Записки сумасшедшего анимешника, который переехал в Японию, стал мастером боевых искусств и решил превратить реальную жизнь в аниме - Горелик

повалил белый дым, священники в красном схватили её за руку, нарядили в тогу, надели шапку, вывалили на балкон, с тросточкой в руках, и заявили, что теперь она — новый Папа Римский.

Кажется, был у неё в детстве такой кошмар… Или это было неделю назад? Неважно…

— У меня все песни с музыкой, — мелодично рассмеялась девушка, которая сидела перед ней на бежевом кресле в просторном салоне лимузина. Между ними находился небольшой и низкий стеклянный столик. Кизуна, в своём белом платье в красную горошину, наклонилась, достала из морозильной камеры бутылку, поставила. Затем — два высоких бокала.

— Мне… По… поменьше… — прохрипела Мария, наблюдая затем, как сперва один, а затем второй из них наполняет пенистая жидкость, и чувствуя, как в нос ей ударяет запах дорогого шампанского.

— Правда?.. Упс! — наигранно сказала девушка и непоколебимой рукой наполнила оба бокала до краёв. — Ничего. Я допью за тебя, если ты не возражаешь.

— Н-нет, ни капли, — дрожащим голосом сказала Мария, обеими руками принимая высокий бокал и нервно разглядывая его содержимое.

— Динь! — сказала Кизуна и с улыбкой пригубила собственный бокал. Мария последовала её примеру и, пока пенистая жидкость наполняла её горло, взрываясь в ней фейерверками вкуса и аромата, в её голове замелькали воспоминания.

Что происходит?

Как она сюда попала?

Ответить на этот вопрос довольно проблематично, ибо к нему привела совершенно безумная череда событий, начиная с этого злополучного сообщения…

Отправитель: «Сенсей Коу»

«Попробуй её совратить».

Мария тогда чуть не поперхнулась мороженным. А секунду спустя она уже стояла перед девушкой в розовом платье и неуверенно заламывала руки.

— Привет… Ты подружка того парня, так? Коу? И как тебя зовут?

— М-мария, — ответила она, словно маленькая девочка, шепчущая имя, возраст и подарок, который она хочет, сидя на коленях Санта-Клауса.

— Красивое имя, — кивнула Кизуна и написала автограф на белой карточке. Затем приподнялась и вытянула руки:

— Вот.

Мария вздохнула… А затем, принимая карточку, как бы ненароком, случайно, нежно провела рукой по запястью девушки. И в ту же секунду её пронзил ток, вспыхнула молния, и ей показывалось, что на неё уставилась ядовитая змея.

Мария оцепенела.

В свою очередь Кизуна медленно присела на место, поправляя платье, и спросила:

— Так этот Коу… Твой парень?

— Н-нет… У меня нет парня.

— Совсем? — наигранно удивилась девушка.

Мария кивнула.

— Скажи, Мария… тян… А ты не хочешь составить мне компанию? Покататься?

…И вот они тут, думает Мария, опуская бокал. Катаются.

— И сколько тебе лет, Мария? — спросила Кизуна.

— Шестнадцать.

— Мне тоже! Какое совпадение, — улыбнулась девушка.

— Д-действительно.

— Ох… Но ведь нам же нельзя пить… — словно впервые понимая это сказала Кизуна. — Ничего. Пускай это будет наш маленький секрет…

Мария быстро кивнула.

— И всё-таки, этот Коу… Кто он тебе?

— Эм… Брат! — вдруг сказала Мария. Сама не зная почему.

— Брат? Правда?

— Д-да.

— Как интересно. А вот у меня нет ни братьев, ни сестёр… И даже родители мои живут далеко-далеко… — печально вдохнула Кизуна, и Мария уже готова была пропитаться к ней сочувствием, когда девушка вдруг перевела тему и заметила: — Поэтому в данный момент у меня дома никогошеньки нет.

Мария дрожащей рукой снова схватила бокал, который таинственным образом опять оказался полным.

— Ничего. Ты ведь составишь мне компанию, правда?

— Правда! — нервно ответила Мария, и Кизуна рассмеялась звонким, как музыкальный колокольчик, смехом. — За нас! — сказала она, приподнимая бокал.

Мария тоже пригубила свой напиток, твёрдо намереваясь сделать не более одного глотка… А потом заметила, как девушка перед ней словно совершенно случайно расставила ноги, и выпила до дна…

…

…

…

20:19

Именно в это время чёрный лимузин остановился на подземной парковке и, в сопровождение охранника, из него вышли за руку две девушки. Одна из них, в белом платье, была весёлой и активной; другая самую малость покачивалась и громко стучала своими чёрными туфельками о бетон. Вместе они прошли до лифта и стали подниматься на тридцатый этаж.

