд в сторону улицы Октябрьской и успел заметить, что примерно метрах в ста от перекрестка движется «УАЗ» с открытым верхом. И это несмотря на непогоду. Плевать, что имеет место только морось, это вовсе не повод снимать тент. И народ в машине сидит вооруженный.

Так уж сложились местные реалии, что при встрече посторонних на дикой территории вообще нет доверия друг к другу. Поэтому Бекеш не стал раздумывать, кто бы это мог быть и что они здесь делают. На сегодняшний день он и его соратники не готовы встречать гостей. Вот окрепнут, встанут на ноги, тогда другое дело. А пока любой непрошеный гость хуже татарина. То есть под нож, и никаких сомнений.

Выскочив из поля зрения незнакомцев и проскочив еще метров пятьдесят, Бекеш ударил по тормозам. Бежать нет никакого смысла. Дальше метров двести настолько разбитой дороги, что разогнаться не получится. Если только, рискуя опрокинуться или оторвать подвеску. А вот перед «УАЗом», напротив, довольно ровный участок асфальта, они вполне могут себе позволить увеличить скорость и выскочить из-за поворота еще до того, как «шишига» свернет на мост и уйдет из поля видимости.

Если намерения у них недобрые, то они получат прекрасную возможность расстрелять машину вдогонку. Причем с хорошими шансами положить кучу народу. Ну нет брони на «шишиге», нельзя ее перегружать, иначе пользы будет ноль целых, хрен десятых. И без того грузоподъемность оставляет желать лучшего.

– К машине!

Выкрикнув это, Бекеш подхватил автомат и, вывалившись наружу, тут же метнулся через дорогу. Несколько стремительных широких шагов, и он упал за бордюрный камень старой остановки. Как это ни странно, но столб в красно-желтую полоску сохранился, разве только испещренный язвами ржавчины и лишившийся таблички.

Мгновение, и приклад с сухим щелчком встал на стопор в разложенном положении. Еще один щелчок, и предохранитель снят. Ревет двигатель пока еще невидимого «УАЗа». Рысь занял позицию, приткнувшись за какой-то холмик, покрытый сплошным ковром желтой травы. Беркут увалился под колесо «шишиги», резво передернув лязгнувший затвор «дегтярева». Народ горохом сыпется на асфальт и, понукаемый нерастерявшейся Верзилиной, бежит на газон, поросший высоким бурьяном.

– Катя, не мелькай!

Девушка только отмахнулась, прокричав ругательство в ухо молодому плотнику, едва не пинком отправляя его в укрытие. Ох, и забористо у нее выходит! Из такой настоящий лидер получится. Вон какая! Не растерялась, сохранила присутствие духа и думает о подчиненных.

А вот долго восхищаться девушкой Бекешу не пришлось. Только мазнул взглядом, выкрикнул предупреждение и тут же отвернулся. «УАЗ» как раз появился из-за угла. Причем резво так появился. Вот так сразу и не поймешь, дурак у них старший или просто уверен, что от него все должны бегать или умирать от страха при виде его крутости.

Впрочем, Бекеш не собирался в этом разбираться. Как не собирался и выяснять, кого это занесла сюда нелегкая. Поймав в прицел лобовое стекло, он просто нажал на спусковой крючок. Автомат привычно лягнул в плечо, на стволе заплясал огонек, и поток свинца устремился к своей цели. На лобовом стекле сразу же появилась неровная строчка из белесых точек.

И тут же гулко и весомо отозвался пулемет «дегтярева», мгновенно превратив лобовое стекло в решето молочно-белого цвета. Одновременно с выстрелами пулемета из машины начали выскакивать вооруженные люди. Наконец, подал свой голос автомат Рыси. Экономная очередь на три патрона, и один из незнакомцев, переломившись пополам, сунулся головой в бурьян, оставляя видимыми только ноги.

В последнего стреляли уже все втроем. Но парень оказался либо очень ловким, либо чрезвычайно везучим. Пули взбивали асфальтную крошку под ногами. Пролетали впритирку, выбивая пыльные облачка на стене противоположного дома и кирпичного забора. Рвали полы развевающейся черкески. Но сам беглец был словно заговоренный. Еще мгновение, и он уйдет за угол дома. Но именно в этот момент чья-то очередь перебила ему ноги, и он с диким криком повалился на землю, выронив из рук карабин.

