Они не люди. Книга третья - Виктор Фламмер

Решив, что самое время надавить, Аверин снова заговорил:

– Может, всё же сделаете доброе дело? Вернете девочку домой? Я попробую уговорить ее родителей отпустить Алену за границу на обучение. И мы сможем…

– Нет, – перебила его баронесса, – вы правы, слишком многим наша семья пожертвовала. Обойдемся без вас и ваших обещаний. Сегодня ночью Алена пересечет границу. И вы ее не найдете. Да, ваш див может сожрать меня. Но я не представляю, куда именно повезли Алену. И даже не знаю имени ее провожатого.

– Зато я знаю! – неожиданно появился довольный Кузя. – Гермес Аркадьевич, можно мне первому? Ну пожалуйста!

Владимир, Мончинский и княжна Софья остались присматривать за старой колдуньей и ее дочерью, а Виктор отправился в Приозерск за подкреплением.

Кузя сразу улетел, за ним следом поехали Аверин, Любава и Анонимус. Прибыв на место, Аверин оставил племянницу и фамильяра в машине, а сам подошел к крыльцу и постучал в дверь. Анна Сомова тут же появилась на пороге:

– Я вас ждала, Гермес Аркадьевич. Проходите.

– Алена у вас? – едва переступив порог, спросил он.

– Да. Они с Басей, то есть с Кузей, пили чай, а теперь играют. Кузя сказал, что нужно обязательно вас дождаться.

Аверин прошел в дом, и у него отлегло от сердца. Алена, живая и здоровая, показывала Кузе, как рисовать алатырь.

Что же, самая главная часть дела завершена. Теперь осталось разобраться, какие цели в действительности преследовала баронесса. В историю про Академию Аверин не поверил. Во-первых, ни одна Академия не примет ученика без тщательной проверки. А во-вторых, была еще одна девочка, которую никто не планировал «готовить к поступлению».

– Алена хочет домой, к родителям, – Кузя поднялся навстречу колдуну. – Может, мы ее сейчас отвезем?

– Родителям? – на лице Сомовой отразилось удивление. – Вы… уверены? Гермес Аркадьевич, давайте поговорим с глазу на глаз?

Они прошли дом насквозь и вышли на веранду, вокруг которой цвел летний сад. Ночь была пасмурной, но довольно теплой.

– Может быть, чаю? – спросила хозяйка. – Я свежий заварила. Алена проснулась два часа назад. Я ее как раз пирогом кормила, когда пришел этот милый юноша. А когда он сказал, что я его знаю и что он – Кузя, я, признаться, дар речи потеряла. Ходили ужасные слухи… но я не верила, вы не подумайте! Я знала, что вы ни за что бы не позволили обидеть своего дива!

Аверин едва заметно вздохнул.

– Вы хотели что-то мне рассказать, – напомнил он.

– Да… Вероятно, вы не знаете. Родители Алены умерли. Именно поэтому ее забирают в скит.

– Так… – Аверин побарабанил пальцами по столу. Баронесса обманула и Сомову. – Расскажите мне всё, что знаете, – попросил он.

– Хорошо, – согласилась она. – Я состою в одном обществе, что-то вроде клуба по интересам. Мы изучаем колдовство…

– Я знаю, – улыбнулся Аверин, – я собираюсь выступить на вашем собрании в пятницу, меня пригласила госпожа Ланская.

– О… – восторженно протянула Сомова, – как это прекрасно! Тогда… вы должны знать историю Алены, ведь госпожа Ланская – ее тетя.

– Я бы хотел послушать вашу… версию.

– Да-да, конечно. Лидия Ивановна много раз сетовала, что у девочки пропадает талант. И мы спорили даже, стоит ли отдавать ребенка в скит. После смерти мужа я тоже побывала послушницей. Но… там сложно жить… А может, не так уж и хотелось мне колдуньей стать, кто знает. Одно дело ваши лекции слушать, а совсем другое – уйти в монастырь. Для этого нужна решимость, которой у меня не оказалось. Недавно Алена и ее семья сильно заболели. Алена переехала к тете, а ее родители умерли, к сожалению. Тетя начала оформлять опекунство, но оказалось, что о талантливой девочке знают и подана еще одна заявка. А скиты имеют такую власть… Я уверена, что Лидия Ивановна добьется справедливости и получит все необходимые документы, но пока мы решили, что девочке лучше погостить у меня.

– Разве госпожа Ланская сама не хотела Алене такую карьеру?

– Вначале хотела. Но я рассказала ей, как там живется. И сама девочка против, так что тетя отказалась от прежних планов. Теперь она хочет, чтобы Алена поступила в Академию за границей. Там это можно, вы же знаете. Не то, что у нас…

– Вы тоже считаете, что такой порядок вещей несправедлив?

– Запрет обучаться в Академии? – Сомова подняла брови. – Гермес Аркадьевич, а вы сами как думаете? Почему вы имеете право выучиться и работать, где хотите, и жить в своем доме, а я нет? И чем хуже талантливая Алена?

– А вы думаете, законы в Европе лучше? Ведьмовство жестоко каралось везде. Но у нас еще при Петре Первом начали создавать скиты, где девочки с колдовскими способностями могли учиться. В Европе же ведьм жгли на кострах до середины девятнадцатого века. А потом заменили наказание на пожизненное тюремное заключение. Только в пятьдесят восьмом году первая женщина, точнее девочка четырнадцати лет, Джоанна Рочестер, притворившись своим братом-близнецом, обошла на тестах всех поступающих в своем потоке. Поднялась шумиха, ее приняли, и этим был создан прецедент. Но, поверьте, до сих пор у женщин-колдуний жизнь не сахар. Их не берут на госслужбу, в армию. По сути, они могут только преподавать в Академии или готовить мальчиков к поступлению, вот и вся карьера. Насколько это лучше скитов? У скитов хотя бы есть влияние, да и власть их весьма велика.

– Всё равно… – развела руками Сомова, – это совсем не справедливо.

– Тут я соглашусь. Но речь не об этом. Вас жестоко обманули, Анна Васильевна. Лидия Ланская понятия не имела, где Алена, и думала, что девочка умерла. А ее родители живы и здоровы. Вы давно были на собрании?

– Я летом за город уезжаю… – растерянно проговорила Сомова, – но как же так? Ведь Лидия Ивановна…

– Это была чародейка под личиной. Вы ее знали как Марину Соловьеву. А настоящее ее имя – Екатерина Френкель. Она обманула вас, Ланскую, родителей Алены и саму девочку. Вы забирали Алену. Не заметили ничего странного?

– Лидия Ивановна выглядела очень взволнованной. И дом у нее на отшибе, почти в лесу. Я еле нашла. А Алена еле на ногах стояла. Заснула