Я наблюдал.

Причём довольно продолжительное время, начиная с концерта и до этого самого момента. И ещё немного раньше, когда старался подробно изучить расписание «Кузины Кей».

Открытие, которое я сделал в комнате в отеле, действительно оказало на меня потрясающий эффект. Настолько, что долгое время я после этого размышлял, не отказаться ли мне от моего плана сделать «её» героиней? Ведь это и вправду было… Немыслимо.

Я думал, что удивить меня невозможно… Но затем я открыл дверь, осмотрелся, увидел стену и в ужасе оторопел.

Там был…

Постер группы Nickelback!

Ужас.

Как вообще можно быть фанатом группы, у которой две с половиной грёбаные песни⁈

Ну и кстати да, «фанатом». Другие предметы интерьера косвенно говорили о том, что Кей на самом деле — парень. В некотором смысле. Считать его таковым или нет целиком зависит от вашей политической ориентации.

Дело даже не в этом, но в том, насколько это рушит совершенно все мои планы. Ведь я уже было поверил, что передо мной — образцовый айдол. Я уже начинал придумывать её собственную сюжетную линию, начиная с атаки во время концерта, когда неожиданно выключиться свет, и у нас будет наполовину хоррор, во время которого героям нужно будет защищать невинную девушку, и заканчивая личностной драмой, когда главный герой, обыкновенный японский школьник, впервые возьмёт её на самое обыкновенное свидание (разумеется дружеское), на котором она, замаскированная, расскажет ему, как это сложно — находится в центре внимания, под пристальным взором папарацци, а затем, по завершению свидания поблагодарит его за то, что впервые за долгое время смогла почувствовать себя обыкновенной девушкой, но в то же время скажет, что всё это не для неё, ведь на самом деле она принадлежит своим фанатом, прямо как главный герой фильма Реслер…

Что-нибудь в этом роде.

Но теперь всё это было невозможно.

Реальность постучала, пришла и перечеркнула все мои планы; ничего не поделаешь. У реальных людей бывают шкафы, и в этих шкафах бывают скелеты… Или даже те вещи, которые я обнаружил в шкафу Кей…

Впрочем, как говорится, если уж выросли яблоки, или, в данном случае, бананы, впору делать яблочный пирог. Я всегда работал над конкретным сценарием в самый последний момент, чтобы мочь изменить его в зависимости от развития сюжета и прочих обстоятельств. Когда горесть первичного разочарования немного притупилась, я понял, что с тайной Кей можно сделать много всего интересного в плане сюжетного развития. Поэтому я быстро перекроил сценарий, и теперь…

С лёгкой улыбкой я посмотрел на стопку страниц в своих пальцах.

…Теперь у меня на руках было самое настоящее золото… Интрига, напряжения — всё было на высшем уровне. А кульминация! Мой шедевр… Оставалось только немного подождать, когда явится главный герой.

Кстати говоря, где он?

Глава 56. Скелеты и не только в шкафу 2

Я открыл приложение и проверил геолокацию телефона Коу.

…Приближается.

…

…

…

POV Мария.

— Н-нет, спасибо, — ответила Мария дрожащим голосом, когда они зашли в номер, и девушка предложила ей ещё один бокал шампанского.

Мария чувствовала, что уже выпила более чем достаточно и вообще более, чем она когда-либо выпивала за всю свою жизнь. С каждым новым глотком окружающий мир и её собственные мысли становился всё более скользким, всё сложнее ей становилось удержаться на ногах; будто она оказалась на катке посреди льда, и каждый шаг прокатывал её на добрые два или три метра; ей пришлось приложить немалые усилия, чтобы не позволить себе грохнуться на беленький ковёр

Не то чтобы она в первый раз была пьяной.

В этом плане она была не самой образцовой школьницей.

Иисус пил и нам велел, как говорится.

Но в первый раз она была настолько пьяной в такой чрезвычайно опасной компании…

— Да? Ну ладно, — с лёгкой улыбкой ответила Кизуна. С каждой секундой взгляд её становился всё более ярким. Игривым. Всё чаще Мария ощущала уже совершенно не случайные прикосновения её нежных рук. Всё чаще она чувствовала её горячее и пьяное дыхание, которое мешалось с её собственным, тоже пьяным и трепещущим, прямо у своего лица.

Это было дыхание бездны.

Мария стояла над