Кондотьер Сухоруков - Василий Кленин

еще только продирали глаза, но где-то уже носились люди, кто-то кричал, мелькали огни факелов.

— Напали на нас! Бегом!

— Кто?!

— Да откуда я знаю? На том берегу резня, скоро и сюда заявятся.

— А что же стража? Где хоанауини?

— Поди первыми отсюда улепетывают! Их всего-то двадцатка была, а там — толпа! Да бежим уже, потом вопросы задавать будешь.

Хадани схватился за мешочек с остатками муки, но застыл на месте.

— Подожди, Балаал.

Там, за рекой ярко полыхали костры, и их на фоне мелькали десятки темных фигур. Воины. Они разрушали лагерь. Кто-то ломал сливной створ. А по воде, в полной темноте раздавался шумный плеск.

— Они уже плывут к нам! — заголосил Балаал. — Да, бежим же!

В их лагере тоже разгорелся костер. Хадани видел, как начальник каменоломни кидает сучья в кострище. В свободной его руке покачивалась тяжелая тумбажная кирка.

Враг влетел в круг света внезапно — Хадани аж вздрогнул от испуга. Весь в ярких боевых одеяниях, мокрый нападавший издал душераздирающий боевой клич и кинулся вперед. Беэнаса-чужак мощно замахнулся киркой и ударил, словно, хотел расколоть скалу. Но гибкий враг легко увернулся, рассмеялся и ткнул в начальника копьем. Хадани сам не понял, как его руки схватили из ближайшей кучи большой камень и метнули прямо в голову врагу. Тот не видел стоявшего в темноте работника, костер слепил его — так что снаряд легко достиг цели. Воин рухнул, как подкошенный.

— Да побежали уже! — Балаал уже бился в истерике.

— Помоги мне, — решительно приказал Хадани.

Вместе они подхватили под руки раненого начальника. В последний миг свободной рукой Хадани поднял тумбажную кирку — и оба работника с раненым растворились в спасительной темноте.

Глава 21. Вести с юга

Вот и месяц прошел. Точнее говоря, местный 20-дневный месяц. Вот-вот начнется зима. Но это в моем понимании, которое осталось из прошлой жизни и всё никак до конца не выветрится. Я до сих пор мыслю 30-дневными месяцами и четырьмя временами года. А здесь такого нет. Есть просто время, когда дожди и парит, а есть — когда сухо и не так душно. Ну, и между ними два небольших переходных периода климатической гармонии. В моих «родных» четланских горах зимой хоть какое-то похолодание было. А тут и такого нет.

Весь этот месяц мы работали, как проклятые, и сейчас я с гордостью смотрю на целую «промзону», которая расстраивается вдоль предгорий. Она далеко не закончена, но ряды печей уже коптят небо. Всюду горы глины, кирпичей, леса, камня и прочих ресурсов, которые мы запасаем, как не в себя. Пока никак не удается составить разумный план, чтобы всё необходимое имелось в достатке. Вечно чего-то не хватает — и приходится быстро перебрасывать людей с одного фронта работ на другой. Приятно, когда рабочие руки в избытке. Это резко повышает мобильность нашего хозяйства.

В любом случае, уже делается стекло и плавится тумбага. Драгоценный металл пока весь идет на инструменты. А оружие нужно, так как трое моих генералов активно наращивают свои воинства за счет местных добровольцев. Простолюдины-пеникече, когда узнали, что можно преодолеть незыблемую кастовость, охотно устремились на военную службу. Здесь воин — это обязательно представитель благородного рода. Была, правда, еще группа героев: простые ополченцы, которым удалось совершить на войне подвиг и поднять свой статус. Но таких еще меньше, чем хоана.

В общем, генералы настоятельно намекали, что нужно оружие. Пока: увы, но, думаю, еще через дней двадцать мы в разы увеличим объемы производства тумбаги. Если на каждого бойца требуется от трех до пяти килограммов металла, то мне в короткий срок потребуется где-то пять тонн бесценного ресурса! А ведь Косийоэса мечтает, что я и его воинов вооружу…

Ничего! Осилим. Новая система управления еще не введена в полном объеме, но уже мобилизует общество на продуктивный труд! Металлурги из излишков меди активно льют «клювики», склады заполняются едой и ширпотребом. Скоро можно будет запустить «Лестницу Змея». «Семь Ступеней» вовлекут самых активных сапотеков, которые захотят сделать себе карьеру, они начнут трудиться наравне с четланами…

Хватило бы только сырья! Большую часть я стараюсь добывать самостоятельно, но без торговли никак не обойтись. Первый караван из шести лодок уже ушел в Саачилу-Йоо. Сейчас главная задача — скупка золота. За него я волновался больше всего. С одной стороны, я еще из прошлой жизни хорошо помню кучу историй про горы золота в древних индейских городах, но сам с подобным не сталкивался. Наоборот, золота даже у местных элит немного. И я сомневался, что смогу где-то начать добычу драгметалла в промышленных масштабах…

— Вести с юга, владыка!

— Ну, наконец-то! — оживился я. — Смычка плотины? Сделали?

Добчинский, ворвавшийся в мои размышления, немного смутился.

— Кажется, да… Но новости другие. На плотину напали.

— Чего?

— Ночью налетела целая толпа. Убивали рабочих, разнесли слив, начали раскидывать камни с самой плотины. Когда Белое воинство об этом узнало, лучники тут же бросились на помощь. Враг не ожидал, стрелами ему нанесли большой урон и отогнали. Сейчас белые удерживают позицию, но работы там не ведутся.

— Миуатлан?

— Больше некому. Аскуатла сообщает, что врагов было гораздо больше сотни, пришли с юга и туда же убежали. По виду — только знатные хоана.

«Значит, их не устраивает то, что мы Атояк перекрыли, — усмехнулся я про себя. — По сути, для их жизни перекрытие реки почти ничего не меняет. Атояк проходит по самому краю долины, там не больше пары деревень, остальные миуатланцы живут выше, на своих ручьях… Может, они в этом увидели какую-нибудь враждебную магию?».

— Ну, ничего, — сказал я вслух, улыбаясь. — Всё, что не происходит — к лучшему. Рановато, но нам всё равно надо проверить боеспособность новых воинств. Да и верность местных князей тоже.

И из Базы понеслись гонцы. Муравью я велел оставаться у плотины и разведывать обстановку. А вот остальным… Судя по всему, миуатланский коки решил разрушить плотину бандитским налетом своей дружины. Но получил по сусалам, и сейчас наверняка собирает силы для решающего удара. А это значит: объезжает мелких хоана с требованием выставить свои войска. А, насколько я знал, уровень единства в Миуатлане не намного выше, чем в Эхутле… До нашего появления, конечно. Так что, думаю, у меня есть время собрать силы, не торопясь.

Генералам я велел явиться в Базу в полном составе, оставив в своих острожках по одной двадцатке. Каждый коки должен был привести по сотне хорошо вооруженных воинов, каждый хоана — по двадцать. Всех мелких владетелей я решил объединить в сводный корпус под командованием Дшанластоо. Он только вернулся с севера и