Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 4 - Артём Март

Не ответив, Вадим скромно покивал.

— И этот Сергей должен вам денег?

— Ну… Не мне, — почему-то заулыбался детектив. — А, скорее, моему заказчику. Вот и ищем.

— Хорошо. Конечно, — сказал я. — Если вдруг мне что-то станет известно, обязательно позвоню.

Мужчина попрощался и быстро зашагал прочь, к машине, которая оказалась припаркованной не так далеко от нашей лавочки.

— Что-то мне уже не хочется в центр, — немного испуганно проговорила Марина. — Поедем домой, а? Вить?

— Поедем, — сказал я, провожая Вадима взглядом.

Через полчаса мы с Мариной были уже дома, девушка пошла готовить ужин, а у меня из головы не шел этот Вадим.

Сергея определенно искали. Что с ним стало в конце концов, я не знал. Однако, раз уж нам пришлось с ним пересечься, и тем более, у меня спрашивают об этом человеке, нужно быть готовым к любому повороту событий.

Сергей тесно сотрудничал с мясуховскими, а потом и вовсе, под страхом смерти, сдал им весь свой товар и схроны. Фактически всю схему сбыта армейского оружия. Я думаю, что тем людям, которые ее организовали, скорее всего, военным, очень это дело не понравилось. А Вадим, хоть и косил под бандоса, точно был военным. А вся эта частная детективщина — простая ширма, которой так часто пользовались все, кому ни лень.

Я не привык пускать на самотек подобные вещи, и должен был попытаться что-нибудь узнать, и про Вадима, и про Сергея, чтобы обезопасить себя, своих и мою Оборону. И у меня был вариант, с которого можно начинать.

— Витя, ужин, — сказала Марина, войдя в зал.

Под своими мыслями я не сразу заметил, что смотрю по НТВ программу «Куклы», и когда Марина вырвала меня из задумчивости, я просто переключил передачу на ОРТ, где шли новости.

— Что? — Переспросил я.

— Кушать давай. Я наготовила гречки с мясом. Как ты любишь. Иди, остывает.

Я встал, подошел к девушке и приобнял ее за талию. Марина тут же прильнула ко мне бедрами, приоткрыв ротик, заглянула в глаза снизу вверх.

Нежно поцеловав ее, я проговорил:

— Голодная?

— Немного. А ты, разве нет?

— Тоже. Иди кушай. У меня еще есть одно дельце. Позвонить надо.

Марина покивала.

— Ну… хорошо. Тогда давай я поставлю чайник. Я купила козинаки. Хочешь козинаки?

— Давай, — улыбнулся я. — Ну все. Беги.

Когда Марина ушла на кухню, я пошел в спальню. Достал из-под кровати обувную коробку. В ней лежал ПМ, два магазина к нему: пустой и наполненный на треть. А еще там хранился сотовый телефон.

Я взял трубку, проверил, не разрядился ли, а потом набрал на память номер, позвонил. Трубку на том конце взяли не сразу.

— Да, Серег, здорова, — ответил знакомый мне голос Мирона.

Была у него такая странная фишка — называть меня разными именами, когда мы созванивались. Шифровался. Шпион, блин.

— Привет, разговор есть. Нужно встретиться. Сегодня в десять, где обычно.

— Да без проблем, братан! Давай, как всегда, в той же сауне!

* * *

Майкоп. Двести двадцать вторая артиллерийская, Краснознаменная, ордена Суворова бригада. Воинская часть.

Когда в дверь постучались, Дамир Сергеевич Корастелев — полковник и начальник воинской части, оторвался от документов, которые внимательно рассматривал. Он бросил взгляд своих темных, черкесских, доставшихся от матери глаз на деревянную дверь.

— Войдите.

Скрипнули петли. В кабинет вошел высокий и поджарый мужчина немного за сорок лет.

— Здорова, Русик, я тебя так рано и не ждал, — полковник откинулся в кресле, расчесал густые усы.

Руслан Багиров, майор в должности замком соединения по вооружению, вошел в кабинет, попутно взял стоящий у стенки стул. Поставил перед столом полковника и сел.

— Здравствуй, Дамир Сергеевич.

— Ну че там сегодня? Есть новости?

Руслан отложил фуражку на край стола. Стряхнул с рукава кителя какую-то пыль.

— Угу, — сказал он. — В Краснодар надо пять автоматов, три ПМ и семьсот патронов: пятьсот к автоматам и двести к пистолетам. А, да. Они попросили, по возможности привезти АКСы. Но если че, пойдут и простые.

— А подствольный гранатомет они не просили? — Хмыкнул полковник. — Или муху? Наглеют, суки.

— Наглеют, — вздохнул Багиров. — Бандосы вообще разгулялись. Стреляют друг друга стреляют. Дохнут постоянно, а их только больше становится.

— Когда-нибудь переведутся, — хмуро сказал полковник, снова опустив черные глаза в документы. — Ну хорошо. Деньги передали?

— Ага. Предоплата у меня.

— Давай.

Багиров опустился, раскрыл свой кожаный портфель, с которым уже много лет ходил на службу, достал бумажный сверток, и, не пересчитывая, сунул полковнику. Тот торопливо убрал сверток в стол, примкнул ящик стола на ключ.

— Будут им АКСы, — сказал полковник. — Суки такие. Раньше брали что дают. Теперь уже носам крутят, выбирают.

— Наглеют, — мрачно повторил Багиров. — За последние полтора года, бандосы только богаче стали. Разожрались. Раньше смотришь на них, оборванцы оборванцами. А теперь принаряжаются. Цепи золотые носят, часы дорогие. Тачки у них — иномарки. А мы без копейки сидим.

— Ну, не совсем без копейки, — заулыбался полковник.

— Дамир Сергеич, — вздохнул Багиров. — Вы меня давно знаете. Я человек надежный.

— Надежный, — согласился полковник.

— Но что-то в последнее время, кажется, мне, что мы не тем занимаемся. Я все думал, страна развалилась, войны всюду. Как жить, на что жить — непонятно. Что с армией будет — непонятно. Триста раз пожалел, что пошел по этому пути. А куда теперь деваться?

Старый полковник молча слушал.

— У меня ж двое сыновей, мы с Настей третьего ждем. Если б не ты, Дамир Сергеич, с голоду бы пухли…

Багиров замолчал.

Дамир Сергеевич же слушал его с холодным умом и сопоставлял. Одни и те же слова Руслана, которые полковник слышал все чаще, волновали его все сильнее и сильнее. Багиров всегда был надежным и исполнительным человеком, всегда выполнял приказы от и до, безукоризненно. Но вот в последнее время сомнения, что зародились в душе майора, стали серьезно заботить Корастелева. Ненадежных людей в такой схеме быть не должно. И если Багиров станет не надежным, это расстроит Корастелева.

— Русик, ну че ты молчишь? Если че не так, так ты скажи. Ты ж мне как второй сын. Мы с твоим батей были закадычные друзья, пока он живой был. Мож тебе мало? Доля не устраивает?

— Да нет-нет, устраивает, — поторопился ответить Багиров. — Просто… Я думал, что вот продаем мы казенное добро. Ну ладно, время такое. Каждый крутится как может. Всем семью кормить. Думал, пускай бандиты советским оружием друг друга стреляют, дохнут. Все меньше всякой падали в стране остается. Но вот…

— Что, вот?

Багиров снова полез в свой портфель, достал свежий номер