Барин 3. Наследник из Бомбея - Роман Соловьев

class="p1">— Это верно. Но на самом деле он искренне тебя любит и считает своим близким другом…

Еще парочку таких друзей и врагов не нужно…

Мэри допила чай, мы еще немного поболтали и вскоре она уехала. Как только я добрался до кровати и голова коснулась подушки, я сразу же провалился в глубокий сон.

Утром я первым делом поехал к Разумовскому. Когда вошел в комнату, он сидел в комнате, пил чай и делал какие-то записи в тетради.

— Что, пишите на меня донос? — улыбнулся я.

Разумовский показал эскиз:

— Составляю карту улиц Портсмута. Может в последующем пригодится. Кстати я нашел высокую точку, откуда просматривается почти половина Военно-Морской базы. Но нужен хороший морской бинокль.

— Вы время зря не теряли. Что с квартирой инженера?

— Позавчера нанесли визит. Кстати, я сразу отмел этого простачка Сэма. Силы ему не занимать, но если его возьмут за жабры — он сразу потечет. Поверьте, я таких людей насквозь вижу. Санни — совершенно другой. Он не только безумно любит деньги, у него есть стержень… А вообще Санни рисковый парень, готов ограбить даже Ватикан…

Интересно, Разумовский, если ты видишь людей насквозь, как же не раскусил меня полтора года назад…

— В общем, как я и ожидал, в квартире ничего не было. Ни проектов, ни схем, ни записи о кораблях… но все же я нашел упоминание о некоем профессоре немецкого происхождения Герхарде Зинберге. Он разрабатывает мощные паровые двигатели и броню для фрегатов. Живет этот Зинберг в Лондоне и охраняют его почти как английскую королеву.

— Значит наверняка и вправду важная птица… В квартире инженера сильно наследили?

— К сожалению, повредили замок. Чтобы Санни не заподозрил, что на самом деле мне нужны были бумаги, прихватили пару золотых цацек.

— Хорошо. Пока сидите тихо, присматривайтесь. Особо не крутитесь рядом с Военно-Морской базой, чтобы не вызвать подозрение.

— Что насчет форватера?

— Куратор не разрешил минировать форватер. Да и мин все равно пока нет.

— Понятно…– вздохнул Разумовский.– Значит сидим тихо как мышки…

Несколько дней Портсмут гудел, после ареста Майкла Броуди и его шайки. Письма из шкафа покойного виконта Гаррисона Мельбурна вызвали эффект разорвавшейся бомбы. За последующие дни арестовали еще несколько чиновников и даже пару человек из Парламента, принимавших участие в международной работорговле. Об этой сенсации в «Таймс» даже написали большую обличительную статью.

В пятницу утром на судоверфь приехал начальник Портсмутской полиции, полковник Алистер Кэрри. Я как раз следил за строительством караульной вышки у склада. Увидев полковника, я сам направился к нему на встречу. Шеф полиции выглядел довольным. Мы обменялись рукопожатием и полковник с улыбкой произнес:

— Мистер Мельбурн, это дело вызвало небывало большой резонанс. Удалось вскрыть опасный гнойник работорговли не только в Портсмуте, были замешаны влиятельные люди даже в Лондоне…

— Надеюсь Майкла Броуди посадят надолго?

— Безусловно. Ему грозит пожизненный срок. Жаль только, что в этих преступлениях был замешен и ваш покойный дедушка. После случившегося в Парламенте предлагают усилить государственный контроль над перемещением торговых фрегатов.

— Закон есть закон. Только так мы сумеем построить сильное и демократическое государство.

— Кстати, теперь маленькая империя Броуди осталась без хозяина. Все эти рестораны, бордели, игорные дома… не хотите взять это хозяйство под свое крыло?

— Меня это абсолютно не интересует, полковник Кэрри. Думаю вы сами найдете, кому за этим присматривать…

— И все же вы удивительный человек. Совершенно не гонитесь за лишними деньгами.

— Деньги, не заработанные своим трудом — не приносят счастья.

Полковник рассмеялся:

— Я очень рад, что такой человек как вы — живет в Портсмуте. Всего доброго, мистер Мельбурн…

Как только полковник уехал, ко мне подбежал молодой охранник и показал на черную карету у входа на судоверфь. По моему приказу уже построили контрольно-пропускной пункт и поставили шлагбаум.

— Мистер Мельбурн, вас просили позвать…

В карете сидел слегка напряженный куратор Редклиф. Он приветливо улыбнулся:

— Добрый день, мистер Мельбурн. Зачем я срочно вам понадобился?

— Есть информация, что готовится покушение на русского посла, графа Орлова. Сепаратные переговоры пройдут примерно через две недели в Руане. Но главное — именно меня подрядили ликвидировать русского посла.

— Кто подрядил?

— Британская Королевская служба, скорее всего по просьбе премьер-министра.

— Думаю это блеф. Обычная проверка. В настоящее время Наполеон III точно не пойдет на сепаратные переговоры. К счастью, он не такой решительный, как его прославленный дедушка, но и шептаться за спиной англичан точно не будет. В данное время французы верные союзники англичан и уже пообещали выделить на Восточную войну сорок военных фрегатов и 60-тысячную армию. Начинается большая экспансия.

— Значит меня просто проверяли?

— Конечно. Можете немного расслабится. Но это не значит, что вам не поручат другое задание. Это у британцев называется мягкая форма вербовки. Кстати, мистер Мельбурн, в Центре не очень вами довольны.

— Я действительно мало узнал за эти полтора месяца…

— Нет. Информация, которую вы предоставили, как раз очень поможет. Теперь мы приблизительно знаем потенциал британского флота. Дело в другом, вы слишком публичны. За две недели уже два раза засветились в прессе. Я понимаю, что спасать заложников на острове Биоко было необходимостью, но зачем нужно было это громкое дело с Майклом Броуди?

— Он подонок и работорговец. К тому же похищал незаконнорожденную дочь Гаррисона Мельбурна, которая на моем попечительстве.

— Еще раз предупреждаю — никаких чувств. Если этот Броуди пересек вам дорогу — устранили бы его по-тихому, можно было поручить это дело вашему беглому майору Разумовскому. Кстати, как он?

— Работает. Думаю с Разумовского точно будет толк. Мы вышли на некого профессора Генриха Зиберга из Лондона. Считаю именно он проектирует современные корабли.

— Возможно придется поработать с этим Зибергом…– задумался куратор.– Скажите, вы общались наедине с премьер-министром?

— Да. Он категорически против нашей помолвки с Элизабет. У старика в прошлом были трения с Гаррисоном Мельбурном, да и вообще он недолюбливает всю нашу «семейку»…возможно отношения с девушкой придется порвать.

— Ни в коем случае, Джеймс. Элизабет — это наша зацепка. Граф Абердин-Гамильтон любит племянницу, а она любит вас. Вода камень точит, рано или поздно он сломается. Продолжайте свои отношения с Элизабет. А поскольку на вас уже выходили британские спецслужбы, вскоре вас точно вовлекут в дело…

— В дело?

Куратор внимательно взглянул на меня:

— Вы сами повысили ставки. Что же, мистер Мельбурн, добро