Цивилизатор в СССР 1984 - Игорь Евгеньевич Кулаков
Пантюркистские тенденции и амбиции не сильно беспокоили «то» и «это» руководство СССР… пока они были направлены на что-то за его пределами.
Сам Андропов, начавший в рамках своей структуры отрабатывать распоряжение Романова, уже основательно подозревал, что новый генсек готовит мягкую смену всех замаравшихся «тогда» лиц в верхах союзных республик.
Несмотря на изъятие пресловутой статьи из Конституции, руководили, в массе своей в них все те же люди, при которых (хотя и не без влияния фактора ослабления роли «горбачёвской» Москвы) и выросли и набрали влияние все эти «Народные фронты» и прочие антисоветские движения.
Впрочем, это всё были дела внутренние, работа по ним ещё только начиналась. Враг же внешний продолжал действовать прямо сейчас, без перерывов на отдых Андропова в Крыму и состояние его здоровья.
* * *
Американский инструмент, который противостоял ведомству, которым по прежнему руководил он сам — не состоявшийся «тут» сменщик Брежнева, был наследником УСС — Управления стратегических служб США во второй мировой, созданным и возглавляемым Уильямом Донованом.
В отличие от УСС Донована, который всё же больше занимался войной с общими врагами стран антигитлеровской коалиции, и поддерживал рабочие контакты с соответствующими компетентными органами СССР, в котором даже побывал в ходе визита в конце 1943-го, наследник УСС изначально было сформирован с иной целью.
ЦРУ, созданное на заре «холодной войны», изначально ориентировалось на противоборство с СССР…
…хотя для американского общества, которое воспринимало СССР в тот момент не сколько как «рассадник коммунизма» (Маккартизм ещё только начинал своё победное, но недолгое шествие по США), а как страну — важнейшего союзника в борьбе против Гитлера и Тодзио, была выставлена на обозрение совсем иная цель:
«Данная секретная организация создаётся для защиты США от внезапного нападения».
Население, с момента давнего завершения конфликта (фактически первой гражданской) с бывшей метрополией считавшее, что два океана защищают от всех потенциальных по настоящему опасных врагов с запада и востока (а обе Америки уже привычно считались «своим двором»), после шока от японской атаки на Пёрл-Харбор и последовавшей войны на Тихом океане, в Европе и в Африке, вполне «скушало» заявленное официально федеральными властями насчёт ЦРУ.
Работало все прошедшие десятилетия ЦРУ по СССР очень плотно, всячески используя в своей работе достижения научно-технического прогресса.
Пусть «тут» Землю ещё плотно не окутали сети «Интернета» с мгновенным обменом информацией — текстом, мгновенной «цифровой» фотографией и видеозаписью от любого человека с описываемым «Свидетелем» дешевым карманным устройством-смартфоном, ставшим обыденностью даже в беднейших странах уже к концу второго десятилетия 21 века, но «первые звоночки» уже звучали прямо сейчас.
И шеф КГБ, как постоянно изучавший все материалы спецгруппы, рисовавшей облик всех сторон «того» будущего, как, наверное, никто другой сейчас на планете, понимал — к чему приведут данные тенденции.
Да, телекоммуникационные спутники связи кружились по своим орбитам прямо сейчас, а шпионы, пусть и не имели слабо контролируемый государством выход в «Интернет», но уже пробовали всё более безопасные лично для них способы доставки чувствительной для безопасности страны информации.
«Звонки» звучали всё громче и громче.
А черты того будущего, которое так небрежно лил на Андропова «ребёнок» и в которое так тяжело было поверить тогда, в феврале 1979-го, когда он увиделся с тем первый раз лицом к лицу, проявились буквально сейчас.
В описываемом недалёком (всего «сорок лет тому вперёд»!) будущем, в котором тяжёлая и опасная агентурная деятельность изрядно облегчалась тем, что Вяткин называл OSINT (Open-source intelligence) — «разведкой по открытым источникам».
А здесь… то самое «высокотехнологическое будущее», в аккурат на следующий год после столь удачно прошедшей Олимпиады, прислало свой первый скромный привет главе Комитета:
В 1981-м соответствующие подразделения КГБ, отвечающие за просеивание тысяч радиосигналов идущих из района Москвы, обнаружили в радиоэфире небольшое количество сигналов с признаками «кодированных передач в режиме краткого быстродействия».
Впрочем, на какое-то время передачи прекратились и их повторение произошло уже осенью 1982, участившись к новому году.
Анализ продолжавшихся с начала 1983-го регулярно явных радиошифровок выявил факт — из разных мест в столице уходили данные, как минимум на один (MARISAT-3) их трёх спутников системы MARISAT, выведенных на геосинхронную орбиту и начавших функционировать в 1976-м принципиально новой на тот момент системы спутниковой связи, изначально предназначавшейся для коммерческой цели — обслуживания навигации гражданских судов разных стран на океанских просторах за плату и для… ВМС США в экваториальной зоне над Атлантическим, Индийским и Тихим океанами!
Ни тех, ни других в окрестностях Москвы точно не существовало, но столица Союза всё же находилась на самом пределе зоны покрытия спутников типа MARISAT и из части районов столицы и её окрестностей можно было передать информацию на данные спутники.
Подобные передачи точно было нельзя, как ранее, списать на работу стационарных спутниковых устройств связи из официальных посольств стран США и НАТО.
Разные координаты примерно определённых мест передач вывели сотрудников Комитета, работавших по данному направлению, на мысли о том, что изначальные передачи были проверочными тестами, определявшими саму возможность подобного способа пересылки информации.
Принёсшие определённые положительные результаты пробные сеансы связи через спутник привели к тому, что ныне, участившиеся краткие кодированные передачи стали постоянными для кого-то из пределов СССР, уверенно использующего новый способ связи с теми, кто снаружи страны!
Возможно, как выяснилось из данных Комитетской радиоразведки весной, другим адресатом уходящих с территории страны на орбиту данных, был один из новых спутников системы FLTSATCOM…
И именно почти сразу же тогда случился хороший сюрприз!
Большой подарок, многое разъяснивший самому КГБ в общем, и Андропову в частности, в начале марта сделали сотрудники ВГУ (Второго главного управления) КГБ — отвечавшего за контрразведку, конкретно его 1-го отдела, возглавляемого Рэмом Сергеевичем Красильниковым.
Один из американских дипломатов — Ричард Осборн, под видом прогулки с семьёй в парке, отправленный (предположительно, первым секретарём Карлом Гебхардтом — главой резидентуры ЦРУ при посольстве США), на тестирование нового способа связи для агентов (сеансы связи необходимо было провести во всех районах Москвы, не подвергая опасности работы по данной проверке самих агентов в СССР, а перекладывая её на защищённых дипломатическим иммунитетом сотрудников посольства), потерял бдительность до такой степени, что наблюдавшая за ним и, ранее другими ему подобным «наружка» однозначно идентифицировали его поведение как имеющее признаки прикрытия для какой-то разведдеятельности.
Схваченный на месте с поличным дипломат, тут же побывавший с супругой и детьми в приёмной КГБ, был допрошен
