Мечников. Том 4. Открытие века - Игорь Алмазов

— Да что же вы такое говорите… — затрясся он. — Я всё делал так, как говорила ведьма. А она людей лечить умеет! Всем помогает. Не то, что ваши лекари!

— Погоди-ка, — перебил его я. — Какая ещё ведьма?

Он уже сто раз пожалел, что высказал мысли, которые стоило держать в себе.

— Господин, пожалуйста, не сдавайте меня городовым. Клянусь, я вам всё расскажу. И сумку отдам, — начал умолять он.

— Ты деньги в первую очередь людям верни, — настоял я.

— Не могу, всё она забрала! — воскликнул он.

— Ведьма?

— Да! Я лишь её посыльный. Ученик, можно сказать. Я передаю ей часть денег от больных, иногда разношу всякие мази, которые она сама делает. Омолаживающие, к примеру.

Омолаживающие мази… Да что б меня!

У меня аж мозг пронзило от всплывших воспоминаний. В первый день, когда я только пришёл устраиваться в Хопёрскую амбулаторию, в кабинет главного лекаря ворвалась обнажённая женщина, чьё тело было покрыто магическими ожогами.

Она ведь упоминала, что покупала эту омолаживающую мазь у какой-то ведьмы. Похоже, кроме государственных и частных лекарей в городе завелись ещё и другие. Не подпольные, как мой дядя. А настоящие душегубы, которые пропагандируют постулаты лекарского дела, от которого люди ничего кроме вреда не получают.

Блондин скинул с плеча сумку и подтолкнул её ко мне.

Я продолжал держать левую руку с обратным витком, словно пистолет. Затем аккуратно присел и открыл свободной рукой сумку лжелекаря.

Куча склянок, мази, зелья, порошки. Похоже, в Хопёрске алхимией занимаются не только лекари. Интересно…

А особенно интересно, чем этот парень меня хотел контратаковать. Видимо, какое-то из этих ведьминых изделий может представлять угрозу для организма.

— Как тебя зовут? — закончив осмотр сумки, спросил я.

— Денис. Денис Чижиков, — спрятав от меня взгляд, произнёс он.

— Послушай, Чижиков, хотим мы с тобой этого или нет, но городовым мне тебя сдать придётся. Однако кое-что ты всё же можешь сделать, чтобы этого избежать, — сказал я.

— Пожалуйста, только не требуйте от меня возвращать деньги! Клянусь, я почти всё отдал ведьме. У меня почти ничего нет! — уверил меня он.

— Меня интересует другой вопрос. Где находится эта ведьма? — чеканя каждый слог, спросил я. — Если скажешь мне, где она, я с радостью тебя отпущу. Только сумку всё равно заберу — учти. Так что выбор за тобой. Ведьма и сумка либо камера в Хопёрском отделении полиции и последующий за этим суд. У тебя минута на раздумья.

— Да я бы с радостью вам помог, клянусь! — чуть ли не рыдая, пропыхтел Чижиков. — Но я не знаю, где она находится!

— Врёшь ведь, — подметил я. — Ты ведь только что сам сказал, что передаёшь ей деньги. И, как я понял, получаешь её товар для дальнейшего сбыта. Пойми, Чижиков, ты взялся работать не на того человека. Она обогащается за счёт других людей, почти не приносит пользы, и в итоге народ из-за этого страдает и гибнет. А к лекарям никто не идёт. Но если сравнить твои десять посещений и одно моё… Выгоднее обращаться к лекарям. И в цене, и в эффекте.

— Да я понимаю, правда! — воскликнул он. — Просто… Я ведь не знаю, где она находится именно сейчас. Её дом перемещается. Она сама связывается со мной, когда надо. Мы с ней встречаемся раз в месяц. В следующий раз договорились пересечься, когда наступит праздник Грифона.

То есть, когда сойдёт первый снег. Когда весна даст о себе знать. А это может случиться и в марте, и в апреле — с ходу и не скажешь.

— Ты сказал, что её дом перемещается, — отметил я. — А какой-то закономерности в этом нет? Она всё время оказывается в разных местах или есть несколько точек, в которых появляется дом этой колдуньи?

— Всё время в разных, — помотал головой Чижиков. — Я ещё ни разу не видел её дважды в одном и том же месте.

— А как ты вообще попал к ней на услужение? — поинтересовался я.

— Ещё мальчиком оказался около её дома. Я сирота, ходил по улицам попрошайничал, — сказал он. — Только она одна стала мне помогать.

На жалость давит? Нет, похоже, правду говорит.

— Понимаю, парень, — кивнул я. — Сиротой быть не просто. Но ты ведь понимаешь, что от попрошайничества ты далеко не ушёл? Только хуже сделал. Раньше просто деньги просил, а теперь ради них людей обманываешь.

— П-понимаю, — спрятав взгляд, признался он. — Простите меня, господин лекарь. Вы правы. Но я очень не хочу в полицию. В Сады меня уже не отправят. Сразу в Саратов отвезут. А там не церемонятся. Могут и сразу повесить.

Дверь квартиры, в которой я только что был, распахнулась. На лестничной площадке появилось двое крепких мужчины — сыновья пациента, которого успели обслужить мы оба — и я, и Чижиков.

— У вас тут какие-то проблемы, Алексей Александрович? — спросил старший. — Помощь нужна?

Чижиков побледнел. Понял, что теперь его песенка спета. Деваться уже некуда. Да и я больше не могу задерживаться. В идеале нужно передать парня этим бугаям. Уж они точно смогут его дотащить до полицейского участка. А их отец может написать заявление и подтвердить, что именно этот человек его обманул.

Однако я всё же решил поступить иначе.

— Нет, ребят, не беспокойтесь. Я просто с коллегой повздорил. Мы сами разберёмся, — сказал я.

Они переглянулись, но вмешиваться не стали. Вернулись в квартиру, а я продолжил свой разговор с Денисом Чижиковым.

— Я только что пошёл тебе навстречу, — сказал я.

— Я уже понял, — кивнул он. — Зачем вы это сделали? Могли ведь просто отдать меня им.

— Мог. И сейчас могу, — подметил я. — Однако у меня к тебе есть предложение. Ты — парень молодой. Не вижу смысла исправлять тебя тюрьмой. Ты ещё можешь сам себя исправить. Предлагаю тебе другой выход.

— У меня нет магических способностей. Я — обычный крестьянин. Чем я могу помочь настоящему лекарю? — пожал плечами он. — Я ничего не умею. Только продавать товары ведьмы.

Что б меня… Да этого парня бы не к ведьме, а к Синицыну на обучение. Он ведь запросто сможет