Едва это произошло, как Рысь сорвался с места и стремглав бросился к раненому. Молодец парень, соображает. Пленный совсем даже не помешает. Подумать только, первый реальный бой, и такой хладнокровный расчет.

– А-а, ш-шайта-ан!!!

– Рысь, отставить!!!

Бекеш даже дал короткую очередь в воздух, чтобы привлечь внимание разбушевавшегося горца. Кой черт хладнокровие, когда ему попросту башню снесло. И ведь не слышит ни черта. В смысле, слов не понимает. Со слухом у него как раз все в порядке. Во всяком случае, на автоматную очередь отреагировал как надо, уйдя в перекат назад через левое плечо и тут же сунувшись влево в высокий бурьян. Отличная реакция.

– Беркут, прикрывай!

И бегом, пока этот воин гор не пришел в себя. Иначе он сейчас нарисует «секир башка», не сотрешь. Шейранов, конечно, хирург знатный и умалять свои достоинства не собирается, но мертвых оживлять ему до сих пор как-то не удавалось.

– Фу-ух. Успел. Вылезай, горе-вояка. Проверь тех, что в машине, и того, что в траве. Если что, добивай, не стесняйся, – уже заламывая руки раненому, отдал приказ Бекеш.

Рысь поднялся из травы с явно обиженным видом. Ну, словно игрушку у ребенка отобрали. А то как же, он должен был зарезать врага, как барана, а вместо этого… Весь его вид буквально кричал – так нечестно! Ну да ничего, перетопчется. Потакать всем капризам своих соратников Бекеш не собирался. И за эту выходку он еще спросит.

Связав руки, посмотрел на ноги. Одна пуля пробила бедро и, похоже, не задела кость. Вторая как раз ударила в голень. Вероятно, парень наступил на раненую ногу, и перебитая зазубренная кость частично проклюнулась наружу. Плохо дело. Ну да, сейчас не до качественной медицинской помощи. Жгут на одну ногу. Забрать второй жгут у Рыси, уже закончившего осматривать остальных нападавших. Перетянуть вторую ногу.

– Что там остальные?

– Трупы, – угрюмо буркнул Рысь.

– Ясно. Беркут, помоги Рыси! – окинув взглядом окутавшийся паром «УАЗ», крикнул Бекеш. – Соберите все, что есть ценного, – и в «шишигу». Только бегом.

Сам взвалил раненого себе на плечо и направился к грузовику. Пока бежал, подал знак Катерине грузить пассажиров в машину. Нечего тут прохлаждаться. Одни были эти ухари или нет, не имеет значения. Сейчас главное – проскочить за мост, а там уже можно будет перевести дыхание.

На мгновение кольнуло сомнение. Может, они расстреляли безвинных? Нет, понятно, что времена – не сахар, и любой встречный может… Но нельзя же вот так во всех видеть врагов. Впрочем, мысль эта только мелькнула и тут же пропала. Если эти не задумали ничего плохого, то к чему было сразу гнаться за их грузовиком? Так что все нормально.

Загнав в салон пассажиров и Катерину, Бекеш забросил туда же пленника, словно куль с картошкой, и взглянул в сторону «УАЗа». Парни уже бежали к нему, неся в руках два карабина Мосина, «СВТ» и «АКМ». Ну еще у каждого в руках были ремни с подсумками, четыре вещмешка и три цинка с патронами. Изрядно нагрузились, чего уж там. Хорошо, хоть нести недалеко.

– Беркут, за руль. Остановишься за мостом, напротив стелы.

– Ясно.

– Рысь, в салон.

– Есть.

Ага. Отпустило вроде паренька. Сообразил, что едва не наворотил дел. Вот и ладушки. Пропустил его в салон – и сам следом. «Шишига» рыкнула движком, скрежетнула включаемой передачей (нервничает Беркут, нервничает) и наконец сорвалась с места. Подпрыгнула пару раз на ухабах и сбавила ход, завиляв, в поисках более или менее ровной дороги.

Вот теперь пора. Бекеш осмотрел раненого. Н-да. Того сейчас корячит от боли. Обычный экспресс-допрос в полевых условиях тут не поможет. А если просто спросить?